Примером недостаточного регулирования ex-ante-ограничения в виде императивных норм можно назвать обязанность работодателя обеспечить страхование жизни и здоровья спортсмена, закрепленную в ст. 348.2 ТК РФ, в которой не обозначены минимальные размеры такого страхования, что на практике приводит к злоупотреблению правом со стороны работодателя.
В зарубежной науке случаи избыточного применения соответствующего ограничения обычно называют ложнопозитивным применением запрета, или ошибками первого типа (рода), а случаи недостаточного покрытия именуют ложноотрицательным применением запрета, или ошибками второго типа237. Введение конкретизированных императивных ограничений чревато ошибками обоих типов.
В то же время попытка законодателя минимизировать неизбежные последствия ложнопозитивного или ложнонегативного срабатывания таких императивных ограничений приводит к тому, что ему приходится создавать все более и более сложные нормы со множеством исключений и уточнений, что значительно усложняет процесс достижения консенсуса в законодательном органе.
Например, в ст. 348.5 ТК РФ указывается, что работодатель в определенных случаях обязан отстранить спортсмена от участия в спортивных соревнованиях. При этом устанавливаются следующие ограничения:
• требование об этом предъявлено общероссийской спортивной федерацией по соответствующему виду (или видам) спорта;
• требование должно быть предъявлено в соответствии с нормами, утвержденными этой федерацией (при этом ТК РФ не регламентирует ситуацию, когда такой нормы нет, так как Кодекс не может закреплять обязательность введения в регламентные акты норм саморегулирования спортивных организаций, не связанных с трудом);
• работодатель отстраняет спортсмена от участия в спортивных соревнованиях на весь период до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения (опять же неясно, какой документ должна представить общероссийская спортивная федерация, не определены его форма, содержание, сроки исполнения и т. д.).
Зарубежные юристы предлагают, на наш взгляд, вполне адекватный подход к решению проблемы выбора оптимальной регулятивной модели. Этот подход основан на идее о том, что правовая система должна комбинировать обе модели. При этом отдавать приоритет модели ex-ante-контроля следует в тех случаях, когда изначально достаточно легко определить как неадекватность того или иного условия и правовую желательность ограничения свободы договора, так и те фактологические условия, которые оправдывают соответствующее ограничение. В таких случаях законодатель должен брать на себя ответственность и вводить некое конкретное императивное ограничение, которое стороны не смогут обойти238.
На основании изложенного можно прийти к некоторым выводам. Влияние норм саморегулирования спортивных организаций на трудовые отношения спортсменов и тренеров носит объективный, хотя и противоречивый, характер. От неприятия императивов автономности спорта наукой трудового права в рассматриваемой сфере необходимо перейти к закреплению в ТК РФ дополнительных минимальных стандартов, помимо тех, что уже предусмотрены в главе 54.1 «Особенности регулирования труда спортсменов и тренеров». Соответственно, нормы саморегулирования спортивных организаций оказывают непосредственное влияние на трудовые отношения спортсменов и тренеров, однако такое воздействие должно быть ограничено в целях достижения оптимального согласования публичных и частных интересов субъектов спорта, вовлеченных в трудовые отношения.
2. Специфика механизмов защиты трудовых прав профессиональных спортсменов и разрешения их трудовых споров и конфликтов
Под механизмом защиты прав и интересов субъектов права понимаются различные правовые средства, причем единства мнений по этому вопросу среди ученых нет. Представляется предпочтительной позиция И. А. Костян, которая понимает под ним совокупность правовых средств, направленных на пресечение правонарушений, восстановление нарушенных прав, устранение препятствий в осуществлении субъективного права, компенсирование неблагоприятных последствий, связанных с правонарушением239. С этой точки зрения мы и будем рассматривать механизмы защиты трудовых прав профессиональных спортсменов.
Безусловно, для защиты нарушенных прав спортсмена, как и любого другого работника, существуют правоохранительные органы, судебная система, опирающиеся на возможность широкого применения мер государственного принуждения. Традиционными для трудового права являются способы их защиты через профсоюзы и КТС.
Защита трудовых прав и законных интересов работников профессиональными союзами признана ТК РФ в качестве одного из основных способов такой защиты. Профсоюзные организации и их объединения действуют и в традиционных отраслях промышленности, строительства и транспорта, и в новых, инновационных структурах, в сфере здравоохранения, образования, науки, культуры и других отраслях. Они имеют территориальные объединения на уровне органов местного самоуправления, субъектов РФ, а также на федеральном уровне240.
Федеральный закон от 04.12.2007 № 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» в качестве самостоятельного субъекта соответствующих отношений также называет профессиональные союзы в области физической культуры и спорта. Однако далее профсоюзы не упоминаются ни в одной другой норме данного Закона.
Согласно ст. 37 и 46 Конституции РФ одной из важнейших гарантий охраны трудовых прав граждан является их право на судебную защиту. Роль суда в сфере трудовых правоотношений значительна. Суды не только восстанавливают нарушенные права, но и одновременно выявляют причины, условия данных нарушений и способствуют их устранению путем вынесения частных определений. Порядок рассмотрения индивидуальных трудовых споров в судах в соответствии со ст. 383 ТК РФ определяется гражданским процессуальным законодательством РФ.
В ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Профсоюз как общественная организация, созданная для защиты интересов и прав граждан, также обладает правом на судебную защиту. Причем право на судебную защиту профсоюзов имеет свои особенности. В силу п. 1 ст. 46 ГПК РФ общественные организации в случаях, предусмотренных федеральным законом, могут обратиться по просьбе других граждан в их защиту, а также в защиту прав, законных интересов и свобод неопределенного круга лиц. В ст. 23 Федерального закона «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» профсоюзам гарантировано право по собственной инициативе обращаться в суд за защитой прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц.
Вместе с тем присущие трудовому праву способы защиты (с использованием КТС) в профессиональном спорте, как правило, не применяются. Судебный порядок разрешения споров здесь также ограничен.
Большинство международных и национальных спортивных федераций передает споры на разрешение Международного спортивного арбитражного суда в Лозанне (CAS). И лишь некоторые из них обращаются за содействием в разрешении спортивных конфликтов к регулирующим органам, созданным внутри самих федераций (дисциплинарные комиссии, палаты, комитеты по разрешению споров).
Для обращения в Международный спортивный арбитражный суд в Лозанне не требуется третейского соглашения. Вопрос о компетенции CAS по конкретному делу разрешается его коллегией, рассматривающей конкретный спор.
Во время проведения масштабных соревнований (олимпиад, чемпионатов мира и Европы) CAS, кроме того, в рамках самих соревнований создает палаты ad hoc, которые после рассмотрения спора, для которого они были образованы, прекращают свою деятельность. CAS также выступает апелляционной инстанцией по отношению к решениям, вынесенным национальными спортивными третейскими судами и внеюрисдикционными органами спортивных федераций.
Особенности формирования внеюрисдикционных органов спортивных федераций (дисциплинарных комиссий, палат, комитетов по разрешению споров), их компетенция, порядок рассмотрения спора регламентируются документами спортивных федераций.
Так, ст. 45 Устава общероссийской общественной организации «Российский футбольный союз» гласит: «РФС, его члены, региональные (местные) отделения РФС, а также лиги, клубы, игроки, официальные лица, агенты матчей и агенты игроков, признающие настоящий Устав, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации, не выносят ни один спор на рассмотрение судов общей юрисдикции или арбитражных судов Российской Федерации, если только это не оговорено для конкретных случаев в настоящем Уставе и в регламентах ФИФА, УЕФА. Любое разногласие передается в юрисдикцию ФИФА, УЕФА или РФС. В качестве последней судебной инстанции такие споры должны быть рассмотрены либо в третейском суде, указанном в соответствующей статье настоящего Устава, либо в Спортивном арбитражном суде (г. Лозанна), указанном в соответствующей статье настоящего Устава»241.
