Таргитай и Лиска потеснили врагов, оставив троих на полу, а Мрак за их спинами поспешно подхватил с пола оброненный топор, малость напоминающий секиру. Мог бы и содрать одежду, но больно мелковатый народец! Да и сшиты штаны препогано.
С ревом врубился, отпихнув Лиску, а Таргитай сам с облегчением отступил и опустил Меч. За Мраком двинулся, как ни странно, Олег — его бронзовая дубина, которую упорно величал магическим Жезлом, вертелась, как крылья ветряной мельницы. Лиска ревниво охраняла мудрого волхва не только от врагов, но и, казалось, от Мрака — теснила стражей Мардуха плечо в плечо, в полном взаимопонимании, хотя такое может быть лишь с нею, сам же назвал ее самой чуткой и понимающей!
На плечах убегающих ворвались в небольшой зал, откуда вело четыре хода. Бегом понеслись за Мраком, тот умело перепрыгивал ловушки, влетели в богато украшенную комнату. Выход перекрывала сказочно яркая массивная дверь — из сверкающего золота, рукоять украшена рубинами, толстый засов из синеватой бронзы, а петлю оттягивал круглый как щит тяжелый замок. Из-под двери через узкую щель бил яркий лиловый свет.
Мрак кинулся на замок, потряс.
— Ключ! Где ключ?
— У меня нету, — ответил Таргитай быстро. — Я не брал!
Лиска вскрикнула умоляюще:
— Олег, у тебя ж была какая-то трава…
— Тарх сжевал, когда в темнице сидели.
— И ему задницу не разорвало?
— Не знаю, еще не проверял. Ищите ключ!
Мрак отпихнулся от пудового замка, подозрительно обвел комнату налитыми кровью глазами.
— Ключ… Он может лежать в ларце на другом конце крепости.
— Или болтаться на шее у самого Мардуха, — добавил Олег убито. — В прошлый раз видел у него цепочку.
Из конца коридора, откуда бежали, послышался отдаленный топот. Мрак взял секиру в обе руки, повернулся. Олег суетливо бегал вдоль стен, заглядывал в ларцы, расшибал их оземь. Топот затих, видимо, вбежали в другой туннель. Мрак хмыкнул и, в подражание волхву, ринулся помогать. Никогда не помогал волхвам с таким удовольствием: крушил расписные шкафы, расшибал обухом сундуки, смахивал на пол расписные вазы тончайшего фарфора. Под подошвами хрустело, за ноги цеплялась тонкая узорная ткань. Воздух наполнился запахом благовоний. Ноздри Лиски жадно затрепетали, она судорожно вздохнула и посмотрела на Мрака так, будто он пинком сбросил с высокой лестницы калеку.
Из коридора снова донеслись крики, топот, лязг. Мрак на миг задержал над головой топор, прислушался, ухмыльнулся по-волчьи, с наслаждением обрушил обухом на середину раззолоченного столика. Хрястнуло так, что зазвенело в ушах. Брызнули щепки, драгоценные камешки, посыпались золотые монеты. Топот уже утих. Олег и Лиска поспешно выдвигали ящики, сбивали маленькие замочки, поднимали крышки ларцов. Таргитай топтался посреди комнаты, глазел на невиданную в его краях лепоту.
Когда топот послышался в третий раз, Мрак даже не повел глазом, крушил и топтал, но крики и звон металла усилились, в конце темного туннеля показались красные огоньки факелов. Мрак раздосадовано ругнулся: из пещеры вели сюда четыре хода, своими глазами видел, так чего же эти прут уже, могли бы еще в один тупик сунуть свои рыла!
Он нехотя слез, колеблясь, крушить роскошную мебель оказалось почти так же здорово, как и головы дураков. Он оглянулся с сожалением, но Олег и Лиска только переворачивали все вверх дном, оставляли работу для его топора. По правде сказать, Мрак иной раз забывал, для чего разбивает дорогую мебель, может быть, чертов ключик уже выпал и затерялся под его ногами?
Он встретил набежавших, снес два шлема с головами, одного развалил до пояса, отступил: не оскользнуться бы в луже крови, но четвертый зацепил самым краешком кривого меча в плечо.
Последний, пятый, повернулся и опрометью бросился обратно, крича во все горло.
Олег крикнул в испуге:
— Приведет остальных! А дверь выбить нельзя?
Мрак бросил взгляд через плечо, скривился, словно надкусил лесную грушу.
— Через стену проломиться проще.
Изукрашенный зал теперь напоминал дикий грот, где бесновалось стадо озверевших медведей. Мрак в азарте посбивал даже со стен изразцовые плитки. Под ногами катались драгоценности. Мрак начал распинывать обломки, очищая место для последней драки, Олег и Таргитай обреченно расшвыривали черепки.
Перед самой дверью лежал коврик, когда-то роскошный, ныне вытертый грубыми подошвами. Лиска машинально поправила загнувшийся коврик, ахнула. На полу ярко блестел золотой ключ размером с палец.
— Ни хрена себе, — проговорил Мрак обалдело, челюсть отвисла. — Какой дурень его туда сунул?
— Наверное, Мардух, — ответил Олег так же ошарашено. — А мы тут все разнесли!
Мрак буркнул зло:
— Кто же думал, что он настолько хитрый? До такого додуматься — какую голову надо иметь! Поди с таким справься.
Замок висел на петлях с оглобли, дуга была с рукоять топора, а сам замок походил размерами на колесо. Однако Мрак ухитрился не попасть с разгону в широкую скважину, а когда сунул, то сперва не тем концом, а затем не той стороной. Крики и лязг металла приближались.
Мрак наконец попал, ключ сперва отказывался повернуться, Мрак тряс замок как грушу, ругался, а грохот за их спинами стал таким, будто стучали по их головам.
Таргитай приплясывал от нетерпения рядом, суетился, в конце концов взмолился жалобно:
— Дай я! В преданиях только чистый душой отрок…
— Ты чистый? — изумился Мрак. — А кто всех баб перещелкал по дороге?
Он снова сунул ключ в узкую щель, тот не шел, а крики стали громче. Олег попытался выхватить из руки упрямого оборотня, ключ упал, звякнув на каменных плитах. Лиска бросилась подбирать, но ее нечаянно пихнули, задвинули вместе с ключом под стену с бочками, сундуками и хламом.
— Перестаньте, — простонал Таргитай. — Нашли время играться!
Лиска вылезла с ключом, споткнулась о ногу Мрака, растянулась во всю длину, ключ выскользнул из ладони и покатился по плитам. Таргитай, замерев, смотрел, как золотой ободок блеснул и скрылся в узкой щели под дверью.
Мрак выругался, вытащил секиру и обреченно повернулся на приближающиеся крики. Таргитай стал на колени, пошарил ладонью, вслепую хлопая по невидимым плитам. Что-то укололо в палец, он взвыл от испуга и отдернул руку, больно сорвав кожу ладони.
Нападающие вылетели со всей дури. Передние упали под ударами секиры. Другие шарахнулись в стороны, зашли с боков. Мрак рубился, бешено вращая секирой, орал, ругался. Был страшен, его боялись, пытались подкрасться незаметно, что было ошибкой: волчьи повадки предупреждали, даже если бы зашли со спины, но навалиться скопом пока что не додумались.
