К Алисии она относится хорошо, но не может позволить ей распространять информацию об этом, так сказать, лекарстве. Убить ее нельзя. Но почему бы не воспользоваться ситуацией? В итоге Мэрилин решила устроиться на двух стульях. Алисия не мешает заинтересованным лицам приторговывать эльфийской кровью в «Королеве ночи», а взамен получает ту самую кровь. Не бесплатно, конечно, мафия благотворительностью не занимается. Предположим, со скидкой в тридцать процентов. И, разумеется, при условии, что Алисия будет молчать как рыба. Никаких разговоров с Орденом или коллегами по работе, способными понять, в чем тут дело.
Зак слушал, изредка кивая в знак того, что собеседник рассуждает правильно.
- Золотая у тебя голова, Лок. Жажду продолжения.
- Спустя некоторое время Алисия поняла, что ее зависимость от крови Адриана Уэлша прогрессирует. Соответственно, и обычной эльфийской крови требовалось больше. Она по-прежнему веселилась с подругами, раздавая угощения направо и налево, но понимала, что дальше так продолжаться не может. Ей нужен союзник. Но темное существо на эту роль не подойдет. Вампира рядом просто так не удержать, рано или поздно придется лечь с ним в постель, а, значит, угостить своей кровью, и никто не знает, какой будет реакция. Необращенный? Плохая идея, он может в любой момент обратиться за помощью к Ордену. Разумеется, она выбрала человека. Тебя. А ты, в свою очередь, познакомил ее с Моникой Блант, даром что смертной, но имевшей обширные связи и снабжавшей Алисию эльфийской кровью. Да, разумеется, за товар приходилось платить. Что она и делала, пользуясь деньгами моего отца. А потом что-то сломалось. Полагаю, мадам Кали узнала, что Адриан Уэлш - не единственное ходячее лекарство от эльфийской крови.
Ее высочество тихонько охнула и прижала ладонь к губам. Детектив Уоткинс вздернул подбородок.
- Союзник? Ты хотел бы в это верить, а, Лок? Ты умираешь от страха при одной мысли о том, что кто-то оставит тебя в дураках. И вот что я тебе скажу. Ты полный дурак, несмотря на золотую голову. Она тысячу раз говорила мне, что хочет послать тебя на все четыре стороны. Знаешь, почему она этого не делала? Она тебя жалела. Так и говорила. «Он станет еще несчастнее, если я его оставлю. Ведь у него нет ничего, кроме работы и денег». Терпела твою ревность и твои истерики, плакала и обещала, что уж завтра-то все точно будет иначе. Но наступало завтра - и все оставалось по-прежнему.
- Теперь ты меня понимаешь, - с печальной улыбкой кивнул эльф. - Я тоже ей верил. И хотя бы в чем-то ты прав. Я действительно дурак. Ладно. О подробностях ваших отношений я знать не хочу. А о том, что она поила тебя своей кровью - так тем более. Ведь поила?
Вместо ответа Зак мотнул головой, и этот жест можно было расценить как угодно.
- Объясни-ка мне вот что, дружок. Я уже понял, что Мэрилин убила Алисию из-за принцессы Пенелопы. Если лекарство может бесконтрольно размножаться, ничего не поделаешь, остается только избавиться от свидетелей. И от следов лекарства. Квартиру мисс Конли, конечно, не следовало сжигать ради испачканного в крови ее высочества платья в корзине для грязного белья, но Лоран Фабре заявился туда в самый неподходящий момент, да еще и заметил взломанный замок, и пришлось уничтожать улики. Одного не могу понять, Уоткинс: почему Моника Блант продолжала получать деньги даже после смерти Алисии?
- Деньги? - переспросил Зак недоуменно. - Какие еще деньги?
- Бумажные деньги, - раздалось из глубины переулка. - Хрустящие бумажные деньги. Любая работа должна оплачиваться, верно, детектив Уоткинс?
У высокого мужчины в джинсах и кожаной куртке, вышедшего под свет фонаря, были слегка отросшие темные волосы и черты лица, в которых угадывалось что-то азиатское. Незнакомец окинул взглядом присутствующих и посмотрел на Пенелопу, открывшую дверь машины.
- Не высовывайся, - предупредил он.
- Ой, - вздохнула ее высочество и мгновенно забралась в салон.
- Ты кто такой? - спросил у мужчины Зак.
- Лоран Фабре, владелец детективного агентства «Темная луна», - представился тот. - А вы, как я понимаю, детектив Закари Уоткинс. Я читал о вас в газете. Рад, что вы оправились от ранения. Почему бы вам не рассказать финал захватывающей истории? У доктора Лока уже в горле пересохло.
Полицейский направил пистолет на мужчину.
- Эй, дружок, не делай резких движений. Мы не хотим, чтобы кому-нибудь здесь причинили вред, верно, Лоран?
Пенелопа метнулась к другому окну и уткнулась носом в стекло. У нее двоится в глазах? Нет. Но она совершенно ясно видела другого мужчину, выходившего из противоположного переулка. Он походил на Лорана как две капли воды, даже одеты они были одинаково.
Зак перевел оружие на новоприбывшего.
- Что это за шутки?! - крикнул он. - Ваша гребаная магия?!
- Никакой магии, - с улыбкой возразил второй мужчина и показал детективу Уоткинсу небольшой пакет из бурой бумаги. - Не хотите рассказывать финал истории - так уж и быть, мы поможем. Приступайте, месье Фабре.
- Оставляю эту честь вам, месье Фабре, - вежливо откликнулся первый мужчина.
Голова у ее высочества шла кругом. И у Зака, судя по всему, тоже. Доктор Лок же выглядел абсолютно спокойным. В черных глазах эльфа читалось любопытство.
Лоран номер два поднял пакет повыше.
- Моника Блант хранила вот это, - сказал он. - В этом пакете лежат ампулы с препаратом, который может свести на «нет» действие крови Адриана Уэлша.
- В смысле - свести на «нет»? - опешил доктор Лок. - Но если у нее был такой препарат, почему она его не принимала?..
- Потому что он предназначался для Адриана Уэлша, конечно же, - включился в беседу Лоран номер один. - Зачем лечить симптомы вируса, если можно нейтрализовать носителя?
Зак повернулся к Лорану номер два.
- Давай сюда, - потребовал он. - Не знаю, что за концерт вы тут затеяли, но с этим пора завязывать.
- Именно это мы и хотим сделать. Одна инъекция - и беда, которая так долго мучила Алисию Кантер, больше никого не коснется. Вы ведь полицейский, детектив Уоткинс. Разве вы хотите, чтобы обращенные существа пили эльфийскую кровь? Надеюсь, вы понимаете, что кровь Адриана Уэлша не просто не лечит от зависимости - она делает ее еще ужаснее?
Детектив Уоткинс положил палец на спусковой крючок.
- Давай сюда, - повторил он. - Еще одно слово - и я пущу тебе в лоб
