– И я тоже. Оно исчезло.
Стэйсяк взглянул на циферблат своих часов.
– Что-то капитан задерживается. Ему пора бы уже вернуться.
Риппер пожал плечами.
– А ты знаешь, сколько нужно времени, чтобы выследить человека, который по официальной версии не существует? Не беспокойся о капитане. Он опытный парень и сможет позаботиться о себе.
– Знаешь, – заключил Стэйсяк, – если призрак или что-то в этом роде появлялось в «двухчасовой» зоне, то это как раз то место, куда пошла разведчица. Не исключено, что они столкнутся нос к носу.
– В таком случае, – улыбнулся Риппер, – мне жаль призрака.
Глава 4
КЭРРИОН
Капитан Сайленс медленно встал на ноги, морщась от боли в боку. Кэррион не пошевельнулся, чтобы помочь ему. Сайленс и не нуждался в его помощи. Он не хотел быть чем-то обязанным Кэрриону. Расплачиваться пришлось бы гораздо большей ценой. Отгоняя мысль о своей ране, Сайленс сосредоточился на человеке, стоявшем перед ним. С тех пор, когда он в последний раз видел его, своего бывшего друга, прошло десять лет. Честно говоря, он уже не надеялся встретиться с ним снова. Кэррион должен был погибнуть вместе с эшрэями. Погибший, он мог бы считаться жертвой; живой – становился лишней проблемой. Но он был еще и человеком, с помощью которого Сайленс рассчитывал решить один нелегкий вопрос.
Он стоял и смотрел на Кэрриона, понимая, что надо что-то сказать, но в голову не приходили нужные слова. По дороге сюда он тщательно продумал, как будет себя вести. Он точно знал, что надо сказать, на чем сыграть, чтобы заставить Кэрриона помочь экспедиции. Но теперь, когда он лицом к лицу встретился со старым другом – призраком из прошлого, слова застряли у него в горле. Этот человек был его другом, более близким, чем родной брат, но при их последней встрече они пытались убить друг друга. Долгое время Сайленс считал себя победителем в этой схватке. Но потом он стал слышать от очевидцев, побывавших на Ансили, рассказы о человеке, избежавшем смерти. О «призраке» в лесах. О Кэррионе.
Годы шли, Сайленс не возвращался на Ансили. У него не было желания вновь увидеть своего бывшего друга. Но время и обстоятельства все-таки вернули его сюда. Прежние грехи остались в прошлом. Сейчас надо было думать только о возглавляемой им экспедиции, об успешном выполнении поставленной перед ней задачи. Сайленс знал свои обязанности. Он всегда ставил их на первое место. И если для этого потребовалось бы использовать или даже еще раз предать друга, он пошел бы на это. Ему случалось идти и на большие жертвы.
Кэррион приблизился и поднял капюшон, скрывавший его лицо. По спине Сайленса пробежал неприятный холодок, ему показалось, что у него на затылке шевелятся волосы. Кэррион выглядел точно так же, как и десять лет назад. Он провел эти годы в одиночестве, в страшных условиях, но на его лице не прибавилось ни единой морщины. Он выглядел таким же, каким остался в памяти Сайленса: молодым, гордым, непреклонным. Время было бессильно перед ним. Конечно, призраки не стареют!
Неожиданно Сайленс почувствовал неловкость и стыд за то, что сам так сильно изменился за десятилетие. Что подумал о нем Кэррион, глядя на его облысевший лоб и раздавшуюся талию? Заметил ли он это, и если заметил, то придал ли значение? И, что самое важное, понял ли он, что перед ним уже не тот Джон Сайленс, которого он когда-то знал, который мог принести в жертву своего друга, если этого требовали правила игры? Теперь, глядя на спокойного молодого человека, стоящего перед ним, Сайленс чувствовал себя старше и изношеннее, чем обычно. Он до сих пор не знал, с чего начать. В конце концов молчание нарушил сам Кэррион.
– Что ты здесь делаешь, капитан?
– Мне нужна твоя помощь, – спокойно ответил Сайленс.
Кэррион улыбнулся, как будто речь шла о каких-то давно утраченных возможностях.
– Я и не думал, что ты проделал весь этот путь для того, чтобы возобновить старое знакомство. Но я знал, что когда-нибудь ты вернешься. Мы с тобой не закончили одно общее дело…
– Это подождет, – прервал его Сайленс. – Ты знаешь, что произошло на Базе номер тринадцать?
– Я знаю, что совсем недавно они установили защитный силовой экран. Только и всего.
– Так ты не поддерживаешь связь с людьми оттуда?
На губах Кэрриона появилась и исчезла улыбка, но глаза его остались серьезными.
– Командир Базы отдал приказ о «стрельбе без предупреждения», который распространялся и на меня. Он не хотел, чтобы его тревожили. Да он и не был мне нужен. Они боялись меня – такого, каким я стал, и, в конечном итоге, они были правы.
– Каким же ты стал? – спросил Сайленс. – Как ты жил здесь все эти годы, без снабжения всем необходимым, без запасов продовольствия?
– Откровенно говоря, я не выжил. Мне пришлось пройти через очень многое с тех пор, как мы с тобой расстались. Я уже не тот человек, которого ты помнишь.
Он на мгновение посмотрел в сторону, как будто прислушиваясь к какому-то голосу, доступному только ему одному, покачал головой и вновь взглянул на Сайленса.
– Мы не можем говорить здесь. У меня нет друзей в этом лесу, и даже я не в состоянии защитить тебя от всех его обитателей. Пойдем со мной. Мой дом недалеко отсюда.
Он повернулся и пошел, даже не оглядываясь на последовавшего за ним Сайленса. Сайленс шел следом, скрипя зубами от сверлящей боли в боку. Рана, похоже, была не очень серьезной, но требовала немедленной перевязки, иначе он мог совсем обессилеть от потери крови. С помощью специального устройства, которым была оснащена его форменная одежда, он ввел себе дозу эндорфина – достаточную для того, чтобы приглушить боль, но все же не затуманившую его сознания. Он следовал за Кэррионом через бронзовый и золотой лес, ступая по тропе, которую различал только его проводник.
В дымке, повисшей между деревьями, ничто не двигалось, но тишина казалась зловещей, предвещавшей что-то недоброе. Даже не видя вокруг ничего подозрительного, Сайленс ощущал на себе чьи-то взгляды. Деревья неожиданно расступились, открыв что-то вроде высокого холма, поросшего серебряным кустарником. Металлический холм был поврежден, на нем виднелись глубокие царапины и воронки, через которые, словно плющ, пророс кустарник. Несмотря на это, Сайленс смог распознать под зарослями каркас боевого вездехода. Это была одна из тех машин, которые десантировались в лесу. Она осталась там, где ее настиг психоэнергетический залп эшрэев. Сайленс вспомнил эту картину – один из немногих случаев, когда в бою он встретился с Кэррионом…
…Ночь прорезали лучи лазеров, разрывы гранат были похожи на распустившиеся в темноте алые цветы. Повсюду были видны вспышки дисраптеров, слышалось громкое гудение поднятых силовых щитов. Эшрэи шли нескончаемыми волнами, их огромные уродливые фигуры двигались с удивительной ловкостью и быстротой. От шквалов их психической энергии трещал воздух, происходило невероятное, разрушались защитные барьеры, выставленные экстрасенсами Империи вокруг ее войск. Когти и клыки сражались против мечей и щитов, кровь потоками лилась на изуродованную землю. В темноте, с трудом прокладывая себе дорогу среди деревьев, медленно ползли боевые вездеходы. Лучи дисраптеров, установленных на летающих тарелках, вонзались в толпы эшрэев сверху. Наука сошлась в смертельной схватке с дикой яростью, сражение достигало пика то здесь, то там, и ни одна из сторон не могла одержать окончательной победы…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
