class="p1">Последнее слово он произнес без всякого придыхания или уважения, что ясно давало понять — мечник понятия не имел, что именно это за Библиотека и почему-то кто-то может её искать.
— Ни для чего, — пожал плечами Хаджар. — Мы просто пересеклись в пустыне волей случая. Харлим охотился за драконом и…
— Что за дракон⁈ — хором переспросили Телис и Эрка.
— Да дракон как дракон и… — Хаджар хотел было продолжить, но вдруг понял, что не помнит.
В его памяти осталась ясная сцена, как он просит Харлима исследовать тушу, чтобы добавить нейросети информацию. Харлим тогда неправильно понял вопроса и сказал, что кроме первого клыка дракона и его Ядра ему больше ничего не требуется. Хаджар от туши отказался.
Но…
Он помнил, как Азрея вместо с гепардом, который оказался вовсе не живым, а артефактным созданием, грызли плоть дракона. Помнил беседу с Харлимом и его совет отправиться в оазис Каменных Деревьев, но так и не мог вспомнить, как выглядел дракон.
Нахмурившись, Хаджар отдал приказ нейросети.
[ Запрос принят… Обрабатываю запрос… Запрос обработан…
Поиск в базе данных.
Реестр — «Море Песка». Каталог «Встреча с бессмертным». Поиск по ключевым словам.
«Внешний. Вид. Дракон».
Поиск завершен.
Совпадений не найдено.
Повторяю запрос.
Запрос повторен.
Совпадений не найдено.
Анализ базы данных…
Анализ завершен.
Целостность данных повреждена.
Повторное сообщение для носителя:
Целостность данных повреждена. ]
Хаджар нахмурился еще сильней. За все века странствий и использования нейросети (пусть в последние годы он и пользовался ей исключительно для того, чтобы внутри своего подсознания вести бесконечные тренировочные битвы против Древних) он еще не встречал подобного сообщения — « Целостность данных повреждена».
Во время жизни калеки в мире Земли он никогда не интересовался высокими технологиями, но даже его скудных познаний в этой области было достаточно, чтобы понять смысл этой ошибки.
— Когда целостность была нарушена? — задал второй вопрос Хаджар.
[ Запрос принят… Обрабатываю запрос… Запрос обработан…
Анализ базы данных…
Анализ метаданных…
Анализ базы данных… завершен.
Анализ метаданных… завершен.
Повреждение целостности данных:
~1000 … 10000… 100000… N лет назад.
Анализ характера повреждения…
Анализ завершен.
Повреждение санкционировано.
Структура системы сохранена. Угрозы носителю нет.]
Хаджар дернулся и помотал головой. Как нейросеть могла быть повреждена даже хотя бы тысячу лет назад, если он столько даже и не жил.
Или, может, Павел Коваль, тот врач в мире Земли, что устанавливал ему эту непонятную железяку, предварительно запустил в ней какое-нибудь огромное количество циклов обучения.
Вроде так писали всякие рекламные буклеты об очередных успехах искусственного интеллекта. Что-то об очередном цикле обучения.
Но если это так, то…
— Кто санкционировал повреждение и какой объем поврежден?
[ Запрос принят… Обрабатываю запрос… Запрос обработан…
Повреждение целостности данных изначально — 99.95%ов.
Текущий уровень повреждений — 8.4%
Целостность данных почти восстановлена.
Целостность данных. Санкция — носитель.
Повторение сообщения для носителя.
Санкция — носитель.
Санкция — носитель…
Санкция — носитель….
Санкция — носитель……
* * *
Он стоял посреди широкого плато. Дул ветер. Тот верным псом кружил вокруг своего товарища, иногда облизывая ладони и лицо холодным, слегка влажным языком.
Над головой плыли облака. Безмятежные и спокойные они омывали изнуренную зноем земли ласковыми слезами весенней капели. Она неуловимой, тонкой мелодией звучала на листьях и травах.
Солнце — Ирмарил, вечно бегущий за своей возлюбленной, сражался с натиском наступавшей ночи. Ведь он пока еще так и не догнал свою суженную и не хотел отступать. И так каждый день. Год за годом. Век за веком. Эпоху за эпохой.
Наверное из всех богов, лишь к Ирмарилу он мог проявить сострадание.
— Учитель…
Он обернулся. Позади него стоял воин почти двух метров ростом, покрытый сотней шрамов, в грубой броне и с широким мечом в ножнах у бедра. Сколько тысяч лет минуло с тех пор, как мальчишка стоял рядом с ним и стучал палкой по обломку каменной скалы.
И сколько тысяч лет минуло с тех пор, как этот мальчишка обрел Терну и отправился странствовать по миру, сражаясь с тем, что он считал несправедливым и недостойным. И сколько тех, кто встал под его штандарты и тоже начал стучать палкой по обломку скалы.
Как же он назвал дом, куда привел всех их? Что-то связанное с яростью и клинком.
— Я тебе не учитель, — покачал он головой и вернулся к созерцанию долины.
Они редко виделись. Их пути почти не пересекались на просторах Безымянного Мира. У Черного Генерала — свой путь, у мальчишки, ставшего воином и главой дома — свой. Но удивительно, как часто находили сопряжение их дела. И вот сейчас, перед началом второй войны с небесами, они снова, как и многие тысячи лет назад, стояли здесь.
Потому что так было надо.
Потому что другого пути не было.
Он посмотрел вниз, под холм. Там уже собрались его офицеры, а позади них — вплоть до самого горизонта, армия тех, кто отважился выступить против гнета… даже не узурпаторов и тиранов, а тех, кому было просто все равно. Наплевать.
Нет, за свою немалую жизнь, он понял, что нет нужды страшится дорвавшихся до власти псов. Их рано или поздно сожрут те кто злее и сильнее. Но куда страшнее ленивые и жадные неумехи, которые просто напросто влачат свое существование из старого дня — в новый. И так год за годом, век за веком, эпоха за эпохой.
Вот они — опасны. Ибо не совершают столь великого зла, чтобы вскипела кровь угнетенных мужей, но при этом вся та гниль и тлен, что они взращивают, всё копятся и копятся, пока не обрушатся потопом на головы тех, кто искусился теми же ленью и жадность.
Не начал ли он говорить так же, как Ляо Фень.
— Держи, — он кинул под ноги мальчишке камень. Старую скрижаль. — Здесь все, что тебе надо знать.
Мальч… нет. Воин кивнул и поднял камень, убрав тот за пазуху.
— Как прекрасны эти горы, — выдохнул он, окидывая взглядом просторы, омытые дождями и светом Ирмарила.
— Да, — согласился воин и спустя несколько секунд добавил. — если мне суждено умереть, я хотел бы лежать здесь… Как думаешь, Учитель…
Он не стал перебивать воина, чтобы в который раз напомнить, что не является его учителем. Да и смысл — воина это, кажется, нисколько не заботило.
—… какое у них название?
Он лишь пожал плечами.
— Не думаю, что у них оно есть.
Воин прикрыл глаза и погрузился в шум ветра.
— Тогда я буду тем, кто их назовет. И раз уж сейчас над нами тень, то пусть будут — Черными.
— Не слишком оптимистично.
— Нет, Учитель. Наоборот. Там, где самая тяжелая тьма, где непроглядный мрак, где нет ни намека на свет, всегда загорается самая яркая искра надежды.
Он хмыкнул. Слова достойные Ляо Феня.
— И кто тебя этому научил?
Воин только улыбнулся.
— Вы, Учитель. Тогда, когда показали мне, простому деревенскому мальчишке, первый удар меча.
Он ничего и никому не показывал…
* * *
Хаджар встряхнул головой, поборов резкую вспышку боли, а затем с удивлением обнаружил у себя за пазухой что-то холодное и каменное.
И… о чем его спрашивали?
Ах да, о драконе. А что он ответил? Что не помнит деталей. Можно было бы, конечно, уточнить у нейросети, но даже спустя столько веков он все еще не доверял этой непонятной железяке.
— Не помню, что именно за дракон, — пожал плечами Хаджар. — Но Харлиму требовались первый клык и Ядро. И он что-то говорил о…
— Законах, — перебил Телис, после чего повернулся к Эрке. — Все складывается, дорогая. Золотое Небо действительно намеревается…
Но Эрка лишь трясущейся рукой указывала на скрижаль, которую Хаджар достал из-за пазухи и внимательно разглядывал.
Глава 1832
Когда-то очень давно он получил её от Черного Генерала. Но не понимал, какой в ней смысл. Изначально не разобрав письмен на ней, затем он понял, что это самые обычные военные указания. Какой отряд за какой участок фронта несет ответственность и что делать при тех или иных ситуациях.
Ничего
