Подойдя к мальчику, она присела рядом с ним на траву.
— Восхитительный котенок! — Она взяла Тигренка, посадила себе на колени, почесала его за ухом, и котенок замурлыкал.
— Ему нравится это. Если с котенком не играть или не гладить его, он убежит со двора. Боюсь, как бы он не забрался на дерево. Папа сказал, чтобы я даже и не думал лезть за ним, поэтому я не отпускаю Тигра от себя.
Скай посмотрела на высокие клены. Они, должно быть, росли здесь еще до того, как был построен дом. Тигр сидел у нее на коленях и мяукал.
Чад засмеялся и погладил его по головке.
Из кухни раздался голос Зака:
— Ужин почти готов. Чад, марш умываться!
— Вы можете подержать Тигра, или мне взять его с собой? — спросил Чад. — Он обычно смотрит, как я умываюсь. Ему нравится играть с водой из крана.
Скай протянула котенка хозяину:
— Лучше ты возьми его, а я пойду посмотрю, может, твоему папе нужна помощь.
Чад бегом кинулся в дом.
Когда Скай пришла на кухню, Зак, стоя у плиты, разливал соус по тарелкам.
— Могу я чем-нибудь помочь?
— Можешь поставить хлеб на стол. А все остальное уже… Черт!
Половник, которым он разливал соус, плюхнулся в кастрюлю, разбрызгав красные капли по рубашке Зака. Он поставил тарелку на стол и расстегнул рубашку:
— Я лучше сразу заброшу ее в стиральную машину. Это случается и со мной, и с Чадом каждую неделю.
Скай не смогла удержаться, чтобы не посмотреть на Зака. После того как она массировала его, после поцелуев ее воображение разыгралось. Зак расстегивает рубашку, та соскальзывает с его плеч — и все это происходит перед ней. У нее не было сомнений: она хочет прикоснуться к его груди, пропустить через свои пальцы его черные волосы. Узкая полоска волос темнела выше ремня, приковав ее взгляд.
Когда Скай подняла голову, Зак смотрел на нее. Она облизнула сухие губы и спросила:
— Ты ведь не собираешься садиться за стол в таком виде?
Его глаза искрились озорством.
— А почему, собственно?
— Потому что я не смогу сосредоточиться на разговоре.
Он сделал несколько шагов и приблизился к ней вплотную:
— А на чем ты будешь сосредоточена?
Слова вылетели быстро, так как картинка в ее мозгу была очень яркой:
— Как ты выглядишь совсем без одежды.
— Я бы мог удовлетворить твое любопытство, но думаю, что никто из нас еще не готов к этому.
Она понимала, что он прав. По правде говоря, она вообще не знала, будет ли когда-либо готова. Мысли о Заке всегда заставляли ее паниковать почти так же, как и в грозу. Он наклонился, будто для поцелуя, но услышал топот спускающегося Чада. Зак выпрямился и сказал:
— Пойду поищу чистую рубашку.
Оставшись одна, Скай прерывисто вздохнула. Господи, неужели она может думать только о поцелуе! Таким образом, вся ее система защиты сходила на нет.
Зак вернулся через некоторое время, жуя кусочек чесночного хлеба, и увидел, что Чад и Скай увлечены разговором. Скай умела слушать. Она знала, как задавать нужные вопросы. Она могла шутя взлохматить волосы мальчика. Скай нравилась его сыну. Они так быстро подружились. Чад ценил внимание, которое оказывала ему Скай.
И еще Зак подумал о своем собственном отношении к ней.
Весь вечер он чувствовал себя словно в аду: просто смотреть на Скай и не прикасаться к ней. Поцелуй в кабинете заставил желать большего. Но печальный опыт прошлого постоянно преследовал его. И Зак решил: пусть все идет своим чередом.
Он не приближался к Скай, когда она помогала убирать посуду после ужина. Чад пошел наверх готовиться ко сну. Когда Скай заворачивала оставшуюся часть арбуза в целлофан, Зак сказал:
— Ты можешь пойти посмотреть телевизор, я уберу сам.
— Двое справятся быстрее, чем один, — подмигнула она. — Я хочу, чтобы у тебя осталось свободное время для занятий гимнастикой.
Он подошел к ней вплотную, очарованный мерцанием голубых глаз. Прикоснуться к Скай сейчас, может быть, гораздо важнее, чем соблюдать осторожность. Он сжал ее руки.
— Я регулярно делаю упражнения и слушаю кассету. Но есть еще кое-что, что действительно будет иметь благотворное влияние на меня.
— Что? — еле слышно прошептала она, чувствуя, как перехватило дыхание.
Он наклонил голову к ней:
— Вот это.
Руки Скай прикоснулись к нему. Он страстно целовал ее, она гладила его грудь. Ее ногти задевали его соски, и это усилило его желание. Его намерение соблюдать дистанцию до тех пор, пока он не будет уверен в ней, пока не убедится, что действительно хочет этого, улетучилось со скоростью молнии. Смешанные чувства переполняли его и не поддавались логике.
Он прислонил ее к стене, и его ноги проскользнули между ее ног. Она застонала и выгнулась. Он забыл о сдержанности, когда желание нахлынуло на него и вытеснило все остальное. Она продвигалась своими руками вверх по его груди, но они не остановились на плечах. Пальцы Скай изучали его лицо, а руки Зака — ее.
Он придвинулся ближе. Он хотел большего. Руки скользнули под блузку, и их обдало жаром ее нежной кожи. Они достигли замочка ее бюстгальтера и расстегнули его.
Скай перестала целовать его. Замерла. И отстранилась от него.
— Мы не можем сделать это. — Ее голос дрожал. — Чад может зайти в любую минуту.
Зак прижался своим лбом к ее лбу.
— Дело только в Чаде?
— Нет. Во мне. Я не уверена, хочу ли этого. Но понимаю, что не хочу физической близости без духовной. Я не знаю тебя, Зак. Еще нет. Однажды я сделала ошибку и не хочу повторять ее снова.
Он чувствовал, что она права, но его тело говорило о другом. Грубая физиология никогда не управляла его действиями. Но со Скай ничего нельзя было предсказать наперед. Он никогда ни с кем так не наслаждался беседой. Ему нравилась ее эрудированность, а чувство юмора делало разговор живым. До того момента, как он встретил Скай, долг и ответственность — смысл его жизни — сдерживали Зака.
Теперь же, когда он держит Скай в своих объятиях, жизнь кажется ему такой волнующей и полной, как никогда.
Он застегнул ей бюстгальтер, думая, было ли ее замужество ошибкой, почему она развелась, попросила развод она или ее муж? Что было причиной печали, которую он порой видел в ее глазах? Да, она была права, они еще недостаточно хорошо знают друг друга.
Когда же наступит время, когда будут даны ответы на все вопросы?
— Ты хочешь узнать меня лучше? Ты еще не приняла решения?
— А ты уже принял? — в ответ спросила она, наклонив голову.
Он снова захотел обнять ее, но это привело бы к еще одному поцелую, поэтому нехотя отпустил.
— Вопрос никогда не отвечает на вопрос. Я читал это в книге по философии. Таким образом, мы переходим ко второму пункту. Почему ты согласилась прийти сегодня на ужин?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
