- Леди Элоиза, - заныл он по новой, - зачем оно вам надо...
- А что мне, по-вашему, надо?
Я вооружилась ручкой, привезенной из Рангорна - ну, право слово, не царапать же мне бумагу пером, это не то что прошлый век, скоро прошлое тысячелетие будет! - и быстрым взглядом скользила по колонкам чисел.
...Наверное, моего Наставника ненавидели так же сильно, когда он, ядовито улыбаясь, в течение нескольких минут находил столько ошибок и попыток обмануть его да сунуть руки по локоть в королевскую казну, что другие не могли определить и годами. Я поддерживала его славный опыт и занималась, собственно, тем же.
- Сдается мне, - выдала свое решение секунд через сорок, когда советник ещё даже не перестал бояться, - что вы не сосчитали тут военные платы... И потеряли где-то по пути отчет относительно развития науки и техники. И почему у магов больше обычного? Опять перекраивали по-своему бюджет?
Советник втянул голову в плечи.
- Переделать, - решительно заявила я. - И завтра к утру чтобы была новая версия. Не будет - уво... - я запнулась. Нет, это методы дедушки Мартена, а с местными приходилось построже. - Отправлю в тюремные застенки. И будьте уверены, муж меня поддержит!
- Так я же... Верой и правдой... Столько лет... - запротестовал советник, но я только уверенным жестом указала ему на дверь и вздохнула.
Ну вот. Теперь не будет показываться на глаза в ближайшие несколько дней.
У двери советник оглянулся, наверняка про себя прокомментировал мой непотребный внешний вид, едва не столкнулся в дверном проеме с Дарреном и, раскланиваясь, попытался удалиться.
Супруг смерил его раздраженным взглядом, молча погрозил кулаком в спину - советник наверняка это заметил, теперь и вовсе неделю не будет из комнаты выходить, - и осторожно прикрыл за собой дверь.
- Ну, - весело поинтересовалась я, - как там государственные дела?
- Надо было ждать матушкиной смерти, - поделился Даррен. - А там, может, и дети бы на трон захотели, и меня б эта участь миновала...
- Негоже, - закатила глаза я, - так выражаться королю Объединенной Державы! У тебя во власти страна размером с целый огромный материк! Внешняя политика, внутренняя политика... Столько всего! А ты ходишь и рассказываешь, как не хотел всем этим править.
- Я и сейчас не хочу, - усмехнулся Дар.
- Но надо.
- Надо, - закатил глаза он. - Если б не ты, Элоиза, я мог бы спокойно сидеть в ядовитом замке, наслаждаться своей ядовитой жизнью и во все стороны расплескивать не менее ядовитую магию. А ты меня облагородила, вывела в люди... За какие грехи? Теперь сиди на троне, - он стянул камзол, оставаясь в одних брюках и рубашке, и устроился прямо на краешке стола, поближе ко мне, - и наслаждайся тем, как подданные пытаются угодить. Велел провести генеральную уборку - взялись за магию! Навыбивали пыли из ковров, да только она осела обратно, потому что какой-то дурак напутал что-то в бытовом заклинании... Честно, буду как твой дед, за прегрешения против короны - например, за варварское истребление королевских ковров! - лишать магии и заставлять стирать занавески.
Я усмехнулась. Дар все грозился... На самом деле он был более чем лояльным правителем. Казнь терпеть не мог как явление, от войн открещивался. Вражеское войско в прошлом году целый месяц на берегах ошивалось. Телепортировали, красны молодцы, выстроились в шеренги, собирались атаковать, да вот только лес какой-то очень густой выдался. И, что за беда, ни сжечь его не вышло, ни как-то мимо пройти. То в дубовых ветках путаются, то ели какие-то слишком густые, то травы по пояс да за ноги хватаются... Кто-то, говорили, утоп в болоте, а после этого и попытки пробраться сквозь лес прекратились. Дождались, пока маг оклемается, да телепортировали обратно.
На этом все попытки воевать с Объединенной Державой прекратились. Даррен только довольно потирал руки; он как раз практиковался в дистанционной магии, а лес оказался очень восприимчивым к его колдовским трудам и поддался с внезапной легкостью.
- Не сердись, - я подалась вперед и коснулась руки мужа. - Тебе не к лицу. Пора уже привыкнуть, что подданные у нас не хотят осовремениваться. Ничего... Сменится поколение, другое, а там и куда более адекватные пойдут. Наверное.
- Ага. Но это ох как неточно, - отозвался, кривя губы, Даррен, но его гнев тут же сменился мягким благодушием. Он протянул руку, скользнув кончиками пальцев по моей щеке, подался вперед и поцеловал, нагло выдергивая из кресла и заключая в свои объятия.
На поцелуй я ответила. Обвила шею мужа руками, прильнула к нему всем телом, наслаждаясь знакомым, родным теплом. Всё же, не зря я упорно отказываюсь от пышных платьев - совладать с брюками да блузой гораздо легче, ходить в них удобнее... И, уж увольте, в пышном платье мужа не обнимешь, каркас мешать будет...
В этот раз, впрочем, поцелуй закончился ничем. Я справилась только с третьей пуговицей, когда дверь, знатно так громыхнув, распахнулась настежь.
- Мама! - возбужденный голос старшей дочери едва не заставил Даррена слететь со стола. Свалился он, благо, не на пол, а в кресло, и на всякий случай придвинулся поближе к столу. - О, папа, ты тоже тут...
- Здравствуй, - подрагивающим то ли от смущения, то ли от раздражения, то ли от смеха голосом, отозвался Даррен. - Ты что-то хотела, дорогая?
