— Прямо сейчас вас отсюда не выгоняют, но еду больше носить не будут. Найдёте столовую?
— Издеваешься, — вздохнула бывшая королева.
— Да я почти любя. Сразу ставлю перед фактом, правду говорю, заметь. Никакой сладкой патоки обмана. Да и предложение моё, если подумаешь, вполне щедрое. Могу же заставить и ручками поработать, прежде чем позволить людьми управлять. А я тебе высокую должность предлагаю.
Чуть подумал, добавил:
— Правда, должен сразу предупредить. Придётся работать. Много работать. Зато интересно. Своими руками строить новый мир — это всегда интересно.
— Что ещё за новый мир? — не поняла Тайра.
Отрицательно качаю головой.
— Я даже не будут пытаться объяснить. Это лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
В общем, уломал я экс королеву. Она, как никак, действительно хорошо образована по местным меркам, так что отпускать её из рук было бы расточительством.
Про «увидеть» я не соврал, когда королева первый раз узрела паровоз, это было зрелище. Ну, как паровоз. Паровозик. Маленькую платформу с паровым двигателем. В моих глазах — игрушка для детей, но для местных и это было прорывом.
Собственно, этот паровой двигатель на пару десятков конных сил был пока нашим пределом. Мы могли сделать штуку побольше, но резко падала надёжность и долговечность. Поэтому такие малыши на двести литров использовались практически везде, кроме заводов. В помещении стационарному котлу можно было как-то обеспечить нормальное обслуживание.
Пару часов потратил на объяснения, почему сотня рабочих может давать больше товаров, чем целый город с ремесленниками. В подробности старался сильно не вникать, чтобы Тайра не убежала на все четыре стороны с коммерческой тайной. Мало ли, повторить уже созданное мной сложно, очень сложно, если откровенно. Однако при наличии ресурсов вполне возможно. А тягаться со вторым индустриальным гигантом через пяток лет мне совсем не хочется.
Когда женщина поняла, во что вляпалась (снова постаравшись испепелить меня одним взглядом, или хотя бы просверлить сквозное отверстие), и по-настоящему согласилась стать членом нашей непростой команды, я уже готов был снова отправиться к Говарду. Увлекательно было слушать, как Старшие Боги осознали своё бессилие (творить они могли исключительно масштабами континентов, а потому разумную жизнь сотворить не могли при всём на том желании), создали пару богов поменьше. А уже те расплодились и понаделали разных разумных рас. И ведь у всех известных народов эти легенды совпадали до степени сличения.
Однако сегодня меня ждали винтовки. У меня появились сносные стволы примерно четырнадцатого калибра. И появились результаты отстрела. Флешетта показывает себя зело хорошо, если не по броне. Даже простые доспехи царапает уже с некоторым трудом, чаще соскальзывая. Но по плотному строю пехоты будет работать убийственно. Да и коням доставит массу незабываемых впечатлений.
Из пуль более или менее адекватной получилась с тяжёлым носом и свинцовым хвостом из четырёх лопастей. Стальной стержень сохраняет достаточную кинетическую энергию, чтобы пробивать даже кирасу. Только магическая защита спасает, но с этим как-нибудь разберёмся по ходу пьесы. Сейчас же я отобрал нескольких инженеров, чтобы продолжили эксперименты с пулями, может, ещё что сообразят.
Сам же вместе с остальными умными братьями пошёл делать механизм заряжания. Сначала сделали унитарный патрон. К хвосту пули крепился кожаный пыж, за ним заряд пороха, за порохом капсюль, всё это в плотной оболочке. О магазинной винтовке мы пока не говорим, сделать бы казнозарядную на унитарном патроне.
Народ задачу понял, засел конструировать. Сразу стало ясно: механизм должен быть простым и прочным, потому что у пули серьёзная отдача. Я пытался изобразить затвор, поднимаешь рукоять, отводишь назад, вставляешь пулю, возвращаешь затвор на место, поворачиваешь рукоять. Удержание происходит на рукояти и двух зацепах. Не вышло, на десятом выстреле зацепы мялись и затвор клинило. Нужна сталь лучшего качества, которой нет.
Сделали блок, запирающий казну и ходящий вверх-вниз. Поднимаешь, вставляешь пулю, опускаешь блок, взводишь. Лучше, но блок постоянно пытался вывалиться, а пулю вставлять неудобно. Пытались сделать так, чтобы блок уходил вниз — ослабили ложе винтовки, на третьем выстреле оружие сломалось между прикладом и стволом, как раз по ослабленному месту.
Доработали конструкцию. Блок не полностью уходил вниз, только передняя часть, задняя крепилась на болте-шарнире. Ничего не вываливается, уже хорошо. Пулю вставлять удобнее, хотя и не идеально. Сойдёт. Ударник встал под углом и стал самым слабым местом, однако в целом конструкция работала.
Изготовили пробную партию в сто штук и патроны, чтобы по сотне на ствол. Ребята прикурили, десять тысяч патронов — пока очень серьёзные объёмы для нашего патронного завода. Завода, по сути, нет, потому что пока неясно, какие делать патроны. А значит, нет технологии, и непонятно, какие вообще делать станки под изготовление патронов. Ну, то есть с флешеттами всё понятно, и их производство сейчас организуют, но это штука специфическая и под конкретные условия.
Загрузив оружейников снова собрался к Говарду, но снова не дошёл. Примчался посыльный, принёс срочное донесение. Какие-то нехорошие люди вторглись в мои владения и разграбили три деревни, кого забрав с собой, кого убив.
— Итак, соседи скатились до бандитизма, — констатирую, уже мысленно отдавая приказы.
Собрал свой отряд и выступил маршем на место действия. В голове держал возможность ловушки. Церковники с кем-нибудь могли скооперироваться, устроить налёт, чтобы выманить меня и напасть. Грабить и убивать, правда, не в их стиле. Они же, вроде как, за всё хорошее против всего нехорошего, но религиозная мораль, она как дышло, куда повернёшь, там и вышло. Резать глотки вроде как нехорошо, но резать глотки иноверцам — почётно и богоугодно. Девять Светлых отцов будут адекватными, а десятый — мудак. Поэтому в группу вошли в основном рыцари смерти, латники и арбалетчики только в качестве поддержки и прикрытия. Со следопытами проблем не будет, в поиске убийц у меня уже опыт есть, никуда не денутся.
Оставив жену за старшую, отправился в новый военный поход.
Глава 9
Наше появление для крестьян приграничных деревень оказалось почему-то внезапным. Не ждали нас, причём не ждали вообще, в принципе не рассматривали вероятность, что властитель земель появится и будет заниматься проблемами населения.
Откровенно говоря, когда
