этой глуши будет делать мужчина и даже, извините за прозаические подробности, чем она там будет мужчину кормить — об этом в своем поэтическом порыве женщина не думает и думать не желает.
А может быть, все дело в известной немецкой формуле, что женщине положено находиться при трех «к» — «кюхе» (кухня), «киндер» (дети), «кирхе» (церковь)? И современная женщина, вырвавшись за эти красные флажки, уже не в силах остановиться и рвется дальше — без цели и смысла? В отличие от нас — тоже вполне современных — мужчин, которые с удовольствием приняли формулу три «т» — тахта, тапочки, телевизор.
И никуда мы не рвемся, и безмятежно себе живем. До той жуткой минуты, когда в нашу безмятежность врывается женщина с этим своим кошмарным: «Милый, давай уедем куда-нибудь!»
Короче говоря, беда не в том, что женщиной овладевает охота к перемене мест. И не в том беда, что женщина убеждена, будто лучше как раз там, где ее пока еще нет. А беда в том, что для подтверждения всего этого женщина норовит утащить за собой мужчину.
И бывает, мужчина поймается на крючок, размечтается: а может, и впрямь взять билет на поезд куда-нибудь, не глядя в расписание, куда он пойдет, и просто отправиться в путь?
Но по зрелому размышлению, как представишь себе все это: идти на вокзал, брать билет, садиться в поезд, отправляться в путь…
Нет, мужчина остается дома. При своих троих — тахта, тапочки, телевизор.
Потому что мужчина не то чтобы ленив и неохоч к перемене мест, а просто усвоил правило арифметики: от перемены мест слагаемых сумма не меняется.
ЖЕНЩИНА И РОМАН
Вообще-то, для женщины любовный роман — не примета какого-то определенного времени года, а постоянная жажда души.
Но есть один особенный и потому заслуживающий особого разговора вариант романа — курортный роман.
Из этого разговора сразу исключим приезд на курорт женщины совместно с мужчиной. Тут и говорить не о чем — никакого романа у них быть не может. Точнее, роман у них, наверно, уже был, раз они приехали вместе. Приехали, ходят под ручку и только спорят, куда сходить: он тянет в пивной бар, а она — на концерт гастролеров.
Нет, мы рассмотрим ситуацию, когда женщина отправляется на курорт одна — вольная птица. То есть, возможно, у нее где-то и остался муж или, как нынче куртуазно выражаются, бойфренд. Но сейчас и здесь, на курорте, она — именно вольная птица.
В принципе, женщина едет на курорт отдыхать.
Однако беседовал я как-то с дамами, вернувшимися из шикарного пансионата.
— Ну? — спросил я, не сомневаясь в положительном ответе. — Как отдыхалось?
— А! — махнула рукой одна. — На три сотни баб — два десятка мужиков!
— Совершенно не отдохнули! — подвела итог вторая.
Уточним: курортный роман не обязательно имеет в виду курорт как таковой.
Действие может происходить и на Канарских островах, и в палаточном лагере на Валдае, и в средиземноморском круизе, и в походе на байдарках по Енисею.
Суть в одном: на отдыхе, вдали от места проживания и работы, встречаются мужчина и женщина, и…
И далее принято считать, что все мужики — исключительно казановы, которые только и рыскают, а может быть, рыщут, чтобы соблазнить и покинуть беззащитную женщину-жертву.
Я решительно отвергаю подобный тезис.
Потому что это, конечно, так, но вовсе не только так.
Если в песне, то — «курортный роман похож на обман».
Если в стихах, то — «ах, обмануть меня нетрудно, я сам обманываться рад»..
Но если в правдивой прозе, то и обмануть, и обмануться равно готовы оба — как женщина, так и мужчина.
Курортный роман располагает к легкому сочинительству и безобидному фантазированию. Нигде, как на курорте, любой мужчина — «дублер космонавта» или «секретный разведчик», а каждая женщина — «актриса» или «фотомодель».
Впрочем, для курортного романа романтические версии совсем не обязательны. Может просто сработать мечта о чем-то ином, небывалом, не привычном по месту проживания и работы.
Ну к чему, скажем, женщине-кассирше роман с кем-то, смахивающим на ее бухгалтера?
Или зачем, например, женщине-балерине кто-то, напоминающий ее балетмейстера?
Поэтому на курорте чаще сходятся противоположности, персонажи разных миров. Вроде «культурной дамы» (Людмила Гурченко) и «сибирского валенка» (Александр Михайлов) в народном фильме «Любовь и голуби».
Повторяю: неверно, будто в курортном романе женщина — только беззащитная жертва. Бросьте в меня сколько угодно камней, но женщина бывает и хищница.
Видали ль вы, как по вечерней набережной шагает нарядная стая дам-отдыхающих: в сердцах — огонь, в глазах — призыв, в зубах — сигареты…
Довольно жуткая картинка!
Естественно, готовность к любовным подвигам у разных женщин различная. На сей счет есть такой — на грани — анекдот.
Солнечный пляж. Обнаженный мужчина лежит на спине, только лицо прикрыто шляпой. А мимо проходят три женщины.
— Это не мой муж, — говорит одна.
— Да, это не твой муж, — подтверждает вторая.
— Этот мужик вообще не из нашего санатория, — заявляет третья.
Курортный роман принципиально отличается от романа обычного.
В обычном романе мужчина тупо и прямолинейно спешит к заветной цели, а женщина не торопится, женщина позволяет себе и колебаться, и взвешивать, и ждать окончательного решения своего сердца.
На курорте же ни колебаться, ни взвешивать, ни ждать некогда — обратный билет имеет конкретную дату.
Так что в курортный роман женщина ныряет скоропалительно и безрассудно — как в омут головой.
Причем ввиду своей скоротечности курортный роман развивается особенно страстно и бурно, минуя все стадии, обычно необходимые женщине для плавного вхождения в любовный штопор.
В общем, и мужчина, и женщина на старте курортного романа безоглядны одинаково.
Вот только финиш чаще всего разный.
И тут я как честный человек обязан вернуться к выше мною отвергнутому тезису про коварных мужиков-казанов. Ибо действительно финал курортного романа, как правило, исчерпывается следующей печально известной байкой.
Пребывшие на курорте окончено, мужчина и женщина разъезжаются-разлетаются по домам, нежный поцелуй на прощание…
— Мы поженимся? — спрашивает она.
— Лучше созвонимся, — отвечает он.
ЖЕНЩИНА И СЛЕЗЫ
Женщина часто плачет.
Она плачет при встречах и при расставаниях, плачет от горя и от радости, плачет от избытка чувств и от их недостатка, плачет по конкретному поводу и безо всякого повода…
Этот неисчерпаемый ряд вполне исчерпывается формулой французского поэта Жана Антуана де Баифа: «Женщина смеется, когда может, а плачет, когда хочет».
Палитра женских слез несравненно богаче мужских.
Всем известна только «скупая мужская» слеза.
А женские слезы бывают и «светлые», и «печальные», и «святые», и «нежные»…
