характера.
– Интересно, у Сенкевича тоже раздвоение личности? – задумалась Настя.
– Да пусть хоть болезнь Альцгеймера, лишь бы она обострилась после того, как нас домой доставит, – проворчал Дан.
– А есть ли он, Данилка? Дом? – Настя приподнялась на локте, взгляд грустный.
– Ты о чем?
– Уверен, что мы сможем вернуться? А если нашего мира больше не существует? Вдруг каждое путешествие во времени что-то изменяет в прошлом и будущем? Как было у Кинга, помнишь?
Дан и сам об этом думал, но расстраиваться без толку не хотел. Он крепче обнял подругу:
– Все будет хорошо.
Настя не успокаивалась:
– Вот, например, Равенсбург. Ты ничего странного не заметил?
– Неа. Только демоны, вервольф и колдуны, – попытался отшутиться Дан. – А в остальном все как обычно.
Девушка шутку не приняла:
– Вот именно! А разве где-нибудь в исторических книгах упоминается, что это существовало на самом деле? Наоборот, везде говорится, что инквизиция занималась мракобесием, уничтожала невиновных.
– Во-первых, мы не могли точно знать, что было, а чего не было в Средневековье, – возразил Дан. – История без конца переписывается, сама понимаешь. Во-вторых, не забывай: Сенкевич перенес нас в другое время с помощью колдовства. Так что оно все же существует.
– Ладно. Может быть, – Настя снова улеглась к нему на плечо. – Слушай, а ты ничего не видел там… в портале? Или у меня одной глюки приключились?
Дан задумался. Вспомнилась мутная круговерть, всплывающие в ней яркие пятна, которые то сливались в одну огромную кляксу, то разбрызгивались мелкими крапинами и уносились вихрем прочь. И среди них…
– Там было лицо, – произнесла Настя. – Лицо старика.
Оно выступало туманным абрисом, медленно оформлялось, приобретало очертания, наполнялось красками. Огромное, жуткое, на мгновение оно заслонило собой весь портал.
– Да, – сказал Дан. – Смуглый, худой, со впалыми щеками и густой белой бородой. И глаза… такие черные, пронзительные.
Настя удивилась:
– Наоборот, он был бледный, круглолицый, щекастый, гладко выбритый. И мешки под глазами. Но сами глаза – да, будто угли. Мне стало страшно от его взгляда.
– Думаешь, привиделось? Может, портал вызывает галлюцинации. Или картины прошлого.
– Не знаю… Мне казалось, он что-то говорил. Голос как будто звучал у меня в голове. – Настя помолчала. – Нет, не помню. Все так смутно…
Дан кивнул. Он тоже слышал слова старика. Тот приказывал остановиться.
– Ладно, что делать-то будем? – спросила Настя. – Судя по тому, что случилось на этой… как ее… Финестре, за тобой гоняются все охотники галактики. Сумма в тридцать миллионов за голову – это большое искушение.
– Тридцать миллионов? Странное совпадение, – пробормотал Дан. – Что делать, что делать… Выполнять заказ.
Он вкратце рассказал, в чем заключается задание.
– Опасно. А Сенкевич?
– Появится. Ты не заметила, что нас троих как будто притягивает друг к другу? Мы попадаем в тела людей, между которыми есть некая связь. Так что не удивлюсь, если какой-нибудь из охотников и окажется Сенкевичем.
– Слушай, а что за инфа, из-за которой все за тобой гоняются? – спросила Настя. – Если дело в ней, проще всего найти ее. Тогда можно будет торговаться. Или слить в галактическую сеть. Она перестанет быть секретом, и от тебя отвяжутся.
– Пока не знаю. Дал задание Сяо Ли. Может, разберется.
– Кэп, нападение, нападение! – заорал, появляясь на экране, мультяшный дятел. – Два охотничьих корабля!
Дан подскочил, натянул одежду и побежал в рубку. Там Дитрих фон Валленштайн сидел, уставившись в монитор и не снимая рук с панели управления.
– Два шакала, кэп, – доложил он.
Шакалами называли охотников, работающих бригадами. Это были мини-эскадры из двух или нескольких небольших, но очень мобильных кораблей. Обычно звездолеты для шакалов делались на нелегальных заводах Марса. Их собирали из обломков подбитых или отработавших свое судов, проданных владельцами на запчасти, и нашпиговывали разнообразным вооружением.
На мониторе появилась картинка. Звездолеты, если можно их так назвать, приближались с двух сторон. В одном из шакалов можно было узнать корпус истребителя, но с приваренной к нему кабиной от малого пассажирского корабля. Второй представлял собой странную смесь косморазведчика и легкого грузового транспорта. Оба снабжены были лазерными пушками и аннигиляторами.
– На таких чайниках выходить в космос – самоубийство, – сквозь зубы процедил Дитрих.
Обычно так оно и было. Шакалов презирали даже пираты. Чаще всего такие стаи состояли из людей, которые не боялись ничего: потерявших разум синтетикоманов, хронических адреналинщиков или просто идиотов. Среди них редко встречались высококлассные пилоты, шакалы брали другим – полным бесстрашием и отмороженностью.
– Интересно, как там у них с силовыми полями? – пробормотал Дитрих.
– Да черт знает. Тут никогда не угадаешь. Опустить защиту.
Дан уселся за пульт управления, уступил контроль Бладу.
– Лазеры?
– Полная готовность! – ответил стрелок.
– Максимум! – отозвался Дитрих и добавил: – Сейчас эти уроды будут в зоне поражения.
– Вася, мое предупреждение остается в силе. Помнишь, что обещал отрезать? На борту даже есть специалист.
– Понял, кэп!
Угроза подействовала. Очередь лучевых импульсов угодила в двигатель, тот выдал яркую вспышку и погас.
– Отличная работа! – похвалил Блад. – Вася! Лазером по истребителю!
Тем не менее истребитель держался. Пронесся мимо, развернулся и снова полетел на «Арабеллу». Корабль содрогнулся: выстрел второго шакала пробил защиту и повредил корпус слева.
– Ай-семь, что у нас?
– Ухожу от атаки! – выкрикнул Дитрих.
«Арабелла» изящно прошла между шакалами, свечой взмыла над ними.
– Доигрались, повреждения серьезные. Точная диагностика невозможна, – деловито проговорил компьютер.
Рейдер открыл огонь по второму шакалу. Попадание было удачным: гибрид грузовика и разведчика разнесло взрывом.
– Кэп, истребитель наводит аннигилятор!
– Зеленый носорог, храни дураков, – прорычал Акула. – Защиту на средний уровень! Уходим!
Между «Арабеллой» и истребителем разлилось пятно антиматерии.
– Прыжок, прыжок! – приговаривал Блад.
Незадачливый шакал аннигилировал, растворился в антиматерии. «Арабелла» успела вырваться и совершить прыжок на небольшое расстояние, километров пятьсот. Но этого хватило, чтобы избежать столкновения с антиматерией.
– Ай-семь, как там с повреждениями?
– Я уже сообщил косоглазому, сейчас займемся, – ответил компьютер.
– До Гаммы-32 четыре часа в суперскоростном режиме – энергии на серьезный прыжок не хватит, – нахмурился Блад. – Надеюсь, дотянем.
Глава 4
Сенкевич
– Финестра, Финестра, вызывает крейсер Корпорации. Прошу разрешения на посадку. Прошу разрешения на посадку.
Ответом было безмолвие. Эрик Лонг пожал плечами:
– Адмирал, космодром Финестры не отвечает. Какие будут приказания?
– Идем на посадку, – решил Грант.
Сенкевич мысленно согласился. Все, чего ему хотелось, – уничтожить наконец Блада Акулу и вернуться на Землю, чтобы получить обещанное вознаграждение в виде продления жизни. Когда он закрепится в выбранном статусе, можно будет разделаться с надоевшей личностью Гранта. А потом, если все-таки жизнь в будущем когда-нибудь надоест, сделать перерасчет для портала.
С адмиралом космической эскадры
