7
А случилось следующее. Разозленная Лючия запрыгнула в машину и приказала шоферу везти ее обратно в отель. Всю дорогу она кипела от ярости, призывая небесную кару на голову Даниэля. Подумать только, он осмелился отказать ей!
Лючия влетела в свой номер и сразу бросилась к телефону. Отец немедленно должен узнать о том, что больше они не поддерживают отношения с «Хьюстон Эдвертайзинг»!
– Кому ты собралась звонить? – в дверях как привидение возник Фабрицио.
Лючия невидящим взглядом уставилась на его долговязую фигуру.
– Не твое дело, – огрызнулась она. Разговор шел по-итальянски, и Лючия могла позволить себе быть экспрессивной.
– И все-таки я настаиваю. – Фабрицио в мгновение ока очутился рядом с ней и нажал на рычаг сброса.
– Отстань! – взъярилась Лючия и попыталась оттолкнуть его.
Не тут то было. С таким же успехом она могла бы попробовать сдвинуть с места сам отель. Фабрицио снисходительно смотрел на ее попытки помешать ему, потом тряхнул ее за плечи.
– Немедленно выкладывай, в чем дело. Мистер Грациано приставил меня к тебе не за тем, чтобы ты глупостями занималась.
Лючия уловила в его голосе угрозу и нехотя повиновалась.
– Я звоню отцу, – с вызовом произнесла она.
– Зачем?
– Дела семьи Грациано касаются только членов семьи Грациано.
Фабрицио иронично улыбнулся.
– Если ты собираешься сообщить ему о том, что не желаешь больше работать с «Хьюстон Эдвертайзинг», потому что Даниэль Хьюстон отверг твои притязания, то не стоит вставать в позу и бросаться громкими словами. Я и так все знаю.
Лючия обиженно поджала губы. Как всегда Фабрицио хочет выставить ее полной дурой перед отцом.
– Ты ошибаешься, – высокомерно заявила она. – Я убедилась, что эта компания не достойна быть нашим партнером в столь ответственном деле. Можно найти более выгодные предложения.
– И когда же ты убедилась в этом? – Фабрицио сложил руки на груди и, не скрывая презрения, смотрел на Лючию. – Уж не после ли того, как Даниэль Хьюстон не пожелал прыгать в твою постель?
Лючия задохнулась от возмущения. Теперь он откровенно издевается над ней!
– Моя постель тут не при чем! – выкрикнула она.
– Неужели? Только не старайся убедить меня в том, что не имела никаких намерений относительно Хьюстона.
Лючия вспыхнула.
– Это не твое дело. Что-то ты стал слишком часто говорить о моей постели. Может быть, ты сам стремишься туда попасть?
Она сузила глаза, ожидая реакции Фабрицио на свой коварный выпад. Но тот лишь хладнокровно пожал плечами.
– Мне как-то не хочется наследовать сотням твоих мужчин…
Это стало последней каплей. Лючия схватила сумочку, первое, что попалось ей под руку, и швырнула ею в Фабрицио. Тот ловко увернулся.
– Не смею больше досаждать вам своим присутствием, мисс Грациано, – сказал он спокойно. – Но примите мой совет: не звоните отцу. Не путайте бизнес с личной жизнью.
Лючия тут же потянула на себя маленькую фарфоровую вазочку, и Фабрицио поспешил ретироваться. Кто знает, может быть, в следующий раз Лючия будет более меткой…
Как только за Фабрицио захлопнулась дверь, гнев Лючии остыл. Она в нерешительности посмотрела на телефон. Действительно, стоит ли звонить отцу? Эдуардо считает ее легкомысленной девчонкой и может отнестись к ее словам как к детскому капризу. Но, с другой стороны, он поручил ей ответственное дело, и она вправе делать свои выводы.
Этот довод оказался решающим, и Лючия набрала номер отца. Его долго разыскивали, и когда наконец в трубке раздался его холодный голос, Лючия растеряла всю уверенность в своей правоте.
– Что ты хотела? – резко спросил Эдуардо.
Несмотря на любовь к близким и заботу об их благополучии, мистер Грациано предпочитал жесткий стиль общения. Особенно с Лючией, единственной дочерью и наследницей. Эдуардо не оставлял надежды воспитать из нее настоящую продолжательницу своего дела.
– Мы расторгаем контракт с «Хьюстон Эдвертайзинг»! – помпезно заявила Лючия. Насколько она знала отца, его лучше было сразу ошеломить неожиданным известием. Только тогда можно было рассчитывать на какой-то успех.
– Почему? – спокойно спросил Грациано, и Лючия поняла, что сыграть на внезапности не удалось. Фабрицио, скорее всего, уже предупредил отца о ее намерениях.
– Потому что Даниэль Хьюстон не умеет работать!
Трубка забулькала короткими отрывистыми смешками.
– А ты умеешь?
Лючия до крови прикусила губу.
– Я не в состоянии сотрудничать с Даниэлем Хьюстоном! – отрезала Лючия, игнорируя издевательский вопрос отца.
– Ты уверена?
– Да. Я считаю, что мы должны немедленно разорвать с ними все отношения.
Эдуардо помолчал. Лючия затаила дыхание. Неужели ей удалось одержать победу?
– Раз ты не можешь работать с Даниэлем Хьюстоном, – наконец заговорил Эдуардо, – то мне придется обойтись без тебя. С сегодняшнего дня я слагаю с тебя все полномочия по проекту Грациано в Америке. Возвращайся домой, если хочешь, или оставайся в Нью-Йорке и посмотри, как будет работать Фабрицио. Тебе не мешало бы у него поучиться…
Обида и злость душили Лючию. Так вот как решил поступить с ней родной отец.
– Неужели мое мнение ничего для тебя не значит?! – выкрикнула она.
– Значит, – невозмутимо ответил Грациано. – Но любое мнение должно быть подкреплено фактами, а у тебя одни эмоции.
– Неправда…
– Лючия, нет смысла спорить, – вопреки обыкновению голос Эдуардо помягчел, в нем появились заботливые родительские нотки. – Мы будем делать совместный проект с «Хьюстон Эдвертайзинг», хочешь ты этого или нет. Если ты дважды потерпела крах, как женщина и деловой человек, то это не повод расторгать выгодный контракт. Надеюсь, ты поймешь, что в бизнесе прежде всего дело, а потом уже все остальное.
Лючия всхлипнула. Она рассчитывала на поддержку отца, а получила очередную порцию нравоучений.
– Надеюсь, ты извлечешь урок из моего решения, – закончил Грациано свой монолог. – Если тебе больше нечего мне сказать, то до свидания.
Эдуардо выждал пять секунд и положил трубку. Лючия ни разу в жизни не чувствовала себя настолько униженной. Разногласия с отцом у нее случались сплошь и рядом. Но никогда она не рассчитывала на его поддержку так, как в этот раз. Лючия швырнула угрозу в лицо Даниэлю, поссорилась с Фабрицио. Если бы Эдуардо не подвел ее, она могла бы доказать всем, что с Лючией Грациано опасно связываться.
А как теперь она посмотрит им в глаза? На Фабрицио можно не обращать внимания, а вот Даниэль… У него будет повод посмеяться над ней. Лючия застонала. Почему она не держала язык за зубами во время их последнего разговора? Тогда бы была возможность наладить отношения, а после таких угроз Даниэль перестанет ее замечать…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
