но понимал, что делать этого не стоит. Закрадывалось, правда, подозрение, что Роберт с Майклом именно так и поступили, причём ещё на стадии обсуждения местного песка. Второй совершенно точно плевать хотел на всякие там «марсианские правила».
Роман обратил внимание на низкий показатель влажности в лесу. Всего пятьдесят три процента. А ещё, вылезшие в прошлый раз из-под песка черви как бы высохли. Тела их сделались твёрдыми, множественные усики со светящимися кончиками перестали шевелиться и поникли.
Раза три Роман повторял, чтобы Трипольский не трогал их. На четвёртый пообещал прострелить ноги и оставить его одного среди этих червей. Подействовало.
Радовало хотя бы то, что совсем не слышалось Карины или её родственников. Складывалось впечатление, что многоногая тварь покинула ближайшую округу. Хотелось надеяться, что это так. Что её никто не съел…
Восторг от встречи с полупрозрачным аборигеном предсказуемо затмил страх оказаться одному с простреленными ногами среди малопонятных существ. Роман подумал даже, что Трипольский, добравшись-таки до клеща, схватит его и заключит в объятья. Но Фарадей остановился в полуметре и принялся внимательно разглядывать. Видимо, он решил, что времени у них предостаточно.
И был очень удивлён, когда его бесцеремонно потащили за собой. Картина повторялась от раза к разу: Трипольский замечал клеща, нёсся к нему и разглядывал до приближения остальных. Роман вовсю жалел, что вместо Фарадея не взял Ганича. Тот бы хоть шёл смирно. И не оставлял винтовку у каждого второго ствола с полупрозрачным древолазом.
– Они не реагируют на внешние раздражители! – фраза Трипольского впервые за долгое время адресовалась кому-то ещё, кроме него самого. – Свет, прикосновение, звук – всё нипочём!
– И что ты думаешь?
– А то, что мы можем быть на них похожи. Вот мы всё идём по следам «соискателей». От планеты к планете. А вдруг они были на Земле, среди нас, и увидели ровно то, что сейчас видим мы?
– Сосущих древесный сок клещей размером с бульдозер? – усмехнулся Роман.
– Нет. Априори неспособных к контакту аборигенов!
До опушки добрались без происшествий. Путь был знаком, и группа шла быстрее, чем в прошлый раз, торопясь успеть до заката. На открытом пространстве вдруг запищали датчики движения, указывая цели прямо по курсу в пятидесяти метрах. Но впереди никого не было. Только два еле угадываемых на фоне песка смерча быстро смещались в сторону, к лесу. А вскоре и вовсе пропали из виду.
По пескам прошли с осторожностью, на Г-образный взгорок взобрались не без проблем. Обходя модули, во всю смотрели по сторонам, ожидая появления того парня или кого-то из его друзей. Не один же он на целой планете? Где-то должны быть и его родители, возможно сверстники.
Внутри модулей всё выглядело нетронутым, но на всякий случай космопроходцы быстро осмотрели всю доступную часть. Системы экзотел подтверждали безопасный для дыхания состав воздуха, фиксируя лишь небольшое снижение уровня кислорода.
Трипольский не без проблем перебрался из «Осы» в «Сапфир». Сначала он брезгливо осматривал скафандр, ноя, что внутри может оказаться инопланетный вирус-бактерия-плотоядный грибок. Но тут же начал сам себе доказывать, что первый, например, вряд ли страшен существу с иной планеты по целому ряду причин. Причины он тоже негромко озвучивал, неловко влезая в отечественный скафандр.
Роберт тоже сменил боевое экзотело на «Сапфир». Транспортёры не подключались к первому, а без них сложно было организовать эвакуацию.
Роман зафиксировал силовые кабели транспортных платформ к скафандрам коллег. Роберт перевёл свою в рабочее положение: встроенные компрессоры за считанные секунды превратили хиленькие колёсики в большие и проходимые. Меж ними оставалось ещё такое же количество, предусмотренное про запас. Трипольский возился дольше. А когда управился-таки, опять забыл винтовку.
На платформы уложили ещё по два «Сапфира» и зафиксировали их выдвижными лентами. С учётом оставшихся в строю «Ос» хватало на всех. Ещё бы выдумать, как впихнуть в скафандр Милош...
Обратный путь также не принёс неприятностей. Окаменевшие черви столбами стояли на тех же местах, хоть и выглядели малость раздувшимися. Транспортёры прекрасно справлялись с ландшафтом Ясной. Впрочем, в этом отношении ей было далеко до того же Таганрога, не говоря уже про Анубис. На последнем все без исключения платформы вышли из строя чуть ли не в первые два месяца.
Вскоре прямо по курсу показался «родной» челнок. С подъёмом возникла немалая проблема – транспортёры жали свой максимум, а коварный песок так и тёк под ними бесконечным потоком, оставляя их на месте. Пришлось значительно снижать давление в колёсах, чтобы увеличить площадь соприкосновения с поверхностью. И взбираться на самых малых оборотах.
К сборам приступили безотлагательно, решили не оставаться в обесточенном челноке. К моменту возвращения группы на складе уже собрали внушительных размеров куб из плотно составленных герметичных ящиков, в которые упаковали провиант, кислородные брикеты, медикаменты, некоторое ручное оружие – в общем всё, что понадобится в первые часы пребывания на новом месте.
Александру Александровичу становилось хуже. Неостерон делал своё дело – известкование кожи и некроз мышц не то что не прогрессировал, он даже на уже поражённых участках пребывал в одной стадии. Ухудшалось моральное состояние бывшего командира, причём Вика не связывала это даже с предстоящей ампутацией. Он был раздавлен, отвечал односложно. Почти не ел, мало пил.
Дело ещё не дошло до Милош, а проблемы со скафандрами уже возникли. Буров попросту не помещался в «Осу» из-за своего роста. А в «Сапфире» не предусматривалось движение без усилий со стороны оператора. Но Истукан отчего-то рассердился и сказал, что пойдёт сам. В «Сапфире», понятно дело.
Саныча тоже уложили в отечественный скафандр. Он снова пребывал в медикаментозном сне, на сей раз неглубоком – Вика сочла это необходимым. Роман бы поспорил, но после драки, как известно...
Когда дошла очередь до Милош, время уже поджимало. Буров вообще высказался, чтобы оставить её, и если и забирать, то разве что по возвращении за следующей партией провизии. Но Милослава удивила всех: не сопротивлялась, не дралась, брызгая пенистой слюной, чего от неё ожидали. Наоборот, спокойно позволила поместить себя в «Сапфир».
– А что будет, если повреждённую определить в экзотело, управляемое через нейроинтерфейс? В «Осу»?... – вдруг спросил Трипольский, помогая укладывать Милош на платформу рядом с Санычем.
– То же, что и с тобой, если я замкну у твоего скафандра проводку, – недобро проговорил Роман. – Будет весело, но только не тебе.
Похоже, Милославу всё же переоценили. В какой-то момент она наотрез отказалась ложиться. Вся вытянулась в струну, прижимая руки по швам. Спустя минуту безрезультатной борьбы, решили –
