– Разумеется, в буквальном, – буркнул Майк.
– У нас уговор, – напомнила она.
Проклятый уговор. Вот и говори после этого о сделках с дьяволом. Майк не знал ни минуты покоя с того момента, как дал согласие.
– Как тебе известно, дело у нас не движется.
– А это потому, что ты отвергаешь всех мужчин, которых я называю.
Верно. Черт побери. Он это заметил, но надеялся, что она ничего не заподозрила. И не сказать, чтобы он не хотел помочь ей в поисках мужчины. А впрочем, он уже ни в чем не уверен, он знает одно: стоило ей назвать имя кого-нибудь из жителей города, у него уже был наготове аргумент, почему от этого кандидата нужно держаться подальше.
Слишком стар.
Слишком молод.
Слишком жирный.
Слишком бедный.
Сильно пьет.
Честное слово, это смешно. Большинство мужчин, чьи имена назывались, были друзьями Майка долгие годы, и никогда он не находил в них ничего отталкивающего. Пока речь не зашла о том, чтобы свести с кем-нибудь из них Нору.
Неизвестно, какая тому причина, но ему неприятно представить себе ее с кем-то из них... Ладно, признай: ни с кем. А значит, дело серьезное. Ведь он не намерен еще раз отдаться во власть своих гормонов.
Когда он познакомился с Викки, его тело захватило его разум. Он мог думать только о том, чтобы ее заполучить, а когда это свершилось, его жизнь полетела под откос. Так что никак нельзя снова позволить телу решать вместо мозга.
Так какого черта он до сих пор не нашел для Норы парня и не стряхнул ее с себя? Не выбросил из головы? Из своих снов?
Он оттолкнулся от забора и сделал пару шагов, словно подтверждая свою решимость. И опять взглянул на Нору:
– Ты права.
– Вот как?
– Именно.
– Ты даже не представляешь, как приятно женщине услышать такие слова от мужчины. Но мне все-таки интересно, в чем я права?
– В том, что я отвергаю твои предложения.
Она задумчиво кивнула.
– Ага, значит, ты все-таки за Тони?
Майк бросил на нее быстрый взгляд:
– Нет, он для тебя действительно слишком стар. Ты вроде ищешь мужчину, а не папашу.
– Допустим. – Нора пожала плечами, и тенниска сползла с одного плеча. Майк, как загипнотизированный, смотрел на кремовую кожу. Такая ли она гладкая, какой кажется? Он сжал кулаки, чтобы удержаться от прикосновения. – И кого же ты имеешь в виду?
Майк начал лихорадочно рыться в памяти, вспоминая, кого он еще не успел очернить. Он уже отчаялся, когда внезапно на ум пришло имя...
– Сет, – выдохнул он, благодаря Бога за озарение. – Сет Томас.
Лицо у Норы стало серьезным.
– Заместитель шерифа?
– А почему бы и нет? – Майк заставлял себя подбирать аргументы. – Он в городе новый, наверняка знает пока не многих.
Нора смерила его взглядом, и на мгновение голубые глаза затянули его... Он вовремя вспомнил, что Нора – не для него, и повторил себе, что две недели не имеют значения. Она приезжает сюда для того, чтобы он помог ей найти кого-то еще. И пусть он привык к тому, что она рядом, это тоже ничего не значит. Они с Эмили сделались лучшими подругами, и это его тревожит: рано или поздно Нора перестанет появляться у него так часто (и лучше бы рано, чтобы он не успел потерять рассудок), и тогда Эмили будет тяжело без подружки.
Впрочем, Эмили будет гораздо тяжелее, если она заберет в голову, что у нее вот-вот появится новая мама.
Нет, уж лучше так, для всех лучше, и особенно для везунчика Сета Томаса.
Долгое, напряженное молчание нарушила Нора:
– Знаешь, ты прав, Сет – человек новый, а для моего трюка это очень даже подходит.
Она отступила от забора, лицо у нее было непроницаемо. Но Майк видел ее глаза, неожиданно огромные, в которых светились искренность и... разочарование?
– Нора... – начал Майк и осекся – он не знал, что говорить.
– Нора! – раздался из дома высокий, звонкий голосок Эмили, и через полсекунды девочка уже выбежала во двор.
Нора отвела взгляд от лица Майка и повернулась к девочке, которая со всех ног мчалась к ней.
– Что у тебя, моя хорошая?
– Я закончила картинку! – задыхаясь от возбуждения, сообщила Эмили, схватила Нору за руку и потянула ее к дому. – Ты должна посмотреть. Я ее для тебя сделала, только для тебя.
– Бегу смотреть. – Нора подняла девочку на руки, заботливо откинула светлую прядь со лба. Не оборачиваясь на Майка, она подняла руку: – Увидимся, Майк, а у нас женские дела.
– Да, папа, – подтвердила Эмили, глядя на него через плечо Норы, – у нас женские дела.
Он сделал шаг вслед, но тут же остановился, провожая их взглядом, – он почувствовал себя лишним. За эти две недели Нора и его дочь удивительно спелись, между ними образовался теплый круг, и Майку оставалось только не вступать в него.
Он повернулся к дому спиной и зашагал к темному, холодному сараю.
В кондитерской кипела работа. Обе наемные работницы Норы сновали туда-сюда, регистрируя заказы, наливая кофе, отсчитывая сдачу. Яркое утреннее солнце освещало улицу, люди спешили в магазины, останавливаясь, чтобы перекинуться парой слов со старыми приятелями.
В кондитерской Норы болтать было некогда, и Нора была этому рада. За делами можно на время забыть про вчерашний вечер.
Как глупо, подумала она, нарезая дымящийся лимонный рулет. Двигалась она ловко, по инерции, и работа не мешала думать.
Ты ловишь меня на крючок.
Пока нет. А тебе бы хотелось?
Боже. В какое идиотское положение она себя поставила!
Ради всего святого, с чего ей вообще пытаться флиртовать с Майком? В ее планы не входит лелеять «чувства» к Майку Феллону, он – не более чем средство для достижения цели, маленький помощник, эльф из сказочного леса.
На секунду она прекратила нарезать рулет, и перед ней тут же встал Майк. Как он реагировал на ее поддразнивание! Да будь она слепа, и тогда обязана была бы увидеть в его глазах «Вход воспрещен». А как она повела себя? Продолжала трепать языком, вот как. Заявила, что он мало что смыслит в женах. «Поздравляю, Нора, мудрый ход».
С тихим стоном она закончила резать рулет, отложила нож и потянулась за лопаточкой.
– Нора, ты кретинка, – пробормотала она и принялась выкладывать куски рулета на покрытое бумажными салфетками блюдо.
– Терри, – позвала она. Веснушчатая девочка-подросток просунула голову в дверь. – Рулет готов.
– Хорошо. – Девочка вошла в кухню и взяла поднос. – Наши уже начинают бузить.
– Да уж, – подтвердила Молли, заходя в кухню вслед за ней. – Возьму-ка я кусочек, пока эта орда не смела все вчистую.
Она положила кусок лимонного рулета на тарелку и улыбкой проводила Терри, уносившую поднос.
