друг друга людей девушке не приходилось видеть.
Соули знала, что, как бы мама его не доводила, отец ни за что не обидит свою маленькую жёнушку, потому, не скрывая ободряющей улыбки, кивнула в ту сторону, где скрылась беглянка.
— Думаю, она уже где-то в глубине сада.
Герцог кивнул и, крикнул зычно, так что стёкла в доме задрожали:
— Мари! Выходи по-хорошему!
Но, не дождавшись ответа, ринулся вслед за беглянкой.
Не успела Соули опустить взгляд на станицы книги, как неожиданно из кустов жасмина появились одновременно две чумазые девчушки лет пяти, настолько похожие, что отличить их могла только матушка.
Они совершенно не обратили внимания на старшую сестру, а принялись громко шушукаться.
— Какая же ты замарашка! — прошептала одна и взялась поправлять платьице второй.
— Ты не меньшая замарашка! — заявила в ответ вторая и так же начала приводить в приличный вид сестрёнку.
— Матушка опять заругается, — важно заявила первая.
Вторая на это печально кивнула. На удивление, они всё делали настолько синхронно, что Соули невольно залюбовалась.
Близняшки были похожи на два одуванчика в платьицах. С огромными серыми глазёнками и торчащими в разные стороны прядками светлых волос, уложить которые даже в простенькую прическу ещё не удавалось никому. А если и получалось, то лишь на ближайшую пару минут. После краткого мига послушания, волосы, словно пружинки, вновь закручивались так, как им было угодно.
Услышав позади себя хруст веток, малышки с визгом убежали, а вслед за ними из тех же кустов показался мальчик трёх лет. Хорошенький, словно ангелочек.
Его Соули просто обожала. Отряхнувшись, он подошёл к ней.
— Еди, — в его детских устах так звучало «Леди» — Не побегаи шдесь две ашбойничи?
Что означало: «Не пробегали ли здесь две разбойницы?»
— О! — делая серьёзное лицо, протянула девушка, хотя ей хотелось схватить в охапку малыша и зацеловать в розовые пухленькие щёчки. — Мой лорд вновь ловит преступниц?
Он так серьёзно кивнул, что ей понадобилась вся выдержка, чтобы не расплыться в умилительной улыбке.
— Что же они такого натворили на этот раз? — спросила она со всем интересом.
— Отять стасии буочки! — от возмущения поборник справедливости топнул ножкой.
— Стащили булочки? Опять!? — переспросила Соули, качая головой и делая вид, что тоже не одобряет такой дерзкий поступок.
Теперь ей стало ясно, в чём же таком были перемазаны две одуванчиковые рожицы. Всему виной — ягодное варенье.
Малышки обожали сладкое, и ловили любой удобный случай, чтобы стянуть ягодные пирожки с кухни Хеттер. Поэтому ладошки у них частенько были липкими.
— Мой лорд, — начала серьёзно девушка. — Я думаю, Вам стоит поторопиться. Боюсь, эти разбойницы вновь побежали на кухню.
— Ах! — провёл ручкой по лбу юный стражник. — Как се я утомился!
Закусив губы, еле сдерживая смех, Соули сочувствующе кивнула, а маленький лорд, важно вышагивая, отправился на поимку особо опасных похитительниц сладостей.
Девушка долго с нежной улыбкой смотрела ему в след. Мальчик был удивительно похож на отца. Те же манеры, тот же аристократический шарм. Он называл всех женщин «леди» начиная от служанки и заканчивая старой герцогиней. И с неподражаемым уважением относился к людям. Однажды Соули стала свидетельницей так поразившего её разговора.
— Милая леди, — начал маленький лорд, остановив бежавшую мимо служанку. — Не будете ли Вы так любезны, помочь мне надеть ботинки…
Он не был капризным или избалованным, хотя предпосылок для подобного поведения было достаточно. Начиная с того, что он являлся на данный момент самым младшим членом семейства и все напропалую его баловали.
Мечтательно задумавшись, она чуть не пропустила такой долгожданный момент, из-за которого всё утро дежурила в саду, когда к воротам подкатила карета Тайной канцелярии. Из неё вышел молодой мужчина в синем военном мундире. Он остановился у дома и, пока встретившие его слуги вносили чемоданы, со счастливой улыбкой разглядывал особняк. У него был вид человека, наконец, вернувшегося домой после долгой разлуки.
Сердце Соули подпрыгнуло и пустилось вскачь.
— Шкет! — еле-слышно прошептала она, называя мужчину тем давним прозвищем, которое употребляла только её мать. Для всех остальных молодой человек был герцогом Янгом Рейтом, приёмным сыном Давея Саблера.
Собрав всё своё мужество и с трудом сдерживаясь, чтобы не побежать навстречу, девушка поднялась со всем достоинством, на какое только была способна в этот момент, и плавно пошла к приехавшему.
— Янг! — воскликнула она радостно, и присела в лёгком реверансе, не дойдя нескольких шагов. А так хотелось, как в детстве, кинуться ему на шею, крепко уцепиться за сюртук и не отпускать весь день.
— Соули! — в ответ откликнулся мужчина, и с удивлением, застывшим на лице продолжив: — Как ты выросла…
Проговорил и замер, неожиданно сбитый с толку красотой девушки. В его взгляде читалась растерянность и восхищение!
Наконец! Наконец её мечты сбылись. Он смотрел на неё так, как она давно хотела. Наконец-то он увидел в ней привлекательную женщину. Соули торжествовала. Не зря она сегодня провела столько времени у зеркала.
Но молодым людям не дали насладиться встречей в одиночестве. Под возмущённые крики Марион из сада вышел герцог, неся на плече свою обожаемую жену.
— Как ты могла вмешаться в это дело? — укорял он её на ходу. — Я полгода готовил этот брак! А ты в пару дней всё разрушила! Как же ты не понимаешь, это политически важный шаг.
— Какой шаг? — послышалось приглушенно из-за его спины. — Твоему послу больше сорока лет, а девочке всего семнадцать! Он для неё совсем старик!
— Старик?! — возмущённо вскрикнул герцог и поставил-таки герцогиню на землю. — Ему всего сорок два!
— Не всего, а уже! — категорично заявила бунтарка.
И в этот момент увлеченные спором супруги, наконец, заметили застывшую у крыльца пару.
— Шкет! — взвизгнула леди и бросилась к улыбавшемуся и раскрывшему свои объятия молодому человеку на шею.
Она всегда жила чувствами, совершенно пренебрегая этикетом.
После того, как слишком шумная и радостная супруга, наконец, отпустила Янга, к нему подошёл герцог, и мужчины с теплотой пожали друг другу руки. А потом, когда суета улеглась, уединились в кабинете, решать свои важные дела.
Окончив военную Академию, Янг Рейт стал лучшим офицером разведки, а после службы на границе, вернулся и влился в число сотрудников Тайной канцелярии. И очень скоро стал главой отдела по борьбе с преступностью, в его ведомстве работали те самые мальчишки из его команды. Преданность и заботу о своих босоногих товарищах он пронёс сквозь годы, и многие остались служить рядом с ним.
Всего он добился сам, без протекции главы Тайной канцелярии и своё родство с последним скрывал с завидным упорством.
Герцог смотрел на недавнего мальчишку и понимал,
