Читаем без скачивания Круговорот парней в природе - Елена Логунова

– Хорошо хоть не как настоящая свинья! – буркнула я и отвернулась от зеркала.

В этот момент в нем – на заднем плане – промелькнула темная тень, которую я успела заметить, но толком не рассмотрела.

– Что это было? – озадачилась я, запоздало всматриваясь в глубины мутно-зеленого стекла.

– Кажется, это был черный человек, – виновато пробормотала Нюня.

По доброте душевной она не хотела меня расстраивать, но даже из благородных соображений не желала кривить душой.

– Он был настоящий или воображаемый? – озвучив этот принципиальный вопрос, я поспешила вернуться с середины лестницы на второй этаж и там внимательно огляделась.

Никаких черных людей в коридоре не было. Это говорило не в пользу версии о моей душевной нормальности.

– Короче, кончай дергаться! – прикрикнула на меня Тяпа, которой окончательно надоело притворяться доброй. – Тому, что здесь никого нет, может быть два объяснения: либо черный человек тебе примерещился, либо он действительно пробежал по коридору за твоей спиной. В последнем случае можно хотя бы не сомневаться, что ноги ему никто не отрывал, с ногами у него все в полном порядке – ишь как носится! Ты-то чего встала как вкопанная? Давай, шагай!

Я послушно зашагала и спустилась в холл.

Гавриил Тверской-Хацумото по-прежнему сидел на диванчике, желтый и неподвижный, как восковая статуя самого себя. В дальнем конце коридора слышалась звонкая капель протекающего водопроводного крана. Я пошла на этот божественный звук и уперлась в дверь с рукописной табличкой: «Завтрак с 7.30 до 8.00». Ниже твердым почерком с нажимом было начертано: «Опоздавших не кормим». Я машинально посмотрела на часы и выяснила, что до начала огорчительно кратковременного сеанса утреннего кормления осталось всего пятнадцать минут. Стало ясно, что мои подопечные интуристы рискуют проспать завтрак. Это заставило меня активизироваться. Стоимость утренней кормежки была включена в счет, и я не намеревалась попусту разбазаривать государственные деньги.

Я решительно вошла в кухню-столовую. Не обращая внимания на застывшую у газовой плиты Рузанну, бесцеремонно вытащила из мойки кастрюлю с мокнущими в холодной воде вареными яйцами и сунула под кран свою тяжелую голову. Помещающееся в ней чугунное ядро в холодной воде чудесным образом растворилось, и мне заметно полегчало. Отжав промокшие кудри, как выстиранную тряпочку, я распрямилась и вполне любезно улыбнулась хозяйке.

– В доме есть душ, – хмуро сообщила она, переглянувшись с супругом, которого моя манера совершать утреннее омовение удивила до остолбенения.

– Аж десять душ! – благодушно поправила я. – И все будут завтракать. Ну, что у нас в меню?

Тут хозяин гостиницы тоже ожил и попытался уверить меня, что утренний сон несравненно ценнее и полезнее утренней трапезы, однако большой бутерброд, который он с аппетитом жевал, свидетельствовал не в пользу этого утверждения.

Я разбудила своих подшефных, согнала их всех в столовую (кстати, убедилась, что у моих восьми японцев по-прежнему полный комплект ног – в общей сложности шестнадцать, и ни одной меньше) и проследила, чтобы каждый получил свою порцию овсянки, вареное яйцо, хлеб с маслом и чай. Что и говорить, меню было скудное, но японцы не возникали. Или же возникали, но я этого не поняла по причине полного незнания разговорного самурайского.

– Борис Абрамович, мне нужна ваша помощь, – убедившись, что мои маленькие (в смысле, мелкорослые) детки все по лавочкам сидят, из лоханочек едят, я подсела к Шульцу.

Тот грустно наблюдал за тем, как зарубежные гости неловко сковыривают скорлупу с куриных яиц, таких мелких, что породившую их курицу смело можно было обвинять в адюльтере с колибри. Чувствовалось, что аппетит гостей Бориса Абрамовича не слишком радует.

– Борис Абрамович, мне срочно нужно сделать некоторые покупки, – сказала я.

Пасмурное выражение лица Шульца несколько прояснилось.

– Что вы хотите купить? У меня есть очень хороший магазинчик, в нем много прекрасных товаров для туристов и отдыхающих.

– Это хорошо, – согласилась я, оглядев своих отдыхающих интуристов и подумав, что им, наверное, тоже захочется купить смену белья, носки, зубные щетки, бритвы… что там нужно для пущего комфорта странствующему самураю? – Думаю, после завтрака мы организуем массовую экскурсию в ваш чудесный магазинчик. А пока у меня к вам будет деликатная просьба…

Я интимно понизила голос до шепота:

– Вы не поможете мне недорого приобрести симпатичного кабанчика?

– Для еды? – не дрогнув, после долгой паузы уточнил Борис Абрамович.

– Нет, для других целей, – интригующе ответила я – тоже после долгой паузы.

– Понимаю, – слегка покраснев, пробормотал Шульц.

– Что вы понимаете? – вспыхнула я. – Кабанчик нужен маленький. Вот такой примерно.

Я руками показала размеры желаемого кабанчика.

– Точно не для еды? – усомнился Борис Абрамович, смущенный явной незрелостью возжеланного мною свина.

– Я, во всяком случае, его жрать не стану! – рявкнула я сварливым Тяпиным голосом.

Тогда бессовестный Шульц прозрачно намекнул, что покупка кабана – дело не дешевое и, уяснив, что я всерьез настроена сделать такое необычное приобретение, пообещал что-нибудь придумать.

После завтрака Борис Абрамович сопроводил всех желающих в свой магазинчик. Далеко идти не пришлось, торговое заведение с незамысловатым названием «Все для отдыха» помещалось с торца все той же гостиницы «Либер Муттер».

Тесная лавочка, по самый потолок забитая разнообразными товарами, походила на покинутый приют контрабандистов. Зимой, в отсутствие толп курортников, жаждущих немедленно обрести «все для отдыха», магазинчик не работал. В помещении было холодно и ощутимо пахло мышами. Простаивающий кассовый аппарат покрылся толстым слоем пыли, но Шульц не стал его беспокоить. Он самолично встал за прилавок и отоварил покупателей за наличные. При этом Бориса Абрамовича нисколько не смутил тот факт, что японцы пожелали расплатиться валютой. Господин Шульц с легкостью, внушившей мне искреннее уважение, в уме пересчитал иены по курсу в рубли и произвел расчет. Впрочем, правильность его расчетов никто не проверял.

Что приобрели мои японцы, я не смотрела. Сама я купила комплект белья, джинсы, свитер и теплые ботинки «Мечта туриста». Все, включая ботинки, было весьма посредственного качества, но зато новое и чистое. В данный момент мне было достаточно и этого. Я вообще не эстет и всем другим видам одежды предпочитаю удобные джинсы и тугие хлопковые маечки, в идеале – на голое тело. Необходимость ходить на работу «в присутствие» в костюмчиках с блузочками тяготит меня так же сильно, как революционных пролетариев их вековые оковы.

Помимо тряпок для себя, я купила маленький утешительный приз для Чихары – надувное плавсредство в виде свиньи со специальными ручками на спине. Какое-нибудь простодушное дитя эта гладкая розовая Хавронья с умильной улыбкой, сморщенным пятаком и огромными бело-золотыми глазами, похожими на половинки вареного яйца, привела бы в полный восторг. Я надеялась, что обладание (в непротивоестественном смысле этого слова) надувным кабаном отчасти примирит моего японского приятеля с утратой настоящего хряка. Разумеется, объяснять свои резоны Шульцу я не стала, и Борис Абрамович воспринял мою просьбу сдуть и завернуть для меня водоплавающую свинью с некоторой опаской. Я обратила внимание, что он частично компенсировал свою моральную травму, округлив стоимость игрушки со ста семидесяти рублей до двухсот, но не стала скандалить по этому поводу. В конце концов, дорог не подарок, а внимание, хотя мы с господином Шульцем явно понимаем этот тезис по-разному.

Переодевшись в обновки в примерочной кабинке за ситцевой занавеской, я небрежно затолкала опостылевший офисный наряд в пакет, а коробку из-под ботинок, оберточную бумагу и кучку картонных ярлычков выбросила в мусорное ведро на крыльце магазина. Урна уже не была пустой: еще до меня в нее насыпали разного хлама отоварившиеся японцы. В кучке бесцветного мелкого мусора большим ярким пятном выделялся скомканный бумажный пакет с логотипом «Макдоналдс». Это напомнило мне о том, что в стоимость проживания нашего русско-японского коллектива в «Либер Муттер» включены только завтраки, а за обеды и ужины придется платить дополнительно. Уже зная своеобразное гостеприимство господина Шульца, я не сомневалась, что он не откажется накормить нас за отдельные деньги, однако деньги эти наверняка будут несоразмерно большими. Да и стряпня в шульцевской столовке сильно отличалась от тех вкусных и питательных блюд, которые готовит моя собственная либер муттер.

– Пожалуй, имеет смысл поискать другое заведение общепита, – дружно согласились со мной Тяпа и Нюня.