— Нужно флиртовать, а на наоборот, — прошептала она и покосилась на преподавательницу — не заметила ли та, что мы отвлеклись.
«Магии чтения. Посоветуй мне еще какую-нибудь книгу», — попросил Игнат.
На моих губах появилась нервная улыбка.
«Снова детектив?»
«Почему бы и нет? Я люблю раскрывать чужие тайны. Хочешь, раскрою твою»?
В ответ я решила прислать забавный стикер в виде удивленной белки, но в это время препод взглянула в нашу сторону, и я опустила телефон на колени, чтобы она не заметила его. А когда я взглянула в экран, замерла от ужаса — вместо милой белки я прислала ему хитрого попугая с фразой: «А у тебя рожа не треснет?» Это был соседний стикер из недавних, которыми я пользовалась в переписке со Стешей. Смешной, конечно, но в переписке с Игнатом я его использовать не планировала!
Я хотела удалить его, но не успела. Прямо над моим ухом раздался раздраженный голос преподавательницы:
— Черникова! Может быть, решите свои проблемы позднее, на перемене?
— Простите, Наталья Семеновна, — вздохнула я.
— Ярослава, вместо того, чтобы смотреть в телефон, ответьте лучше на седьмой вопрос в методичке, — сухо велела она. — Вы ведь наверняка готовы? В отличие от ваших коллег.
Ее взгляд обвел притихшую группу — ребята плохо подготовились и теперь старались смотреть куда угодно, но только не на преподавательницу. Вообще, Наталья Семеновна не спрашивала тех, кто отвечал на прошлом семинаре, а я как раз отвечала. Однако сейчас, видимо, решила меня наказать — в назидание остальным. Пришлось рассказывать материал — к счастью, память у меня была неплохая, и теорию я запоминала влет.
Наталья Семеновна кивнула, задала пару вопросов, на один из которых мне помогла ответить Стеша, и перешла к следующей студентке. А я, извинившись, выскользнула из аудитории, незаметно прихватив с собой телефон. Что подумает обо мне Игнат? Стикер-то я так и не удалила.
Прижавшись спиной к стене пустого коридора, я открыла диалог. Разумеется, Игнат увидел стикер и прислал несколько сообщений:
«Ахаха, не треснет».
«А ты смешная)».
«Эй, ты где? Включила режим игнор?»
«Ладно, я не буду раскрывать твои тайны. Вернись, Ярослава».
Признаваться в том, что стикер был ошибочны, я не стала. Нужно уметь держать лицо. И вместо этого написала:
«Я отвечала на семинаре».
Он тут же начал писать мне.
«А я уже подумал, ты расстроилась, что у меня ничего не треснуло…»
Надо же, а он умеет шутить. Хотя в жизни кажется самоуверенным и даже слегка надменным.
«Я бы расстроилась, если треснуло. Нам же с тобой идти на свидание»
Написала и задумалась — не прозвучало ли высокомерно? Образ Снежной королевы, конечно, притягателен, но я хочу просто пообщаться с этим парнем, чтобы понять, что ему надо. А не отталкивать его от себя, держа дистанцию. Если честно, я вообще много сомневалась. Постоянно хотела сделать, как лучше, но не всегда получалось.
«Хорошо, что ты помнишь. А то я решил, что ты меня жестко динамишь»
«Лучше попробуй раскрыть мою тайну», — напечатала я, не спеша возвращаться в душную аудиторию.
Его ответ заставил меня поднять бровь:
«Ты думаешь обо мне»
«А ты думаешь обо мне больше», — написала я, поймав какой-то странный романтический кураж.
«С чего это?» — удивился Игнат.
«Это ведь ты нашел мой номер, а не я твой».
«Логично. Окей, поймала. Один ноль в твою пользу».
Я не успела ничего ответить — от него тут же прилетело новое сообщение.
«С тобой что-то не так, — выдал Игнат. — Меня редко кто-то так цепляет».
«Меня тоже», — лаконично ответила я и потерла губы — снова вспомнился поцелуй.
Цепляет… Значит, я ему и правда понравилась? Однако мысль о споре, меня не оставляла. Ну не может такой крутой тип, как он, обратить внимание на меня. В чем подвох? Ответа у меня не было. Игнат казался дружелюбным и заинтересованным в общении. Он не шутил, как дебил, не уговаривал прислать нюдсы, как это едва ли не с первых сообщений делали парни с сайтов знакомств, где мы со Стешей одно время торчали. И вел себя вполне адекватно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Две пары подряд мы перебрасывались милыми, ничего не значащими сообщениями, от которых мое настроение ползло вверх. Улыбка не сходила с моего лица — даже мышцы щек начали ныть. Игнат стал для меня личным чудом. Маленьким откровением. И я не могла поверить в то, что мы так легко переписываемся о всякой ерунде, будто сто лет знакомы.
Глава 13. Враги моей матери — мои враги
Едва мы со Стешей вышли из университета и попрощались, как позвонила мама — напомнила о встрече в ресторане, о которой я совершенно забыла. Все мои мысли были об Игнате.
— Не опаздывай, дочка, — попросила мама. — Это важная для меня встреча. Я хочу не просто познакомить тебя с Костей. Но и понять, понравится он тебе или нет.
— А если не понравится? — спросила я. — Ты с ним расстанешься?
Несколько секунд мама молчала. И только потом ответила:
— Надеюсь, понравится. Он хороший человек. Но если ты скажешь, что категорически против наших отношений, то я…
— Мам, я пошутила, — мягко оборвала ее я. — Раз ты говоришь, что твой Костя хороший, значит, так и есть. Я тебе верю.
— Спасибо, Яра. — В мамином голосе послышалось облегчение. Она явно боялась, что я буду против ее нового брака. Но разве я имела на это право?
— Я приеду вовремя, мам, — заверила я ее. — Все будет хорошо.
— Надеюсь. И еще… Ты же понимаешь… Костя ничего не должен знать, — осторожно сказала мама.
«Ничего» — это то, чем мама занималась после того, как попала много лет назад в агентство Оксаниного друга. Чистовой эскорт, который потом перерос в то, что она стала содержанкой богатого и влиятельного человека. Как Оксана, которая и привела ее в этот бизнес. Мы никогда не говорили на эту тему, но подразумевалось, что я все знаю. А вот этот самый Костя, походу, ничего не знал.
— Конечно, — спокойно ответила я. — Не волнуйся.
— Просто… Костя настроен очень серьезно. Очень. А о моем прошлом ему мало что известно.
— Я все понимаю, мам. Не переживай.
— Вот и славно, дочка. Обещаю, что он понравится тебе. И ты дашь свое согласие на то, чтобы он стал моим мужем.
Мужем… Как странно звучит. Это слово пугало, сразу вспоминался образ чудовища и в голове слышались крики мамы, когда он бил ее или запирался с ней в спальне. Однако переписка с Игнатом помогла отвлечься и не думать о плохом.
Я приехала домой, надела нежно-розовое коктейльное платье известного итальянского бренда, подаренное Оксаной, уложила волосы, накрасилась, что делала крайне редко. Нацепила изящные серьги-гвоздики с блестящими камешками — на этот раз подарок мамы. Нашла черные туфли на каблуках, которые никогда не надевала. И маленький клатч под их цвет. Перед выходом намазала губы вишневым блеском и брызнула на волосы и запястья духами с ароматом земляники и полевых трав, которые любила. Мама хотела, чтобы я выглядела на все сто, и я не собиралась ее подводить.
Как мы договаривались, я вызвала такси и поехала к ресторану «Симфония», по пути снова переписываясь с Игнатом.
«Скоро пропаду, не теряй», — напечатала я одно из последних сообщений.
«Надеюсь, ты не встречаешься с парнем», — ответил он.
В ответ я послала ему смеющуюся белочку.
«Я тоже пропаду»
«Надеюсь, ты не встречаешься с девушкой», — передразнила его я.
«Неа. Встречаюсь с куском дерьма», — ответил он. И тут же поправил сам себя:
«С несколькими кусками».
«Тогда не запачкайся», — посоветовала я и поставила улыбающийся смайлик.
Мы попрощались.
* * *
Игнат с довольной улыбкой откинулся на спинку дивана в своей квартире. Ярослава нравилась ему все больше и больше — с ней было легко и смешно. Правда, когда она прислала ему странный стикер — попугая с надписью про треснувшую морду, он удивился. Обычно девушки общались с ним иначе — не так дерзко. Либо лебезили, либо флиртовали. А тут какой-то непонятный попугай, слова: «А рожа у тебя не треснет?» и игнор. Игнат не любил, когда его игнорируют и не замечают. Его это жутко бесило.
