— Да, Зак.
— Ты играешь в теннис?
— Немножко.
— Элис сегодня забирает Чада из школы. Они пойдут в кино, пообедают и, возможно, заглянут в магазин игрушек.
Скай слышала раздражение в голосе Зака.
— В двух кварталах отсюда — теннисные корты, — продолжал он. — Мы могли бы сыграть, затем принять душ и поехать к тебе, ты бы переоделась. В центре открылся новый итальянский ресторан.
Она наматывала телефонный шнур на мизинец.
— Я еще не знаю. Мне нужно посмотреть расписание на сегодня…
— Я слышал, что там исключительно готовят, — уговаривал он.
Она ненавидела делать все по плану. Да к тому же это звучало так, будто они сбегают от Элис…
— В котором часу?
— Когда мне заехать за тобой?
— У меня последняя встреча в половине пятого. В шесть?
— Отлично. Увидимся в шесть.
Скай присела на краешек кровати. «Так, девочка. Что же тебя раздражает в Элис?»
Первое. Она бывшая жена Зака. У них общее прошлое.
Второе. У них есть ребенок. Элис — мать Чада, и как бы Скай ни старалась заменить ее мальчику, она никогда ею не будет. И если даже это стало бы возможным, Скай была бы удивлена.
Третье. Не потому ли Скай до сих пор не определилась в своих чувствах к Заку, что всего лишь хотела заменить своего ребенка, которого она потеряла, его ребенком? Но ее внутренний голос, который, безусловно, знал ее лучше, заявил: «Твои чувства к Заку — нечто другое, большее». И все ее ночи без сна с тех самых пор, как он в первый раз вошел в ее офис, доказывают это.
Четвертое. И самое главное. Что осталось между Заком и Элис? Как ответить на этот вопрос? Она красивая женщина. Она энергична и подвижна. Чад такой же, как она. Может ли Зак, видя свою бывшую жену в облегающем халате, ничего не чувствовать?
«Так, Скай. Брось думать об этом. Ты ведь не собираешься получить сразу все ответы?» Может быть, время ответит на них. Во всяком случае, ее разум не в состоянии сделать это.
День прошел быстро. Скай не терпелось увидеть Зака. Он был одет в желтую рубашку и шорты, когда приехал к ней. Ни один чемпион Уимблдона не мог бы выглядеть лучше. Раньше она еще не видела его голых ног. Они были мускулистые, сильные, поросшие черными волосами. Скай вздохнула, представляя, как гладит их.
— Готова? — спросил он улыбаясь.
Она подхватила ракетку с кухонного стола.
— Давно готова, — проговорила Скай, выходя за дверь.
Зак припарковался у теннисных кортов.
Они шли по траве нога в ногу довольно ритмичным шагом, он взял ее за руку. Со стороны они выглядели как влюбленная пара. Но, посмотрев на Зака через несколько мгновений, Скай заметила, что он слегка хмурится.
— Что случилось?
— Это заметно? — Он не замедлил шага.
— Немного.
— Неприятности на работе. Хотел бы я, придя домой, забыть о них, но не могу. — Он слегка сжал ее пальцы. — Кстати, о работе. Я слушаю кассету во время перерыва на обед, и мое кровяное давление не повышается, и шея не затекает. Не могу понять, как это помогает.
Скай было приятно, что наконец-то Зак взялся за свое здоровье. Многие клиенты, с которыми она работала, были не так дисциплинированны.
— Какие неприятности?
— Заказы потерялись в пути. Компания, с которой у нас контракт, местная, но мы отправляем заказы в центр распространения в Нью-Йорке. График работы очень плотный. И заказ до сих пор не поступил, хотя все сроки уже прошли, и сейчас президент этой компании Грег Дуган рвет и мечет. Он решает, продолжать ли с нами сотрудничать или отдать заказы другой компании. А это означает потерю времени, прибыли и, возможно, партнера.
— Что ты собираешься предпринять?
— Пока ехал к тебе, я решил лично встретиться с ним, а не поручать это своему бухгалтеру. Если мы встретимся с ним лицом к лицу и сможем разобраться, то, возможно, я смогу спасти положение и заказ останется у нас. А он очень большой.
— Ты не знаешь, что могло произойти с грузом?
— Нет. Мы послали агента по розыску пропавших грузов на железной дороге, но это займет несколько дней.
— Кажется, ты сделал все, что можно.
— Когда встреча будет назначена, я буду чувствовать себя лучше.
Правда была в том, что Зак слишком много думал о работе и, следовательно, он не мог уделить Скай достаточно времени. Ее рука в его ладони — этого мало. Он хотел обнять ее, пропустить свои пальцы сквозь ее волосы. Он торопился.
Зак вспомнил Скай на дереве, когда она помогала его сыну. Как перехватило дыхание, когда он увидел ее там…
Он боялся за нее так же, как и за Чада. Никогда в своей жизни он не переживал такого безумного страха. Ни одна мать не испытывала тех чувств, какие он испытывал к своему сыну. Как он пришел к тому, что стал так глубоко чувствовать? Но ведь, когда Скай спустилась с лестницы и встала перед ним, он был по-настоящему счастлив. Ее безопасность значила для Зака больше, чем его собственная.
Он не знал, как развеять ее опасения насчет их отношений с Элис, потому что не понимал, какие мысли кружатся в голове Скай. Он думал о том, чтобы попросить Элис переехать в отель. И она, возможно, согласилась бы. Но он не рассчитывал, что это поможет убедить Скай. Кроме того, Зак должен думать и о Чаде. Мальчик радовался, зная, что мама дома.
Как только они заняли позиции на корте и начали первый сет, Зак понял, что лучшего партнера для игры он и желать не мог. Но он все меньше думал об игре. Длинные ноги Скай все сильнее притягивали его взор, когда она бегала к сетке и назад. Когда она подавала и вытягивала руку, ее тело в голубых шортах и рубашке изгибалось и обрисовывалась восхитительная, прелестная фигура.
Когда она отбила подачу, то коса перекинулась через плечо. Прилипшая к телу рубашка очертила грудь, и Зак мог различить кончики ее сосков. Кто сумел бы сосредоточиться на желтом мяче, проносящемся над сеткой? На чем Зак фокусировал свое внимание?
Конечно, на Скай.
После того как она победила, они пожали друг другу руки. Зак вытер пот со лба.
— Ты хорошо играл, — сказала Скай, подбадривая его.
— Я не мог сосредоточиться. Я думал о другом, — проворчал он.
— О неприятностях на работе?
— О тебе!
Если бы он поцеловал ее сейчас, они обратили бы на себя всеобщее внимание.
Очевидно, она поняла его взгляд.
— Нам обоим нужно принять холодный душ.
— Мне он просто необходим. И я позволю тебе принять его со мной.
— А я позволю себе отклонить это предложение. Мой душ безопаснее.
— Отлично. Значит, мы оба сможем сделать это у тебя дома.
— Зак! — запротестовала она.
Это прозвучало неубедительно: ее голос дрожал, а глаза слишком блестели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
