все те соображения, которые 25 февраля 1952 года Сталин высказал на заседании Политбюро. Тогда же было внесено предложение о создании специального президиума Комитета[1854], который решал бы все срочные вопросы, не вынося их на общее обсуждение.
По состоянию на 10 января 1953 года в Комитет поступило 182 кандидатуры по литературе: по разделу прозы — 97, по разделу поэзии — 44, по разделу драматургии — 21, по разделу литературной критики и искусствоведения — 20[1855]. Доклад секции литературы состоялся 13 января (докладу предшествовало заседание литературной секции, на котором были окончательно утверждены предварительные списки по всем разделам[1856]). Все поступившие кандидатуры были распределены по трем спискам, в первый из которых попали произведения для немедленного ознакомления («произведения, уже имеющие критические отзывы и читательское и общественное мнение»[1857]), во второй — менее известные книги, в третий — уже обсужденные и не рекомендованные секцией к рассмотрению.
Для активного обсуждения в первом списке по разделу прозы (докладывал Тихонов) предлагались романы М. Бубеннова, Л. Вайсенберга, В. Гроссмана, В. Катаева, А. Кононова, В. Кочетова, П. Павленко, К. Симонова, Н. Шундика, И. Эренбурга, рассказы Б. Полевого, очерки В. Овечкина. Во второй и третий списки попали десятки произведений, речь о которых почти не заходила на пленумах и секционных заседаниях. Кроме того, к этому списку примыкали три иностранных автора — Дж. Олдридж, М. Пуйманова и С. Токунага.
Первый список по разделу поэзии (докладывал Тихонов) оказался весьма скромным: в него попали только тексты И. Абашидзе, Д. Гулиа, Я. Усхая, тогда как основная масса поступивших кандидатур была определена во второй список (М. Бажан, Р. Гамзатов, А. Граши, П. Воронько, В. Инбер, А. Кулешов, Н. Рыленков и другие). Все иностранные авторы по разделу поэзии были сняты секцией с обсуждения.
По разделу драматургии (докладывал Лавренев) внимание секции привлекли пьесы Г. Мдивани, А. Софронова, Э. Урбана, Н. Хикмета, А. Якобсона.
Раздел литературной критики и искусствоведения на том заседании по просьбе Тихонова не обсуждался. На большинство предложенных Комитету текстов уже были заказаны рецензии, поэтому литературная секция, стремясь отстраниться от принятия преждевременных решений, отложила обсуждение. Однако Тихонову все равно не удалось избежать ожесточенных споров среди собравшихся комитетчиков. Список кандидатур по этому разделу был утвержден литературной секцией лишь 21 января 1953 года.
Очередные уточнения в списки кандидатур на премии по разделам художественной драматургии и прозы были внесены 22 января. Доклад Тихонова по кандидатам-прозаикам открылся характеристикой романа Катаева «За власть Советов», за ней последовало немногословное обсуждение романов «Верное сердце» Кононова, «Журбины» Кочетова, «Быстроногий олень» Шундика, «Девятый вал» Эренбурга, «Младшая сестра» Вайсенберга, «Тегеран» Севунца, «Просвет в тучах» Упита, «Карпаты» Скляренко, «Огни на реке» Дубова, «Дни нашей жизни»[1858] Кетлинской, «Товарищи по оружию» Симонова, «Белая береза» (вторая книга) Бубеннова, «За правое дело»[1859] Гроссмана, а также сборника «Современники» Полевого и публиковавшихся в «Новом мире» очерков «Районные будни» (1952. № 9) и «В одном колхозе» (1952. № 12) Овечкина. Обсуждение кандидатов по разделу драматургии сосредоточилось вокруг «Шакалов» Якобсона, «Новых времен» Мдивани, «Иначе жить нельзя» Софронова, «Друзей Шавкатова» Карима и «От Полтавы до Гангута» Сельвинского. К ним добавились несколько текстов иностранных авторов, среди которых «Рассказ о Турции» Н. Хикмета, «Они выросли в боях» Ху Кэ и «Полковник Фостер признает себя виновным» Р. Вайяна. Разговор о кандидатурах по разделу прозы продолжился на следующий день, 23 января. Полемика комитетчиков была связана в основном с романами Бубеннова, Гроссмана и Симонова, который запросил отвод по причине членства в Комитете. Обсуждались и тексты иностранных претендентов на премию, в число которых вошел и китайский писатель Чжао Шули. По разделу поэзии обсуждались цикл стихов «Человек в горах» Гулиа, книга стихов «Песня жатвы» Абашидзе, роман в стихах «Перевал» Ухсая, а также «Избранное» Боряна, «Большевикам пустыни и весны» Луговского, «С тобою, Отчизна!» Панченко, «У Спасской башни» Бажана, «Твоя книжка» Воронько, «Дорога на Клухор» Тушновой, «Путь воды» Инбер, «Ленинские горы» Алигер, «Слово о старшем брате» Гамзатова, «Песня о славном походе» Кулешова, «Послевоенные стихи» Твардовского. Тогда же впервые обсуждался раздел литературной критики и искусствоведения, куда попали книги «Н. В. Гоголь» Ермилова, «„Мертвые души“ Н. В. Гоголя» Храпченко, «Николай Новиков и русское просвещение XVIII века»[1860] Макогоненко, «Гете» Вильмонта, «Работа Станиславского в оперном театре» Кристи, «Художественное наследие М. В. Ломоносова: Мозаики» Макарова, «К. С. Станиславский на репетиции: Воспоминания» Топоркова, «Русское народное зодчество в Западной Сибири» Ащепкова, «Градостроительная культура Средней Азии: (С древних времен до второй половины XIX века)» Лаврова и «М. Горький и литературное движение конца XIX и начала XX века» Волкова. Среди двух главных претендентов на первую премию — Ермилова и Храпченко — литературная секция закономерно поддерживала первого, потому как хотела избежать возможных обвинений в поддержке «поборника формализма», как бывшего председателя Комитета по делам искусств окрестили еще в середине 1948 года[1861]. Завершились прения вокруг кандидатур по разделу литературной критики и искусствоведения на пленуме, состоявшемся 24 января 1953 года. Тем временем работа в литературной секции продолжалась: состоялось два заседания — 26 и 31 января, на которых списки кандидатур были максимально сокращены для удобства обсуждения на тот момент уже прочитанных текстов.
Предпоследний вариант ранжированных списков секция литературы представила 3 февраля 1953 года. Началось обсуждение с литературной критики, продолжилось драматургией, затем рассматривались кандидатуры по разделу поэзии и завершился доклад Тихонова характеристикой раздела художественной прозы. Окончательно работа по определению списков для составления бюллетеней завершилась на заседании литературной секции 19 февраля 1953 года[1862]. В тот же день состоялось общекомитетское заседание, на котором эти списки были оглашены и обсуждены. После сравнительно вялой реакции экспертов (редкие замечания в основном касались места кандидата в перечне, но не его состава) они были окончательно согласованы и утверждены в присутствии собравшихся. Бюллетени для голосования по литературе подбили 25 февраля. К тому моменту списки кандидатур по разделам выглядели следующим образом.
Прозаические: «Товарищи по оружию» К. М. Симонова; «Просвет в тучах» А. Упита; «Избранное» М. М. Пришвина; «Девятый вал» И. Г. Эренбурга; «За власть Советов» В. П. Катаева; «Журбины» В. А. Кочетова; «Быстроногий олень» Н. Е. Шундика; «Юрко Крук» П. С. Козланюка; «Дни нашей жизни» В. К. Кетлинской; «Пуоджюнкемис» А. Ю. Венуолиса; «Тегеран» Г. С. Севунца; «Районные будни» и «В одном колхозе» В. В. Овечкина; «Незабываемые дни» М. Лынько; «Младшая сестра» Л. М. Вайсенберга; «Огни на реке» Н. И. Дубова; «Караганда» Я. М. Мустафина; «Утро на Днестре» И. И. Канны; «Гангутцы» В. А. Рудного; «Современники» Б. Н. Полевого.
Поэтические: «Послевоенные стихи» А. Т. Твардовского; «Человек в горах» Д. И. Гулиа; «Большевикам пустыни и весны» и «Главный Туркменский» В. А. Луговского; «У Спасской башни» М. П. Бажана; «Песня жатвы» И. В. Абашидзе; «Перевал» Я. Г. Ухсая; «Избранное» Г. М. Боряна; «Избранное» Элляя; «С тобою, Отчизна!» П. Е. Панченко; «Дорога на Клухор» В. М. Тушновой.
Драматургические: «Ангел-хранитель из Небраски» и «Шакалы» А. Якобсона; «Микаэл Налбандян» А. Араксманяна и З. Вартаняна.
Критические: «Н. В. Гоголь» В. В. Ермилова; «Русское искусство XVIII века: Архитектура. Скульптура. Живопись» Г. В. Жидкова.
Среди рекомендованной Комитету зарубежной литературы внимание экспертов привлекли
