после охоты он должен заполучить вещь драконицы любым способом. И если бы самка была против, то она не позволила бы.
— Да я его на опыты пущу-у-у! — прошипела не хуже ящера Ири.
— Я вообще не думал, что она — моя пара. А охотился для того, чтобы не искала себе материал для исследования. У моего дракона от одного интереса этой некромантки хвост поджимался от страха. А она еще и чешуйки мои просила! — тут уж Роланд тоже пошел в наступление.
Наши взгляды скрестились на этой парочке.
— И что же дракон? Позволил тебе расстаться с чешуйками? — уточнил отец Роланда и снова усмехнулся.
— Да, р-р-р! — прорычал Роланда.
— Значит, хвост у него поджимался вовсе не от страха, — отец незадачливого дракона рассмеялся в голос.
— Зачем стащил мой платок, ящер-р-р? — прорычала Ири, уже вовсю толкая дракона указательным пальцем в грудь и припечатывая его к книжному шкафу.
— Запах понравился. И сам не понял, зачем его взял, — не стал отпираться он, правда, рычать не прекращал.
— Меня не интересует, кем ты меня там считаешь! Только подойди ко мне, и я тебя прихлопну!
— Думаешь, я рад, что моей парой стала человечка? Да ты даже не понимаешь, что я буду испытывать вдали от тебя!
— Мне плевать! И я не самка! — вдруг Ири вспомнила, с кем ее сравнивали.
— Я не собираюсь страдать из-за тебя и слушать вой, сходящего с ума дракона!
— Разрывай связь! Кому сказала, гад чешуйчатый?!
— Ах так! Думаешь, как ты сказал так и будет?! — зло прошипел Роланд в лицо Ири.
Они уж как-то слишком близко стояли друг к другу. Я даже отсюда увидела, как зрачки дракона изменились и вытянулись в тонкую линию, а на скулах появились чешуйки.
— Значит, ты ничего не чувствуешь! Посмотрим, как ты запоешь, когда связь заработает!
— Вот еще! Твои проблемы меня не трогают… — и не успела Ири что-то прошипеть, как Роланд набросился на ее губы, сминая в жестком поцелуе.
Всё. Это конец. Алекс вскочил, но тер Арнольд снова рассмеялся.
— Поздно. Оставьте голубков. Связь закрепилась.
— Вы о чем? — Алекс повернулся в его сторону.
— Они уже обменялись кровью. Связь истинной пары сейчас начнет работать. Их будет неумолимо тянуть друг другу. А когда она окрепнет, то они еще и смогут чувствовать друг друга.
Я слушала дракона и понимала, как же многого мы не знаем о них. Но самое интересно, что у нас Алексом тоже установилась такая эмоциональная связь, только без крови, с той лишь разницей, что тяги, основанной на инстинктах, между нами нет. Мы сами тянемся друг другу и весьма осознанно. А вот Ири и Роланду будет тяжело друг с другом.
Тем временем некромантка все же смогла разорвать жадный поцелуй дракона. Мы все увидели укушенную губу девушки и капельку крови, которую она тут же слизала.
— Ты меня что, съесть хотел? Не мог быть аккуратней? — обвинительно проговорила она.
— Прости, не удержался. Ты такая вкусная, — Роланд тоже слизал капельку со своей губы, а потом еще и втянул запах Ири, мечтательно закатив глаза.
Та вся покраснела, а когда повернулась, стала еще более пунцовой, вспомнив, что здесь как бы полно свидетелей их бурного примирения. От злости Ири не осталось и следа. Только растерянность и недоумение.
— Могу я выйти? — прошептала она.
Алекс то сжимал, то разжимал кулаки, но кивнул ей. Ирэна поспешила скрыться из кабинета.
— С тобой мы еще поговорим, — тихо сказал он Роланду, и тот согласно кивнул.
— Даже не знаю, поздравлять ли? — задумчиво проговорила королева.
Да я и сама прибывала в шоке.
— Я уже говорил, что выдам информацию, касающуюся нападения на вас, только если выполните мое условие, — тер Арнольд не растерялся.
— И что же вы хотите? — королева вскинула тонкую бровь.
— Стать наместником.
— Быстро же вы переобулись, — холодно заметил Алекс, но тот лишь снова недовольно дёрнул щекой.
— Что же заставило вас поменять сторону? — спросила королева.
— Связь моего сына и принцессы другого мира. Пусть я сначала не верил, что это возможно, но факт остается фактом. Может быть, магия другого мира повлияла на то, что дракон смог связаться с человечкой, не знаю. Но это заставило меня пересмотреть планы. Если вас и вашу дочь убьют, то от инормирцев тоже избавятся. Сомневаться в этом не приходится. Мой повелитель точно это сделает и не пожалеет ресурсов. А если не станет Ирэны, то и мой сын уйдет следом за ней. И каким бы ты не считал меня плохим отцом, все равно для меня будешь всегда на первом месте, — последнее он уже проговорил, обращаясь к Роланду.
Повисла тишина. А я мысленно рассуждала. Странная, конечно, у него любовь, если вспомнить как он ради власти своего наместника решил показательно отравить членов своей семьи. Но кто я такая, чтобы говорить о чувствах драконов?
— Конечно, я знаю, что вы строите портал. Но также знаю, что у вас ничего не получается. А значит, помощи из иномирья не будет. Да и чтобы исключить приход вашего подкрепления, мне поручено уничтожить портал. И вообще сообщить, если у вас будет что-либо получаться. В таком случае наместник оборотней начнёт действовать на опережение. Так что вам нет смысла убивать меня или сажать в тюрьму. Я — ваш гарант того, чтобы у вас будет время для решения вашей проблемы. А среди моих людей есть доносчики наместника. Он слишком недоверчив и наверняка проверяет даже меня.
— Не думаешь же ты, что после всего сказанного, я соглашусь, чтобы ты принял власть над оборотнями на себя, — королева все же разозлилась.
— Если вы посадите меня, то это будет сигналом к непосредственным действиям. Не думаю, что вы успеете организовать защиту и собрать своих людей. А ведь вы даже не знаете, кто с вами, а кто уже подкуплен и только ждет сигнала, — самодовольно проговорил он.
Снова наступила тишина. Мы все буравили советника недобрым взглядом. Если бы силой мысли можно было убивать, то именно это мы бы и сделали.
— Ваше величество, смею предложить вам решение этой проблемы. Поскольку Роланд и Ирэна практически связаны, — хоть он и допускал абсурдность этой ситуации, но все же понимал, что такое истинная связь пары, ведь мы, люди, что-то похожее чувствовали друг к другу. А у тех, у которых есть зверь внутри, это вдвойне сильнее ощущается на звериных инстинктах.
Королева внимательно посмотрела на Александра.
— Пусть Роланд займет место наместника, но при условии принесения клятвы верности и заверения в том, что он не будет замышлять ничего плохого против моей власти.
Я
