Обмыт был Илья товарищами еще ночью и положен в его комнате; к семи часам перенесен в редакцию Синкай, единственную несколько свободную, поместительную комнату; в семь часов отслужена панихида в присутствии всех учеников Семинарии и Катихизаторской школы. Потом товарищи его по классу читали над ним Псалтирь; прочие ученики имели обычные уроки. К двум часам был готов гроб, в который его уложили и перенесли в крещальню, в Соборе, где тотчас же отслужена была панихида; потом — Псалтирь над ним. К шести часам вечера гроб перенесен в Собор, и отслужена всенощная; присутствовали все ученики, пели товарищи его. Теперь (десять вечера) продолжают читать Псалтирь, и будет чтение всю ночь; инспектор распределил очередь. Я на всенощной не был, ибо мы с Накаем переводили, как обычно, Священное Писание. Завтра с семи часов будет заупокойная литургия и проповедь.
28 августа/9 сентября 1896. Среда.
С семи часов утра — заупокойная литургия; пели причетники; в Церкви были все школы; за причастном я сказал небольшое поучение. Отпеванье совершали со мной два священника; пел полный хор. В половине десятого понесли Илью Камия на кладбище, было «сейсеки», то есть священнослужители в облачениях, впереди крест, предшествуемый свещеносцем, — в облачениях же. Провожали в строгом порядке, идя попарно, все семинаристы и ученики Катихизаторской школы. Женская школа, вернувшись из Церкви, имела обычные классы; ученики в полдень усталые возвращались с кладбища, вымоченные еще на кладбище дождем, и потому не имели классов и после обеда.
Вечером была всенощная пред завтрашним праздником Усекновения главы Святого Иоанна Предтечи. В Церкви почти никого не было; пели причетники; учащиеся занимались уроками. Мы с Накаем, вернувшись от всенощной в половине восьмого, переводили до вечерней молитвы учеников.
29 августа/10 сентября 1896. Четверг.
Праздник Усекновения.
С шести часов была литургия за которой молились все учащиеся. Пели причетники. Первого класса поэтому не было; дальше — обычные классы и занятия.
О. Николай Сакураи из Саппоро хвалит катизихатора Моисея Симотомае. В добрый час! Просит написать о. Борису, чтобы он убедил отца жены Моисея, в Фукуока, выслать к нему жену. Конечно. Но послушает ли взбалмошный отец, который, по–видимому, вовсе не заботится о счастии дочери, желающей не разлучаться с мужем, а держит ее у себя для домашних работ? Просит еще убедительно простить ему, о. Николаю, штраф за позднее отправление к своей пастве и выслать удержанные за два месяца 10 ен его семье, очень нуждающейся по причине возникшей дороговизны на все. Просьба исполнена.
Павел Сайто пишет, что в него, в деревне Огавамура, ночью бросили два камня, к счастью, не попавшие.
30 августа/11 сентября 1896. Пятница.
Тит Уехара, катихизатор в Нагаока, прислал прошение об отставке. Пусть увольняется. Ничего доброго не сделал, только представлял проекты, что служащие Церкви должны получать большое содержание, чтобы быть представительными и подобное.
Георгий Оно, катихизатор в Кумамото, пишет о быстром распространении там «Тенрикёо». Это нелепое учение везде проникает; впрочем, это мимолетное облако, ибо очень уж нелепо.
Был епископальный миссионер, живущий в Мацумото; сам из Канады; говорит, что Reverend Shou, ныне ихний archdeacon, был причиною прибытия его в Японию, на службу: когда он, сей Кеннеди, был четырехлетним ребенком, Shou из Японии прислал ему подарок (по приятельству с отцом его) и написал, что он — Кеннеди — может отплатить за него только приездом сюда в качестве миссионера. — По словам его, кроме четырех епископов из Англии и одного (MacKim) из Соединенных Штатов, ныне находящихся здесь, сюда скоро еще прибудет епископ из Канады. В Мацумото у него дело не блестяще, по крайней индифферентности жителей к вере (это и нам известно, ибо посылали туда катихизатора, но сняли по бесплодности). Из местных жителей у него только один христианин, прочие, человек 12, — пришлые. У него самого жена и ребенок, и жизнию там не скучает. Говорит, что очень хотел посмотреть наш Собор и прочее.
31 августа/12 сентября 1896. Суббота.
Варнава Имамура, катихизатор в Канума, помер; о. Тит сегодня телеграммой известил. Очень жаль; служил восемнадцать лет беспорочно, хотя и никогда не был бойким и успешным катихизатором. Отличался набожностью и усердием к храму Божию, из своего скупого содержания часто присылал пожертвования на постройку храма. Женился на воспитаннице нашей Женской школы и оставил трех детей: пяти лет, трех лет и только что родившегося. Придется теперь заботиться о его семействе — не бросить же присным такого многолетнего и доброго служителя Церкви.
Приходится платиться за небрежность в речи. С Афонасием Такай, отправлявшимся после Собора на место службы в Кёото, имела отправиться его мать; пришла она попрощаться в сопровождении дочки Насти, десяти лет; время было отчасти свободное после всенощной, и я ласково принял их и минут двадцать говорил с матерью о воспитании дочери, о том, сколько это стоит, говорил, чтобы отдать дочку в здешнюю Женскую школу, когда она немного подрастет; дал матери и дочке на дорогу в Кёото, последние, кажется, 3 ены. Все это было почти два месяца тому назад. Вдруг вчера получаю письмо от Афонасия, чтобы 3 ены, обещанные его матери на воспитание Насти, передавать его брату Антонию, катихизатору здесь, в Токио. Антоний Такай сегодня в четыре часа приходил с своею очередною проповедью, приготовленною для сегодняшней всенощной. Говорю я ему: «Ошиблась мать, не поняла меня и в намерении не было у меня назначать 3 ены твоей сестре, но так и быть пусть идет ей 1 ена на “коцкай”; его я буду выдавать тебе вместе с 2 енами» (идущими ему частно от меня). Но во время всенощной передумал я; если ошиблась мать, то прежде всего по моей вине — небрежно и неудовлетворительно говорил, — зачем же теперь причинять ей скорбь? Притом же, оба ее сына, Афонасий и Антоний, недавно кончившие Семинарию, хорошо служат Церкви катихизаторами, а получают — первый 10 ен, второй 8 (и 2 от меня) — весьма скудное вознаграждение, имея на руках мать и две сестры (третья здесь в Женской школе). Итак, после проповеди, произнесенной Антонием по окончании всенощной, я сказал ему, чтобы он не писал матери о ее ошибке; я буду ежемесячно высылать по 3 ены на воспитание его сестры до поступления ее в Женскую школу.
1/13 сентября 1896. Воскресенье.
Из маленькой Церкви в Котода был очень благочестивый христианин, просил икону для аналоя, дана Благовещения, благословил его также двумя малыми иконами и молитвенником.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
