что кровообращение прекратилось и кислород не доходил до них. Как будто покалывали булавки и иголки. Я встряхнул их и сжал кулаки, потом старался не обращать на них внимания.
Я шел по грунтовой дороге. Она петляла по лесу. Затем расширилась. Я съел энергетический батончик. Впереди раздавались щелкающие звуки, эхом разносящиеся по лесу. Я вытащил пистолет и продолжил путь. Звуки становились все громче по мере того, как я шел дальше. Было похоже на треск сломанных веток.
Что-то двигалось впереди. Какая-то фигура пересекла мою тропинку, прогуливаясь по лесу. Это была та девушка, которую я видел возле хижины. Она стучала по деревьям палкой, когда шла. Я снял пистолет с предохранителя.
На этот раз я не прятался. Просто стоял. Она была не дальше, чем в пятидесяти футах от меня, но не замечала меня. Просто гуляла по лесу. Как только она исчезла из виду, я побежал по тропинке туда, где она стояла. Я видел, как она прогуливалась между деревьями, шлепая ветки… это была не палка. Это была рука скелета. Она размахивала ей, спотыкаясь, шла через лес в каком-то оцепенении, ее белая, как бумага, задница покачивалась на ходу.
Я следовал за девушкой через лес, держась на расстоянии. У нее была очень странная походка. Как будто ее шаги не имели никакого веса. Стейси была права. Она была как призрак.
В лесу все еще были слышны щелкающие звуки, эхом отдающиеся вокруг меня. Дело не только в том, что девушка на ходу била по деревьям. Должно быть, это были сами деревья. Или, может быть, это было что-то, что Стейси делала снаружи.
Я потерял ее. Она исчезла за деревьями впереди. Я прошел вперед, засунув руки в карманы куртки, чтобы спрятать пистолет. Впереди щелкающие звуки стали громче. Я вышел на другую грунтовую дорогу. Справа был мост, а дальше, кажется, здания. Я не видел девушку на дороге ни в одном направлении.
Я достал камеру и сделал несколько снимков.
Мост был из кованого железа, с толстыми черными проводами, скрученными в спирали по бокам. Когда-то он был художественно спроектирован, но теперь казался расплавленным, сожженным. Он завизжал, когда я наступил на него.
Вокруг меня раздавались яростные щелкающие звуки. Я посмотрел через край моста в расщелину…
Скелеты.
Там, внизу, их была целая куча, оживленных, как тот, что вышел из спальни Стейси. Они бежали ко мне по гравию, уставившись на меня ввалившимися глазами, пытаясь вскарабкаться по склонам расщелины, чтобы добраться до меня.
Я держал пистолет в кармане. Их было слишком много. Если они смогут выбраться оттуда, мне придется бежать. Я ждал, чтобы посмотреть, что они сделают, но они просто царапали по сторонам каменной стены, не в состоянии подняться на нее. Многие скелеты не утруждали себя попытками, просто бродили по красноватому мху. Там было много костей, и куски костей были разбросаны по всему ландшафту.
Я сфотографировал их, как животных в зоопарке.
Один скелет просто стоял там, наблюдая, как я пересекаю визжащий мост к зданиям на другой стороне.
Впереди был маленький городок. Деревня. Такая же тихая и мертвая, как бревенчатая хижина в лесу. Но эти здания были другие. Казалось, они были сделаны тем же архитектором, который построил мост. Большинство домов были из кованого железа. Они выглядели расплавленными, скрученными, обожженными. Окна были завитые и волнистые. Одно из них пузырилось наружу. Даже двери и дверные проемы перекосило. Некоторые из них были широкие в верхней части рамы, затем тонкие внизу, где они встречались с полом. Другие двери были настолько искажены, что их невозможно было открыть.
Одно здание стояло без двери. Я вошел внутрь. Внутри все было тоже черное, хрустящее, все из кованого железа. Пол, мебель. Были стулья, искривленные и скрученные в фигурные узоры. Стол, похожий на яйцо со сломанным желтком.
Здесь стояли полки, заполненные куклами, как и в бревенчатой хижине. Куклы тоже были черные и покоробленные, как будто их сожгли и превратили в уголь. Я взял одну. Она была твердая, как металл. Я не думаю, что это кованое железо. Это было что-то другое.
В соседней комнате стояли расплавленные черные статуи людей. Мать с ребенком на руках, ребенок стекал ей на руки, как мокрое тесто. B кресле-качалке был мужчина, его голова раздулась и склонилась.
Я их сфотографировал.
Я прошел через другие здания. Здесь не было людей. Просто искаженные кованые статуи людей. Танцовщицы с вытянутыми конечностями, как будто они были сделаны из ирисок, старик с вареной кожей, как у прокаженного, маленькая девочка, которая в основном превратилась в лужу на земле.
Я сфотографировал их всех.
Город продолжал подниматься на извилистый холм. Впереди были также скульптуры из кованого железа, деревья, кованые скамейки, кованые заборы. Я сфотографировал дорогу впереди, но не пошел по ней. Подумал, на сегодня этого было более чем достаточно. Я не думал, что готов исследовать этот мир в одиночку.
Стейси придется найти команду исследователей, чтобы сопровождать меня, если она хочет, чтобы я вернулся.
Глава 7
Не успел я вернуться на мост, как легкий ветерок донес до меня женские крики. Я оглянулся назад. Крик доносился откуда-то из города.
Может, это та девушка-призрак?
Я следовал за криками, прислушиваюсь. Стейси думала, что девочка-призрак была ее воображаемой подругой, когда она была ребенком. Эта была совсем взрослой. Но растут ли призраки? Может быть, здесь много призраков, которые выглядели так же, как она. Может, призрачный друг Стейси тоже была где-то здесь, все еще маленькая
