1821 г. 1 генваря. Ветр дул северо-восточный, крепкий, с великим волнением и великою зыбью от NN0, небо и горизонт покрыты были мрачностью и временно выпадал снег и дождь. В 10 часов со стороны ветра находил туман, скрыл от нас все предметы; около полудня туман сделался реже, и тогда пошел дождь. время нашего пребывания проводили с большим удовольствием.
По поднятии кормового флага на обоих шлюпах, я чрез телеграф приказал на шлюпе «Мирном» служителям дать по стакану пунша, дабы они выпили за здравие государя; то же сделано на шлюпе «Восток», и, чтобы сей первый день года отличить от прочих дней и развеселить служителей, которые беспрерывно были подвержены сырости, туману, дождю и снегу, я велел после обеда сварить для всех по большому стакану кофе и налить, вместо сливок, несколько рому; сие необыкновенное для матрозов питье было им приятно и они весь день до самого вечера время проводили весьма весело.
В полдень мы проходили большой льдяной остров, на коем с одной стороны стояли две арки; когда мы оные прошли, с другой стороны на средине льдины видна была большая глубокая пещера, в которой волнение сильно разбивалось.
Вскоре пополудни настал вновь густой туман. В 5 часов мы прошли два большие льдяные острова, от коих продолжались две гряды кусков плавающего льда, простирающегося на милю. Шли во весь день к северу и несли мало парусов, дабы не слишком удалиться от большой широты. Итак, мы уже другой новый год проводили весьма неприятно и в большой опасности. По крайней мере, ныне встречали не так много льдов. По причине дурных погод не могли по желанию видеться и беседовать с нашими спутниками шлюпа «Мирного».
К вечеру пасмурность умножилась. В продолжение сего дня око нас летало много голубых и несколько черных бурных птиц и показались морские свиньи; мы их уже давно не видали; в густых льдах они нам нигде не встречались; вероятно, в сих местах не находят пищи или могут переносить большого холода.
2 генваря. При том же крепком противном ветре мы продолжали курс к N в ожидании перемены ветра. Небо и горизонт покрыты были густою мрачностью и накрапывал дождь. В 7 часов ветр скрепчал при густейшем тумане, так что нередко шлюп «Мирный» от нас скрывался, хотя находился не далее кабельтова. Для нас было необыкновенно, что при таком крепком ветре мы имели такой густый туман. Я приказал взять у марселей последние рифы и по причине большой качки спустил брам-стеньги, а как понижение ртути в барометре предвещало шторм, то заблаговременно велел взять риф у фока; течь в носовой части нашего шлюпа по одному дюйму в час наводила нам беспокойство, потому что в палубе, где спали служители, от частого выкачивания воды из трюма происходила большая сырость.
В 9 часов ветр был весьма крепок, я не смел уже убавлять парусов дабы нас не унесло к северо-западу, где много льдяных островов. В полдень показался под ветром льдяной остров. Туман сделался несколько реже. Тогда горизонт наш распространился на четыре с половиной мили, и нам открылись льдяные острова; к SO три, к N0 один и к WNW один — все от шлюпа «Восток» в трех или четырех милях; теплоты было почти 1°. В 6 часов я сделал два пушечные выстрела для показания места нашего, последний выстрел был с ядром; но мы ответа не слыхали. В 7 часов, когда несколько прочистилось, увидели шлюп «Мирный» весьма далеко позади, а под ветром открылись четыре льдяные острова.
Ветр приметно стихал. Множество голубых бурных птиц и один дымчатый альбатрос летали около нас. При наставшем маловетрии было две зыби: одна от NN0, другая от OSO и сии зыби произвели большую качку, которая продолжалась до трех часов пополудни 3 числа. С сего времени задул тихий ветр от юга и уносил туман к северу; мы тогда находились в широте 63° 27 южной, долготе 118° 49 западной и пошли к О, а дабы воспользоваться ветром от S и наставшей ясною погодою, подняли брам-стеньги и реи на место и прибавили парусов.
Ясная погода давно уже была для нас весьма нужна, и потому мы поспешили оною пользоваться; просушивали все матрозское платье и обувь, распустили все паруса и разложили все веревки, которые от продолжительной мокрой погоды чрезмерно намокли. К вечеру со стороны ветра набегали небольшие тучи со снегом; в полночь ртуть в термометре спустилась на точку замерзания; в палубе, где спали служители, теплоты было 11°.
Имея большой запас хороших дров, заготовленный в Порт-Жаксоне, мы старались беспрестанным топлением содержать в палубе сухой и теплый воздух. Верхняя палуба всегда покрывалась влажностью и была несколько сыровата, для сего каждая артель небольшими швабрами вытирала сырость; однакож не было возможности довести до того, чтоб в холодном климате на шлюпе «Востоке» стены были сухи, ибо шлюп построен из сырого леса, а притом много людей жило в одной палубе.
От полуночи до 7 часов утра переменно шел снег, накрапывал дождь и была слякоть; в 4 и 5 часов утра мы прошли мимо льдины; в 7 часов погода выяснилась, и мы увидели к NW четыре льдяные острова в дальнем от нас расстоянии. До полудня еще прошли мимо двенадцати льдяных островов, большая часть из оных имела вид неправильный; в сие время выпадало много снега.
В полдень небо было покрыто облаками; мы с секстаном в руке нетерпеливо ожидали появления солнца, которое уже давно не показывалось. Облака несколько уменьшились, и солнце только что позволило нам в скорости измерить высоту свою; широта места нашего найдена 63° 26 южная, долгота 114° 54 41" западная. Склонение компаса 21° 31 восточное. Течение моря в 4 дня снесло нас на NO 64°, тридцать шесть миль; теплоты в воздухе было 1°, на горизонте видны десять рассеянных льдяных островов.
В сие время я взял курс на OSO, дабы не приближаться к пути капитана Кука, который шел в широте 62° 20 .
Пополудни ветр отходил более к юго-западу и свежел, облака уносило, благотворное солнце обогревало нас, и несколько льдин было разбросано кое-где по горизонту. Шлюп «Мирный» шел в кильватере. Сие разнообразие составляло картину приятную, по тому положению, в коем мы находились; все прогуливались по шканцам и наслаждались хорошею погодою; ходу было от семи до семи с половиной миль в час.
К вечеру вновь небо покрылось облаками, ветр задул от SW с порывами, ход шлюпов был девять миль в час. В полночь, по причине видимо умножающейся течи шлюпа «Востока», я приказал взять у марселей по другому рифу и убрать фок, чтобы нос не нырял, ибо течь была в сей части.
5 и 6 генваря. 5 и 6 числа, при крепком юго-западном ветре с сильными порывами, под одними рифлеными марселями, мы шли от семи с половиной до восьми миль в час; временно набегали тучи со снегом, волнение было весьма велико. 5-го, по мере приближения к последнему пути капитана Кука, я начал несколько придерживаться к югу так, что с 6 часов пополудни взял курс на SOtO, а 6-го с четырех часов утра держал на SO, с трех часов пополудни — SSO, прорезав обратный путь капитана Кука из самой большой широты. В сии дни мы видели морских свиней, голубых и малых бурных птиц, двух погодовестников и дымчатых альбатросов. С 6 часов пополудни порывы сделались реже, однако же все еще дул крепкий ветр; мы поставили фок, дабы нас менее несло к SO, ибо когда держали SSO, ветр был крут. Немало удивились, что, вступив в широту, большую противу прежней, весьма редко встречали льдяные острова. В продолжение сих дней на шлюпе «Востоке» непрестанно выкачивали воду, от течи входящую.
