при других, совершенно не думая о последствиях. За то время, что он был знаком с ними, испытывал всё больше и больше отвращения. Хоть парень и сам участвовал в страшных и ужасных делах, но его постоянно грызли муки совести. А глядя на этих людей, он прекрасно понимал, что у них нет никаких моральных принципов, и они готовы абсолютно на всё.
Лифт с грохотом остановился, отчего вся троица чуть не повалилась на пол. Двери с огромным трудом медленно начали открываться. Наконец, впереди появился длинный и слабоосвещённый тоннель. Выйдя из лифта, парень включил рубильник на стене. После этого резко лампы в помещении загорелись ярким жёлтым светом. Пришлось всем ненадолго зажмурить глаза. Когда все привыкли в обстановке, троица пошла вперёд.
— Вас сразу вести к доктору Чигрински?
— Естественно, — грубым тоном ответил мужчина.
Квентин шёл последним с недовольным видом, что нужно преодолевать такие расстояния пешком ещё и в не самой приличной обстановке. Бетонные стены буквально отталкивали своим видом. Весь потолок был усыпан проводами и трубами, по которым вечно что-то шумело, двигалось и стучало. Всё выглядело старым и ненадёжным. Запахи плесени и тухлятины периодически заставляли затыкать нос и быстрее преодолевать эти участки. Квентин уже давно говорил своему отцу, что нужно тут сделать полноценный ремонт, и всё модернизировать, но тот лишь отнекивался о каких-то сложностях. В такой обстановке они шли длительное время, периодически сворачивая на развилках. Практически на каждом повороте к стене была прикреплена камера, внимательно следящая за происходящим вокруг. Наконец, перед путниками появилась тяжёлая железная дверь с кодовым замком на ней. Набрав нужную комбинацию, парень нажал на кнопку сбоку, и дверь начала медленно отъезжать.
Большая комната открылась их глазам. Сотни проводов, компьютеров, каких-то шумящих машин. Всё это стояло, висело, лежало в настоящем хаосе. Если человек оказывался тут в первый раз, то даже не мог бы понять, как пройти до другого конца комнаты, не задев ничего. Приглушённый синий неон создавал некую волшебную атмосферу всему этому. В центре зала двое мужчин о чём-то беседовали. Один был более молодой и одет в обычные джинсы и рубашку. Второй старше, выше, с красиво выбритой бородой, носил длинный медицинский белый халат. Увидев, что пришли гости, они сразу же закончили разговор, и младший ушёл в левую дверь, ничего не сказав.
— Тони, ты свободен, — сказал врач парню, который привёл гостей.
Тот с пустым выражением лица направился в ту же дверь, куда ушёл собеседник доктора. Врач подошёл к полному мужчине и пожал его руку. На бейдже на его груди красовалась надпись «доктор Роберт Чигрински».
— Рад, что вам удалось найти время, мистер Шекли.
— Если честно, Роберт, сюда меня привели не самые приятные новости.
— Давайте, пройдём в смотровую.
Доктор повёл посетителей в правую дверь на другом конце комнаты. За ней шёл коридор, на стенах которого висели различные картины. Открыв очередную дверь с кодовым замком, все трое оказались в небольшой круглой комнате. Здесь уже не было такого беспорядка, и всё находилось на своих местах. Одна из стен была усыпана десятками небольших мониторов, на которых шла трансляция с камер, установленных в самых разных местах. С экранов буквально лился жёлтый свет. Под мониторами находился стол с несколькими компьютерами, с помощью которых можно было управлять всем в этом странном подземном корпусе. Левая стена помещения являлась огромным прозрачным стеклом от пола до потолка. А за ним открывался вид на нечто невероятно футуристичное и необычное. Остальная часть сооружения уходила ещё на несколько этажей вниз. Прямо рядом с этим помещением, но ниже, находились мощные и высокие ворота, которые, судя по всему, являлись одним из основных выходов наружу. А вот что находилось по другую сторону от этих ворот, было очень сложно описать. Этот подземный корпус и так был просто невероятных размеров, но внутри него оказалось ещё одно сооружение. Высотой около трёх метров, оно простиралось куда-то в бесконечность. Монолитное, без окон, каких-то ответвлений. Один сплошной огромный прямоугольник у которого не было видно и конца. Словно десятки ангаров соединили вместе. Из этого окна виднелась лишь одна маленькая дверь, находящаяся как раз напротив тех больших ворот. И больше ничего. С основного потолка к нему шли какие-то сваи, державшие всю конструкцию, да несколько труб, которые, видимо, подавали внутрь воздух. Всё это выглядело настолько мощно и нереально, что казалось визуальным обманом. И в первую очередь поражали размеры этого места, сокрытого под землёй.
— Я, наверное, понимаю, по какому поводу вы пришли, — заявил доктор, после того, как осмотрел все мониторы.
— Когда вчера мне сообщили о случившимся, я был в полном шоке. Как такое произошло, Роберт? — Брайн Шекли был взбешён, но старался держать себя в руках.
— У меня было правило, которого я продолжаю придерживаться. Если человеку удалось выбраться из лабиринта, он выходит на свободу. Это честно.
— Но, понимаешь, какие это риски?! Сейчас сенатор Холлуэй находится в больнице при министерстве. Его уже окучивает полиция. Я никак не смогу до него добраться. А если он что-то сможет рассказать?
— Да! Ты вообще соображаешь, что делаешь! — вдруг неожиданно в разговор резко вмешался Квентин. Он тоже хотел себя показать крутым и властным.
Наступила секундная пауза, а затем Брайн со всего размаха врезал сыну по лицу, что тот чуть не отлетел в сторону. Парень совершенно такого не ожидал. Отец совсем взбесился и весь покраснел.
— Сукин сын! Не смей влезать в разговор, когда я говорю! Ещё раз такое случится, будешь вместо чиновников бегать по этому лабиринту! Вышел за дверь, быстро!
Квентин хотел что-то сказать в ответ, но взгляд отца остановил его.
— Да пошёл ты, — тихо, сквозь зубы, прошипел парень, выходя за дверь кабинета.
Брайн начал немного успокаиваться. Доктор дал ему стакан воды. Это явно помогло.
— Послушайте, мистер Шекли. Всё под полным контролем. За то время, что сенатор провёл в лабиринте, его мозг окончательно перестал нормально функционировать. Мужчина сошёл с ума. Его речь бессвязна, многие органы отказывают. Он не помнит, как его зовут. Сенатору остались считанные дни жить. Организм был слишком слаб изначально, там даже не имело смысла проводить опыты с имплантами.
— А разве у полиции нет возможности как-то залезть человеку в мозг? Вдруг они смогут выудить оттуда информацию?
— Я подстраховался и на этот случай. Вы же знаете, что Тони Абрахам — лучший фармаколог в городе. Ему под силу сделать
