Одеяние бога состояло из традиционной юбки, пояса и воротника. В одной руке он держал стилус (так называли перья для письма), а в другой — свиток с начертанным иероглифом. Иероглиф состоял из египетского петлеобразного креста — анкха — и прямоугольника, окружавшего петлю.
— Вот он! — воскликнула Сейди. — Пер анкх.
— Слушай, как ты смогла это прочесть? — спросил я, подозревая, что сестрица присочинила на ходу.
— Не знаю. Но тут и так понятно. Верхняя часть похожа на… план дома.
— Почему ты решила, что это дом? А может, это ящик, куда засунут анкх?
Я не хотел признаваться, но Сейди была права. Я узнал символ — упрощенное изображение дома с дверным проемом. Но такие вещи знали специалисты по Древнему Египту, а уж никак не малявки вроде Сейди. Она же стояла с торжествующим видом, абсолютно уверенная, что все правильно угадала.
— Это не ящик, а дом, — упрямо повторила Сейди. — Нижний иероглиф — это анкх, символ жизни. Значит, пер анкх — Дом жизни.
— Отлично, Сейди. — Амос, похоже, был удивлен. — А статуя изображает единственного бога, которому позволительно находиться в Доме жизни. По крайней мере, когда все обстоит благополучно. Картер, ты его узнал?
У меня в мозгу что-то щелкнуло. Птичья голова принадлежала не аисту и не журавлю, а ибису — египетской речной птице.
— Тот, — сказал я. — Бог знания. Он изобрел письменность.
— Правильно, — подтвердил Амос.
— Но почему у него птичья голова? — спросила Сейди. — У всех египетских богов странные головы. Они выглядят глупо.
— Обычно они выглядят по-другому, — сказал Амос. — В реальной жизни.
— Постой! — вмешался я. — Как понимать «в реальной жизни»?
Амос поглядел на меня так, будто вспомнил что-то неприятное, если не сказать отвратительное.
— Боги способны появляться в любых обличьях. Чаще всего целиком в человеческом или целиком в зверином. Но бывают и такие «гибридные» варианты. Ты пойми: боги — это изначальные силы, нечто вроде моста между человечеством и природой. Их изображали с головами животных, показывая этим, что они пребывают в двух разных мирах одновременно. Теперь понятно?
— Ни капельки, — призналась Сейди.
— Хмм. — Амоса это совсем не удивило. — Вам предстоит еще многое узнать. Пока скажу лишь, что бог Тот основал Дом жизни. Этот особняк — региональная штаб-квартира Двадцать первого нома… во всяком случае, была таковой. Я тут обитал в одиночестве… пока вы не появились.
Моя голова разрывалась от обилия вопросов. Я не знал, с какого начать.
— Что такое Дом жизни? Почему Тот — единственный бог, которому позволительно здесь находиться? И почему ты…
Амос сочувственно улыбнулся и помахал рукой.
— Картер, я прекрасно понимаю твое состояние. Но о таких вещах лучше говорить днем. Вам с Сейди нужно поспать. Я не хочу, чтобы вам снились кошмары.
— Думаешь, я смогу уснуть? — спросил я.
— М-мяу!
Маффин громко зевнула и вытянулась на руках у Сейди.
Амос хлопнул в ладоши.
— Хуфу!
Я подумал, что он чихнул. Ну кого могут звать странным именем Хуфу? Я ошибся. На зов Амоса явилось существо ростом в три фута. Оно было покрыто золотистой шерстью и одето в футболку темно-фиолетового цвета. Существо спрыгнуло с нижнего яруса балкона и приземлилось напротив нас. Только теперь я сообразил, что это павиан в форменной футболке баскетбольного клуба «Лос-Анджелес лейкерс».
Павиан оскалил зубы и издал странный звук: нечто среднее между рычанием и рыганием. От него явственно пахло сильно перченными чипсами «Дорито».
Я не нашел ничего умнее, как сказать:
— «Лейкерсы» — команда моего родного города.
Павиан радостно захлопал себя по голове и снова рыгнул.
— Ты понравился Хуфу, — объяснил мне Амос. — Вы с ним замечательно поладите.
— Так, — зевнула Сейди. — Значит, у тебя обезьяна в качестве слуги. Впрочем, чего я удивляюсь?
Маффин продолжала мирно урчать на руках Сейди, будто присутствие павиана ее ничуть не беспокоило.
— Агх! — прорычал Хуфу.
Амос усмехнулся.
— Картер, он хочет посмотреть уровень твоей игры.
Я переминался с ноги на ногу.
— Хорошо. Только не сейчас. Может, завтра. Но как ты понял…
— Картер, тебе придется ко многому привыкнуть, — сказал Амос. — Но если ты намерен выжить и спасти своего отца, тебе сначала нужно отдохнуть.
— Эй! — встряла Сейди. — Как понимать «выжить и спасти своего отца»? Хотелось бы пояснений.
— Завтра. Ваше знакомство с новой жизнью и обучение начнется завтра утром. А теперь, Хуфу, будь добр, проводи Картера и Сейди в их комнаты.
— Агх-ухх, — ответил павиан.
Он повернулся и важно двинулся к лестнице. К сожалению, футболка «Лейкерсов» не прикрывала его разноцветный зад.
Мы двинулись следом, но тут Амос остановил меня.
— Картер, пожалуйста, отдай мне отцовский рюкзак. Будет лучше, если я запру его в библиотеке.
Меньше всего мне хотелось отдавать ему рюкзак, о существовании которого я успел на время забыть. Но рюкзак — это все, что осталось у меня от отца. Мой багаж ночевал сейчас в Британском музее. Удивительно, как полиция не забрала рюкзак. Такое ощущение, что его попросту не заметили.
— В надлежащее время я верну его тебе, — пообещал Амос.
Он не требовал, а вежливо просил, однако выражение дядиных глаз подсказывало, что выбора у меня нет.
Я подал ему рюкзак. Амос взял его с осторожностью, будто внутри лежала взрывчатка.
— Спокойной ночи, — сказал он.
Амос прошел к дверям библиотеки. Двери приоткрылись ровно настолько, чтобы он смог проскользнуть внутрь. Мы ничего не успели рассмотреть, как створки сомкнулись опять.
Я посмотрел на Сейди. Можно было бы улечься на кожаном диване, но ночевать в громадном зале, по соседству со статуей Тота выглядело не слишком заманчиво. Пришлось отправиться вслед за Хуфу.
Нам с Сейди приготовили две соседние комнаты на третьем этаже. Должен сознаться, они были гораздо круче всех гостиничных номеров, в которых я останавливался.
Фактически это была целая квартира, плотно набитая моей любимой едой и питьем: имбирный эль… [Да, Сейди, я уже взрослый и не буду пить газировку! Успокойся!] Кроме эля несколько сортов моего любимого печенья и конфет. Уму непостижимо! Откуда Амос узнал про все это? В комнате стояли телевизор, компьютер и музыкальный центр последних моделей. В ванной я обнаружил свою любимую зубную пасту, дезодорант и все прочее. Кровати хватило бы на троих таких, как я. Жаль только, что вместо нормальных матерчатых подушек лежало изголовье, вырезанное из слоновой кости. Такие штучки я видел в египетских гробницах. Изголовье украшали фигурки львов и, конечно же, иероглифы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
