– Демид, ты убил его! – Лека, прихрамывая, добралась до Демида и оперлась на его плечо. Лицо ее было совершенно разбито, глаза смотрели маленькими щелочками, из разорванной губы сочилась кровь. – Демид, ты снова настоящий Защитник! Боже, неужели я свободна от этого? – Она оттянула воротник и содрала пластырь с груди.
Кожа под ним была чистой и гладкой.
– Подожди! – Демид показал вниз. – Вот он, Герман твой. Живой!
Табунщик висел на левой руке, зацепившись за край балкона двумя этажами ниже. Он уперся ногами в решетку, и медленно, но неуклонно подтягивался вверх.
– Сейчас залезет! – Лека схватила большой обломок бетона, прицелилась и бросил его вниз. Камень попал Табунщику точно в голову и с хрустом разлетелся на части, словно был сделан из хрупкого стекла.
Табунщик поднял голову и засмеялся.
– Дети, не балуйте! – крикнул он. – Вы портите мне прическу!
– Нет, это бесполезно. Эта тварь – не человек, так его не скинешь… – Демид легко прыгнул на парапет. – Лека, милая, прости меня, что я втянул тебя в это дело. Теперь ты свободна…
– Демид, подожди! – Лека задохнулась от ужаса. – Нет, нельзя же так! Не вздумай прыгать! Демка, пожалуйста…
Она попыталась цапнуть Демида за край одежды, не дать ему прыгнуть. Рука ее схватила пустоту.
Лека перегнулась через парапет, поглядела вниз, свесившись почти наполовину. Демид и Табунщик боролись, вися на решетке балкона. Лишь одна рука Табунщика соединяла их с опорой. Демид висел на спине Табунщика, обхватив в удушающем захвате его шею. Лека, словно в ночном кошмаре, увидела, как пальцы Германа медленно разжимаются. Миг – и противники полетели вниз, соединенные жизнью своей и неразлучные в смерти…
Два тела грянули об асфальт дороги, распластавшись кучей переломанных костей. Машина, не успев затормозить, с хрустом врезалась в тело Табунщика и протащила его десяток метров, наматывая одежду на колеса. Лека увидела, как оторванная рука Германа взлетела в воздух и шлепнулась на тротуар.
– Господи, Господи, Господи, – бормотала Лека, дрожащими руками убирая в футляр меч. – Упокой, Господи, душу раба твоего Демида… – Она упала на колени и подняла лицо, залитое кровью, к небу. – Почему ты позволил убить его, Боже?! Почему, почему, почему?
Лека свернулась клубочком на бетоне, спрятав лицо в колени, и горько заплакала.
ГЛАВА 16.
Ослепительный свет пробился сквозь веки Демида. Он открыл глаза и прищурился. Небо было странного розового цвета, два солнца сияли с двух сторон – красное и желтое. Демид приподнял голову. Он валялся на песке – целый и невредимый. Табунщик находился рядом, лежал на спине с закрытыми глазами. Одет Табунщик был непривычно – на нем были просторные штаны из прочной ткани черного цвета с металлическим отливом – с широким поясом, но без единого шва. Тяжелые ботинки на ребристой подошве – без шнурков и молний. Выше пояса Табунщик был обнажен, и Демид увидел Знак Волка на его волосатой груди. Мышцы Табунщика вздувались мощными буграми. Более чем серьезный соперник!
Сам Демид был одет так же, только его одежда была серебристого цвета. Демид дотронулся до груди. Ромб находился здесь, открытый любому взгляду. Демид вскочил на ноги, поднял большой камень и пошел к Табунщику, намереваясь размозжить ему голову. На том свете или на этом, но дело нужно закончить.
Громкий металлический скрежет заставил Демида вздрогнуть и оглянуться. Создание, стоявшее сзади него, можно было сравнить с гибридом богомола и паука-сенокосца трехметрового роста – огромный механизм, состоящий из бесчисленных шарниров, пульсирующих трубок, членистых никелированных конечностей, ослепительно сияющих при свете двух солнц. Вид живого существа богомолу придавала только маленькая голова с роговыми, беспрестанно двигающимися челюстями и большими радужными глазами безо всякого выражения.
Богомол протянул конечность, заканчивающуюся маленькой клешней, к руке Демида, аккуратно взял у него камень и кинул его в сторону.
Табунщик открыл глаза и вскочил, дико озираясь вокруг. Выражение неописуемой ярости появилось на его лице. Он размахнулся и ударил Демида кулаком наотмашь.
Демид не успел даже отпрянуть. Кулак противника остановился в сантиметре от его носа, врезавшись в невидимое препятствие. Табунщик взвыл и заплясал на месте, тряся ушибленной рукой.
– Стороны, участвующие в тяжбе! – голос прозвучал сверху и в нем было столько скрежета и лязгания, что Демид с трудом разбирал слова. – Обе стороны получают первое предупреждение. На Острове Правосудия, где вы имеете честь пребывать, соперничающие стороны не имеют права нанесения друг другу физического, а равно и морального урона. Испытания, соответствующие уровню и физическому строению сторон, участвующих в тяжбе, будут предоставлены администрацией Острова в срок, согласованный с графиком прохождения испытуемых.
– Извините! – Демид решил быть вежливым с богомолом. Вдруг он – большая шишка здесь, на этом странном острове? – Не будет ли вам угодно прояснить ситуацию?
– Представители сторон, участвующих в тяжбе, внесены в график испытаний Острова согласно инструкции номер семьсот одиннадцать миллионов четыреста сорок четыре тысячи пятьсот тридцать два, раздел пятьдесят восьмой, – снова залязгал монотонный голос. – Сделано сие по иску обитателей Мира Тьмы, чьим представителем является в настоящий момент господин Демон Тьмы. Господин Человек является Ответчиком, хотя, по его утверждению, он защищает интересы Среднего Мира, именуемого также Цветным. Иск был подан две тысячи лет назад по хронологии планеты Земля, и теперь, согласно графику, вы водворены на Остров для справедливого решения спора. Напоминаю, что Высшими Судьями учитываются все обстоятельства вашего времяпрепровождения на Острове, согласно Высшим Моральным Принципам, безотносительно к моральным принципам, господствующих в мирах Истца и Ответчика!
– А откуда мы знаем, что это за Высшие Моральные Принципы? – спросил Демид. – Может быть, у вас здесь сморкаться – смертный грех, а ходить можно только задом наперед?
Табунщик усмехнулся, и Демид понял, что Духу Тьмы известно об Острове Правосудия гораздо больше, чем ему.
Табунщик низко поклонился богомолу, прижав левую руку ко лбу, а правую запустив себе в промежность. "Дурдом!" – подумал Демид. Табунщик скрестил ноги, плюхнулся задницей на песок, и заговорил, не поднимая взгляда на собеседника:
– Достопочтенные Высшие Судьи, носители Истинной Справедливости, светоч которой сияет в мирах Вселенной, затмевая собой величайшие светила! Покорнейше прошу обратить вас внимание на то, что Ответчик недостойно пренебрегает правилами этикета для одноголовых прямоходящих, имеющих двустороннюю симметрию. Он дерзок в обращении с Наблюдателем. Кроме того, он первым нарушил правила острова, сделав попытку убить Истца. Истец применил насильственные действия в вынужденном порядке, защищая свои достоинство и жизнь…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
