— Я не хочу оставлять ее, ба.
— Иди, Мэтт. Со мной все будет в порядке, — подбодрила его Джесси.
Мэтт неохотно подчинился. Но, услышав крик Джесси, он побежал наверх, перепрыгивая через две ступеньки.
— Что такое?
— Прости, — пробормотала она. Ее дыхание было частым. — Просто схватка застала меня врасплох. Скоро, Мэтт, ты увидишь своего первого ребенка.
Но шли часы, Джесс мучалась все больше, а ребенок не появлялся. Джесс страдала с самого утра, а теперь было уже восемь вечера. Марта начала беспокоиться. Мэтт был в ужасе.
Старая женщина вытирала лоб внучки влажным полотенцем. Джесс была вся в поту. Ее ночная рубашка взмокла.
— Мэтт, думаю, пора посылать за доктором, — прошептала Марта.
Джесс повернулась и спросила:
— Почему, ба?
— Это тянется дольше, чем я ожидала. Нам может понадобиться помощь, — призналась она.
— С моим ребенком что-то не так? — Глаза Джесс потемнели.
— Не думаю, но он что-то упрямится. — Бабушка попыталась пошутить, чтобы снять напряжение.
— Ба, скажи мне, что случилось?
— Думаю, он не так повернулся, и теперь ему надо помочь выйти наружу.
Неожиданно у Джесс начали отходить воды. Одеяло все пропиталось жидкостью, хлынувшей из нее.
— Что это такое? — спросила Джесси.
— Все в порядке. Это значит, что роды начинаются.
Схватки стали чаще и тянулись все дольше. Мэтт поднял Джесс на руки, а Энни и бабушка поменяли под ней одеяло. Бабушка откинула простыню, прикрывавшую ноги Джесс, и проверила, не показалась ли головка ребенка.
Джесс было так больно, что она даже не подумала о том, что ее муж впервые видит ее обнаженной.
Прошло еще несколько часов, но роженице лучше не стало. Роды превратились в бесконечную агонию. Джесс металась из стороны в сторону. Ее коса расплелась, и влажные волосы рассыпались по подушке. Она больше не пыталась сдерживать крики, и от этого ее рот и горло совсем пересохли.
В полдень следующего дня из города вернулся работник, которого посылали за доктором. Мэтт поспешил навстречу.
— Где доктор?
— Его нет, Мэтт. Он уехал в Эль-Пасо за покупками.
Пока Мэтт был внизу, а Энни вышла куда-то, Джесс спросила бабушку:
— Неужели ребенок умрет за мои грехи? И я тоже умру?
— Нет, детка. С вами обоими все будет в порядке.
Вернулся Мэтт. Посмотрев на измученную и бледную жену, он испугался, что скоро потеряет ее. Он подошел к кровати и сказал Марте:
— Мы не можем сидеть сложа руки. Если ребенок не может выйти, это опасно для них обоих. Я перевернул и вытащил на свет много телят и жеребцов.
— Мэтт, у женщин это не так просто.
— Я должен попробовать, ба. — Мэтт раздвинул Джесс ноги. После этого он немного помял ей живот, чтобы нащупать, как лежит ребенок. Затем он засунул руку в промежность. Мэтт нащупал маленькую ножку. Осторожно, чтобы не сделать Джесс еще больнее, он пальцами нашел вторую ножку и подтолкнул их вперед. Ребенок задвигался. Мэтт молил о том, чтобы не навредить жене и ребенку. — Держись, Джесси. Он скоро выйдет.
Боль становилась все сильнее, хотя казалось, что сильнее не бывает. Джесс принялась глубоко дышать и тужиться, чтобы помочь ребенку. Она чувствовала, как Мэтт пальцами осторожно вытаскивает младенца за крохотные плечики, которые ей в этот момент казались невероятно большими. Джесс натужилась еще несколько раз, перемежая потуги молитвами, и… ребенок появился на свет. Когда боль на какое-то время оставила ее, Джесс потеряла сознание.
Мэтт поспешил прочистить носик и глазки младенца. Он несколько раз шлепнул его по попке, ребенок сделал первый вздох и начал плакать. Мэтт рассмеялся от радости и облегчения.
— Мальчик, Джесси. У нас прекрасный сын.
Она попыталась приподняться, чтобы посмотреть на него.
— С ним все в порядке?
— Он красивый и здоровый, — сообщил Мэтт. — Лежи спокойно. Еще не все.
— Я закончу, — сказала Марта. Она разорвала пополам простыню и велела Мэтту завернуть младенца. Мэтт сделал это, но руки его дрожали, держа крохотное тельце. Пока Мэтт и Энни занимались ребенком, Марта вымыла Джесс и убрала грязное белье.
Не обращая внимания на боль и усталость, Джесс сказала:
— Дайте мне на него посмотреть.
Мэтт поднес к ней поближе маленький сверток.
Джесс в изумлении смотрела на новое существо. У него были темные волосы. Глаза тоже оказались темного цвета. Джесс развернула пеленку, чтобы проверить, все ли в порядке. Она не заметила ничего, что могло вызвать у нее беспокойство. Ребенок был маленький, бледный и кричал тоненьким голоском. Джесс улыбнулась.
— Он замечательный, Мэтт. Давай назовем его Лейн. Лейн Кордель.
Широкая улыбка осветила лицо Мэтта.
— Это хорошее имя. В нем чувствуется сила.
— Мэтт, ты спас жизнь нам обоим, — заметила Джесси. — Наш сын. Наш первый ребенок, — добавила она, улыбаясь.
Мэтт засветился от радости.
— Отдохни немного, Джесси.
Бабушка забрала у нее ребенка.
— Мы займемся им, а ты поспи.
— Но ты тоже очень устала, — сказала Джесси.
— Мы будем присматривать за Лейном по очереди. А тебе требуется отдых перед тем, как он проголодается и потребует у тебя молока.
Мэтт поцеловал жену в лоб и губы.
— Я люблю тебя, Джесси.
— Я тоже люблю тебя, — ответила она и заснула.
Джесс искупала Лейна, перепеленала его, накормила и уложила спать. Она смотрела на спящего младенца, которому было уже два с половиной месяца. Это был здоровый, хороший мальчик. Его волосы все еще были темными, и она верила, что его глаза будут того же орехового цвета, что и у его отца.
Джесс и Мэтт так любили его, что не обращали внимания, на кого он похож. Возможно, кто-то и заметил его сходство с Наварро, но ни Джесси, ни Мэтт никогда не слышали никаких слухов или разговоров. Помогало еще и то, что у Мэтта тоже были темные волосы и глаза. Ребенок родился маленьким, и ни у кого не возникло сомнений, что он появился на свет раньше срока.
Лейн Кордель родился в тот же день, когда Джесс повстречала Наварро год назад. Когда она поняла это, то решила, что Таким способом Господь захотел заменить Наварро в ее жизни и сердце. Роды были трудными, но теперь с ней и с ребенком все было в порядке. Она благодарила Мэтта за его решительность, которая спасла им жизни.
Сегодня было первое июня 1877 года. В этот день год назад она забеременела от Наварро Брида. Это был идеальный день для того, чтобы начать новую жизнь в качестве настоящей жены Мэтта. Джесс думала о муже все утро и весь день. После рождения Лейна муж нежно и трогательно заботился о ней. Он купал ее, мыл ей голову, помогал ухаживать за ребенком. Природа вылечила ее тело, а время — душу.
