— И что я должен понять? — изумился Пит. Сэнди вывел что-то кончиком ножа на своей салфетке и подал ее Питу.
— А можно с переводом? — склонил тот голову набок.
"Ла терма коста" — всему свое время, — прочел принц, наклонившись к салфетке.
— Или придет время — узнаешь, — вставил Крис.
— Или все имеет свой срок.
— Или каждому овощу свой фрукт. — Все, все, хватит, — замахал руками Пит и выскочил из-за стола. Следом вышли Сэнди и Крис, а Ричард все сидел, задумчиво вертя в руках салфетку с надписью, разглядывая ровный, красивый почерк, пока служащий не убрал со стола.
Чуть позже маявшийся от безделья Пит уговорил Сэнди сыграть в шахматы. Крис проверял свою электронную почту, а Ричард лежал на кровати, закинув руки за голову, и наблюдал за парнишкой из-под опущенных ресниц, чувствуя, как нежность смешивается с трепетным восхищением и горечью несбыточных надежд, заполняя душу привкусом тоски и отчаянья. Этот терпкий коктейль сводил с ума, загоняя в тупик здравомыслие. Он с непонятной тревогой и завистью смотрел, как Пит пытается подружиться с парнем и откровенно радуется общению с молчаливым собеседником. Однако Сэнди был сдержан и отстранен, но очки были на время забыты в нагрудном кармане.
Принц внимательно наблюдал за каждым жестом, за каждым движением мальчика, замирая и восхищаясь плавным поворотом головы, изгибом шеи, по-детски припухлыми губами, не по-мужски узкими плечами. Он впитывал глазами каждую черточку, осторожно, стараясь не спугнуть и не смутить парнишку, боясь, что он неправильно подумает о нем… или правильно?
"Я не голубой!" — в сотый раз твердил он себе, вздыхая, и с трепетом следил, как неосторожная капелька золотистого пива срывалась с губ Сэнди.
"Я не голубой!" — злился принц, глядя, как Пит увлеченно рассказывает парню очередную историю, и тот внимательно слушает, заинтересованно посматривая на собеседника.
Парень словно в чем-то подозревал Ричарда, стараясь даже не смотреть на него, а когда их глаза встречались, замирал. Глаза светлели, приобретая необычный золотистый оттенок, но буквально через секунду он поспешно отводил их, то ли робея, то ли пугаясь.
Ричард отчетливо чувствовал, как в душе у парня идет та же борьба, что и в его. Их обоих глодало одно и то же состояние: не вожделение, не похоть или банальное желание флирта, а яростное, не подвластное разуму влечение душ, созданных друг для друга, но не имеющих будущего. Мучающихся от осознания происходящего и не имеющих возможности поддаться чувствам осужденных на боль разлуки и одиночества под гнетом общественной морали.
Их властно тянуло друг к другу, и не было ни желания, ни сил сопротивляться. Это чувство, схожее по напору и неожиданности со стихийным бедствием, топило их сердца, ввергая в безысходный внутренний конфликт, загоняло в тупик, ставя перед неизбежным выбором, и оттого сводило с ума. Ричард усиленно искал выход и понимал, что его нет. Он не мог отпустить Сэнди так же, как не мог и оставить.
— Нет, вы посмотрите, что он делает! — с восхищением воскликнул Пит, призывая внимание друзей, — десять партий всухую! Гроссмейстер! Ас!
— Жульничает, — выдвинул свою версию Крис, подсев ближе.
— В шахматы?! Это ж каким мастером надо быть, — хохотнул Пит и сделал новый ход.
— Куда?! Он у тебя следующим ходом ферзя съест, — предостерег блондин.
— Не съест.
— Спорим?
— Поздно. Говорил ведь.
— Ну-у, я так не играю, — разочарованно протянул Пит и умоляюще посмотрел на принца, — Рич, спасай.
Тот нехотя подошел, присел на корточки рядом с Сэнди, скользнул глазам по позициям и понял, что спасать уже нечего — мат в два хода. Правда, можно затянуть агонию, напав на единственного слона. Он протянул руку к фигуре, нечаянно задев мальчика, и тот отпрянул от него, словно обжегся. Ричард растерянно глянул на него и в тот же миг понял, что и сам готов шарахаться от Сэнди, как боевая лошадь от взрывов под копытами.
Он резко передвинул фигуру и стремительно покинул каюту. В пэб! Хватит с него безумных, выматывающих суть впечатлений. Парень для него, что огонь для бабочки. Но должно же быть хоть какое-то отличие меж человеком и насекомым?
В пэбе царил полумрак. Освещались лишь занятые столики да два места за стойкой. Скудное количество посетителей радовало.
Первый бокал резото он выпил залпом и минут пять тупо разглядывал второй, ожидая успокоения. Тщетно. Мысли множились со скоростью света. И все в одном направлении и на одну тему — Сэнди.
— Мания просто какая-то! Помешательство! — в сердцах процедил принц.
— Думаешь? — прогудело над ухом. Пит сел рядом, с насмешливым вниманием поглядывая на друга.
— Ты же в шахматы играл.
— Да что там играть, — махнул тот рукой, — сделал меня пацан в два хода. Теперь Криса делает. И сделает, я на кофейной гуще гадал.
— Поздравляю, — буркнул принц.
— А я тебя, — кивнул Пит.
— С чем?
— Ты влюбился.
— Я?! — в голосе Ричарда послышался неподдельный ужас. Минуту до него доходило услышанное, и лицо постепенно приобрело серый оттенок. При его смуглой коже выглядело это, мягко выражаясь, необычно.
— Я пошутил, — виновато буркнул Пит, внутренне растерявшись оттого, что его предположение получило подтверждение. Он отбил по сенсору столешницы пальцами, заказывая бокал пива и макочи, и настороженно покосился на друга. Тот, хмуря брови и не мигая, смотрел в космическую голограмму перед собой и явно ничего не видел.
"Скверно", — подумал Пит и, шумно вздохнув, хлебнул пива.
В свое время он завидовал Ричарду, потом это чувство переросло в непонимание, а затем и в легкое сожаление. Он влюблялся, мучался, переживал, порхал окрыленный наслаждением, переживал агонию расставания и грусть разочарования, Ричард же лишь недоумевал по поводу бурных романов и сопровождающих их кипучих эмоций. Вокруг него всегда вилась масса заинтересованных соискательниц, прелестных и очаровательных созданий, готовых на любой отчаянный поступок ради молодого и равнодушного принца, но ни одна из них не совершила бы и толику подобных безумств ради его остроумного и пылкого друга.
Юная красавица графиня Реймарик, переступив строгое воспитание и презрев плачевные последствия поступка, сбежала из дома и в одиночестве преодолела 300 тегов по незнакомой горной местности, чтобы встретиться с молодым Эштер. Ее прибытие в палаточный лагерь вызвало шок среди его обитателей. Парни почти год жили в уединении и естественно были восхищены и красотой незваной гостьи, и смелостью ее поступка, но Ричард не разделил их эмоций и, несмотря на мольбу девушки и немой укор друзей, выслал ее из лагеря через сутки, проведя в ее обществе не более часа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
