Кригер оглядел их ещё раз. Здесь находились аристократы, мужчины и женщины, страстно желающие бессмертия, подобно пропойце, жаждущему выпивки. Все богатые и могущественные, потому — то их и отобрали, но в этот момент они выглядят, словно кучка доведённых до отчаяния детей, горящих желанием удостоиться расположения равнодушного родителя. Хорошо. Ему нравилось держать их в подобном состоянии.
Единственным, кто стоял, был Роч. Его здоровенный слуга стоял, склонившись набок, с циничной улыбкой на рябом лице, пальцы его мощных рук душителя сплелись в пародии на молитвенную позу. Роч понимал, что происходит. Роч видел такие сборища ранее и разделял презрение своего хозяина к ним. Он был уверен в благорасположении Адольфуса, равно как его отец, а до него и дед. Семья Роча поколениями служила Адольфусу. Им Кригер доверял настолько, насколько вообще мог доверять кому — либо из смертных. Они заботились о его интересах среди смертных: охраняли склеп, пока он спал; управляли его каретой, когда он путешествовал; от его имени общались со скотом, когда не требовалось его присутствие. Роч был слугой, однако понимал, что обладает большей властью, чем многие из вельмож, и высокомерие было написано на его лице. Адольфус не возражал, пока тот помнил, кто здесь настоящий хозяин. Возможно, вечером он позволит Рочу выбрать одну из аристократок и зачать наследника. В конце концов, Роч моложе не становится, его коротко остриженные волосы приобрели тёмно — серый оттенок, а морщины вокруг глаз стали глубже. «Как быстро, — подумал Адольфус. — Жизнь смертных проходит быстро, как у подёнок».
Адольфус рассматривал своих рабов, гадая, действительно ли он в них нуждается. Он избавился от большинства охранников — ветеранов Андриева, а труп алчного чародея обнаружат не ранее весенней оттепели. Либо старик отдаст ему талисман за предложенную цену, либо Кригер заберёт Глаз из его холодных мёртвых рук. На мгновение второй вариант показался предпочтительнее. Деликатность больше ни к чему. Сейчас он уже стал слишком заметен. Если в городе находится графиня или кто — либо из её агентов, то для них уже слишком очевидно, что тут находится ещё один Восставший.
Кригер заметил, что один из его последователей, толстый купец Осрик, пытается заговорить. Мужчина явно полагал, что ему есть, что сказать. Он потирал свой двойной подбородок и намасленные волосы, напряжённо уставившись на Адольфуса. Кригер гадал, следует ли ему предоставить мужчине страдать и дальше, но передумал. Бог должен быть выше подобных мелочных игр.
— В чём дело, Осрик? Похоже, тебе не терпится высказаться.
— Да, хозяин, у меня важные новости для тебя.
Осрик не обращал внимания на взгляды остальных членов свиты, которые не меньше жаждали внимания Адольфуса. В мыслях Кригера возник образ султана в своём гареме. Идея не из тех, что ему нравились.
— Тогда продолжай, раздели сие откровение со всеми нами, — насмешливо произнёс Адольфус.
Свита улыбнулась его словам. Подхалимство было той вещью, на которую они особенно надеялись.
— Как вы знаете, хозяин, мои агенты днём и ночью следят за домом старого графа Андриева.
— Именно так я и приказывал.
— К старику приходили посетители.
Если бы сердце Адольфуса продолжало биться, сейчас оно бы замерло. Он сразу же предположил, что графиня или какой — то другой агент Совета обнаружили, чем занимается Кригер.
— Кто? — невозмутимо поинтересовался он.
Кригер столетиями практиковался скрывать свои эмоции, и никогда не выказывал признаков беспокойства перед скотом.
— Он вызвал помощников. Чародей, два гнома — истребителя, а также пара воинов — людей.
Адольфус позволил себе слабую удовлетворённую улыбку. Они не похожи на тех агентов, которых могла бы использовать графиня. Гномы практически никогда не были частью какой — нибудь свиты. Что — то в их крови не подходило большинству Восставших.
— Едва ли это тянет на главную проблему, Осрик.
— Это очень могучий чародей, хозяин. Он княжеский советник. Я навёл справки и кое — что о нём узнал. Его имя Максимилиан Шрейбер. Он известен своими защитными заклинаниями. Он был советником курфюрста Мидденхейма по этим вопросам, и князь Праага принял его на службу в том же качестве. Судя по всему, это весьма могущественный волшебник.
Это звучало не столь многообещающе. Мало кого из смертных страшился Адольфус, однако первоклассные чародеи вызывали у него опасения. Имея время на произнесение заклинаний, те могли представлять угрозу для любого из Восставших. Похоже, старик не собирается сдаваться без боя.
Безумие, таившееся на периферии мыслей Адольфуса, сей факт порадовал — больше смертей, больше крови, больше убийств. Адольфус подавил потребность обнажить клыки.
— Я верю, что мы в состоянии победить любого отдельно взятого чародея.
— Истребители тоже крайне опасны.
Адольфус позволил улыбке исказить свои черты лица. Он не боялся смертных воинов.
— Я не думаю, что нам следует из — за них беспокоиться, — уверенно произнёс Кригер.
К своему удивлению, он заметил, как смутился Осрик, словно собираясь возразить Адольфусу. Это было необычно для члена свиты. Он уже было проигнорировал опасения толстого купца, однако какой — то инстинкт удержал его от поспешности.
— Вижу, ты озабочен, Осрик. Почему бы не рассказать нам причины?
Толстяк вздохнул. Его пухлые щёки затряслись.
— Один из Истребителей — Готрек Гурниссон. Я как — то встретился с ним на стенах до начала осады. Он внушает ужас.
«Как интересно, — подумал Адольфус, — что для описания этого Готрека Гурниссона Осрик воспользовался словами „внушает ужас“. В конце концов, купец член свиты и встречал одного из Восставших. После такого, очень немногих смертных может впечатлить нечто ещё. Этот Истребитель однозначно может представлять проблему. Его слава достигла даже ушей Адольфуса. За время осады гном стал весьма известным. Говорят, что он сразил полководца Хаоса Арека Коготь Демона и владеет волшебным топором. В разгар штурма он сплотил защитников на стенах, и говорят, даже уничтожил огромные демонические осадные башни. В разгар битвы Адольфус находился в глубоком сне и сам этого не видел.
Кригер почесал лоб. В прошлом у него был неприятный опыт знакомства с руническим оружием гномов в сражении при Хел Фенн. Кригер знал, что оно способно причинить ему вред, а судя по тому, что он слышал, Истребитель мастерски управляется со своим топором. Тем не менее, Адольфус сомневался, что гном может представлять большую опасность, хотя и не собирался это проверять.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
