— Как всегда бесподобно, Ахмет-бей, — улыбнулась Мария повару, чистокровному турку с простонародной фамилией Челик. — Мои девочки (взгляд императрицы стрельнул в сторону мило смущающихся фрейлин), как бы они не старались, никак не могут приблизиться к вашим шедеврам.
Румяненький, как пирожок, невысокий круглолицый мужчина с тёмными южными очами, почтительно застывший у кофейного столика, польщённо приложил руки к груди напротив сердца.
— Премного польщён, Мария-ханым, только не просите опять поведать мои секреты своим боевым пэри, оставьте бедному старику счастье радовать вас лично приготовленными блюдами и кофе.
Несмотря на восточную внешность и отсутствие в жилах хоть капли славянской крови, Ахмет по-русски говорил чисто, без акцента. Таки сказалось то, что Челики переехали в Россию после Второй Великой войны из разорённой войной Турции. И пусть Ахмет не родился в стране вечных снегов, это не помешало ему всем сердцем влюбиться в новую родину и жениться на простой русской девушке, несмотря на показное недовольство родителей, косо смотревших на то, что Алевтина не мусульманка. Тем не менее, горячо любимая супруга подарила Ахмету пятерых детей, а старикам внуков, в которых они души не чаяли. С той поры, как говорят в России, много воды утекло: старики почили, дети выросли и обзавелись своими семьями, смолянистые кудри Ахмета сменил покрытый инеем седой лес, а он сам внезапно оказался замечен одной из фрейлин молодой императрицы. Анастасия Юсупова по заслугам оценила вкус кофе и блюд, вышедших из-под рук Ахмета в маленьком семейном кафе на полтора десятка посетителей. Недели не прошло с того дня, как в кафе старого турка изволила откушать высокородная русская дама, в семье Челик случились кардинальные перемены. За стойкой полноправным хозяином стал Аслан — старший сын Ахмета, а бывший хозяин семейного заведения общепита, не сумев отказать одной ушлой девице, сменил адрес жительства. Эх, знал бы он на что соглашается. Впрочем, Ахмет ни секунды не жалел о принятом решении…
— Полноте, Ахмет-бей, мои пэри всего лишь волшебные духи, а вы — настоящий бог! — польстила Мария старику, зардевшемуся от похвалы. — Как я могу променять вашу выпечку и божественный напиток на горькую бурду?
Вскоре с ранним завтраком было покончено, вокруг императрицы началась привычная тихая, упорядоченная суета. Службы охраны и сопровождения приготовились к выезду, согласовывая последние изменения маршрута и правки мест посещения. Мария Александровна любила импровизировать, добавляя головной боли и так занятым людям, но на то она и императрица, чтобы не у неё, а у других головы о безопасности болели. К чести женщины, Мария Александровна старалась не злоупотреблять своим положением первой леди государства и всегда прислушивалась к советам руководителя службы охраны. Она могла доброй и понимающей, жёсткой и суровой, даже жестокой в некоторых случаях, не терпящих миндальничества, но никто никогда не мог назвать её вздорной.
Да, её незапланированный прилёт в Н-ск на Рождественские каникулы разворошил местное сонное царство. Что ж, так даже лучше, что к её визиту не успели приготовиться и навести лоск, Мария Александровна органически не переваривала «Потёмкинские деревни» и ненавидела лезущих в глаза лизоблюдов, ищущих похвалы и преференций за лубочную картинку и облизанный до засосов «бампер». Да, последних она не любила в особенности. Накинув пальто, императрица подошла к окну, из-за занавесок глянув на столпотворение внизу. Слухи недолго были слухами, с быстротой молнии разлетевшись по городу и губернии… Интересно, сколько людей из волнующейся толпы явились к гостинице по настоящему зову сердца, а не в липовом стремлении показать верноподданические чувства?
— Ваше Величество, — в гостиничный люкс вошёл подтянутый, как всегда серьёзный начальник охраны. — Всё готово.
— Иду, Платон Иванович, — кивнула Мария.
…Через несколько часов императорский кортеж совершил незапланированную остановку, свернув на парковочную площадку нововозведённого центра народной медицины на окраине Н-ска. Охрана, заранее получив извещение императрицы о неплановом визите в вотчину её Н-ского протеже, ловко рассыпалась по периметру, беря окрестности под наблюдение, правда столпотворения не случилось. Вместо ожидаемой толпы подданных и страждущих больных высоких гостей встретила почти глухая пустота. Нет, пустота была не абсолютной — несколько машин на парковке присутствовало, как и с десяток людей, читавших какие-то объявления на закрытых дверях центра. Даже свозь затонированное стекло Мария видела на лицах редких посетителей гнев, разочарование и беспомощность, что было само по себе странно.
— Тая, — почувствовав неладное, тихо обронила императрица, повернувшись к фрейлине Таисии Островской.
Приняв почти безсловный приказ, Таисия выскользнула из машины, ловко ввинтившись к куцую толпу. Заметив барона Корфа, мнущегося у её лимузина, Мария вышла на публику. Разглядев прибывшую особу, народ оторвался от бумаг на дверях и качнулся к Её Величеству. Тем временем Таисия подвела к императрице хмурого мальчонку лет одиннадцати.
Одарив мальчика чарующей улыбкой, Тая представила Марию Александровну и барона Корфа.
— Александр Назаров, — бросив на губернатора неприязненный взгляд, что не укрылось от Марии и фрейлин, частоколом окруживших её Величество, серьёзно сказал мальчик, протягивая руку для приветствия. Улыбнувшись подобной детской непосредственности, Мария пожала горячую ладонь мальчика. — Приятно познакомиться, Ваше Величество.
Шмыгнув носом, Саша успел дать ответ раньше прозвучавшего вопроса.
— Вы к дяде Володе, Ваше Величество? Простите, но вы попусту приехали.
Мария обернулась к барону, найдя в глазах Ивана Карловича лишь шок и непонимание. Видимо, губернатор оказался не в курсе ситуации и неприятного «сюрприза».
— Попусту? Саша, ты же здесь живёшь? — вновь ласково улыбнувшись, подбодрила мальчика Тая. — Не скажешь нам, что случилось? Может быть, ты знаешь, куда дядя Володя уехал?
— Знаю, — пожал плечами парнишка и припечатал:
— Плюнул он на всё. Он сказал, что не нанимался бороться с ветряными мельницами, пусть губернатор Дона Кихота в другом месте ищет, — неприязненный взгляд вновь ошпарил барона, видимо, малец до кончиков волос был на стороне Владимира, достаточно ясно представляя, как выглядит управляющий губернией. — Дядя Володя сказал, что хватит с него, продал здесь всё и вчера насовсем уехал в Харбин. Всех своих забрал и нас с мамой к себе пригласил и деньги на билеты оставил, только мы через две недели полетим, маме надо уволиться на работе и мои документы из школы забрать.
— Спасибо, Александр, — как взрослого поблагодарила мальчика Мария, — ты нам очень
