Читаем без скачивания Темная сторона России - Татьяна Калистратова

Кита устало свалился на диван:

— Ника беременна, мы никому говорить не хотели, пока малыш не родится. Она сейчас у моих, в Эстонии, а через месяц с копейками родить должна. Не дай бог, с ними что-то произошло.

— Кит, а может, просто родила уже и вот показала тебе: смотри, дитё у нас.

— Заткнись, Миш, пожалуйста, по-человечески тебя прошу. Ей еще месяц с лишком ходить.

Мишка развел руками и пробормотал:

— А я что? Я ничего, просто успокоить хотел.

Прошло минут сорок неловкого молчания, потому как непонятно, что говорить в такой ситуации — то ли успокаивать, то ли подбадривать, и тут опять затрезвонил мобильник. Кит вскакивает.

Потом нам оставалось только наблюдать, как по физиономии Рыжего разливается бледность, затем краснота, рот открывается в букве «О», а затем на лице расплывается идиотская улыбка. Он что-то сосредоточенно слушает и наконец отключает связь. Потом вытирает пот с лица и, вновь опускаясь на диван, произносит:

— Сын родился. медики со сроками напутали. Вес три двести, рост — пятьдесят четыре. Мама сказала, что Ника еще три дня в клинике пробудет, а потом они ее домой заберут. — И уже нам: — Так, что делать?

— Бросать все к едрене фене и нестись в Таллин!

— Да не могу я. Контракт. Я потом полжизни расплачиваться буду, если свалю отсюда. — Рыжий опять заметался по номеру. — Тань, ну придумай что-нибудь, ты же вечно. — Он, как бездомная псинка, уставился в мою сторону.

— Кита, что я «вечно»? Я вечно тебя вытаскивала и, судя по всему, продолжаю вытаскивать из всяких траблов. — Иронично скосившись на Рыжего, я ждала, что он дальше скажет. Хм, смотрит жалостливо и молчит. Ладно, не буду измываться, решила я и выдала пришедшую в голову идею: — Мы тут на сколько, натри-четыре дня собирались остаться? Ну так останемся на пять-шесть. Ты давай с вояками по-быстрому договаривайся, чтоб тебя на крыльях армейской любви до Иркутска доставили, а оттуда вали в Эстик. Дальше обнимаешь Нику, целуешь сына и — мухой обратно. Телефон оставляешь тут, чтоб, если что, кто-то из нас отвечал руководству, что ты на шхуне, на мысе, на дне Байкала — в общем, работаешь. Ну и придется за тебя работу сделать по острову. Всё, собирайся, иди.

Сколько стоило Никите договориться с вояками, я так и не знаю, но на четвертые сутки он уже показывал нам фотки малявки, а мы ему, в свою очередь, — отснятый материал.

Кстати, пока ждали Рыжего, все же поплавали по озеру, но, к сожалению, не увидели ни одного миража. Зато узнали, что истории, подобные той, что приключилась с Китой, здесь не редкость. Лет шесть назад приезжала сюда молодая семья с ребенком, лет семи примерно. Они тоже прогуливались по бережку, и мальчик вдруг остановился и в воде на что-то показывает. Родители подошли, а там еще один мальчик, только не их сын, отражается, а поменьше и волосы темные. Пацаненок им и говорит: «Вот с братиком своим хочу вас познакомить». Думали, что ерунда какая привиделась, а меньше чем через год у них второй родился. В прошлом году приезжали все вместе сюда, чтоб мальцу показать, где его брат впервые углядел. А лицо, говорят, один в один, как на воде тогда видели. Местные говорят, что тут видения будущего на водах озера многие видят.

А теперь — небольшое отступление для тех, кто решит поехать на остров Ольхон. Чего нельзя делать на острове:

— На спор или ради любопытства ночевать в священной шаманской пещере на мысе Бурхан.

— Разучивать и тем более произносить вслух дурдалгу — шаманскую молитву, призывающую духов.

— Выпить для поднятия настроения и пойти разыскивать духов, чтобы поговорить с ними. Может случиться галлюцинация и повреждение психики.

— В поисках настоящего шамана приставать к бурятам, заставляя их раздеваться и надеясь найти у них шаманские отметины — особенное пятно на коже, шестой палец на руке или ноге, вообще странности в поведении. Уверяю, что после таких приставаний странности последуют весьма быстро.

Зачем это отступление было нужно? Дело в том, что пока мы ждали обратно Никиту, то несколько раз наблюдали подобные картинки, а наши мальчики как раз ради любопытства хотели как-то пойти заночевать в пещере и заодно прихватить фотики, чтоб пощелкать духов и привидения, если те появятся. Остановили их не уговоры, а фраза администратора отеля: «Вот с виду приличные люди, а, приехав в гости, нагадить хотите.» Все желание ребят исследовать ночную пещеру испарилось.

Ну а потом, как я уже говорила, приехал Никита, и мы стали собираться в дальнейший путь. Полеты на «вертушке» и пересадки в аэропортах описывать не буду. Начну с того, что мы прилетели в Нижний Новгород.

Нижний — Ярославль — Вологда

Старинные сказания и недавние были

Вы слышали когда-нибудь легенду про Китеж-град? Ну уж название-то точно многие слышали. Так вот, есть в Нижегородской области чудесное озеро Светлояр. Сказочно живописное и овеянное поэтическими легендами. Говорят, что именно под его водами скрылся град Китеж.

Вокруг Светлояра

Про Китеж есть три истории. Одна красивая и романтичная, вторая «древнеполитическая», а третья — страшная и кровавая.

Начнем с первой, потому что вторую нам поведал неизвестный и неопознанный гражданин. Нам — это значит всем участникам нашего марафона по темным местам России.

Итак. Легенда о граде Китеже. «Стоял этот город невиданной красы на берегу не менее потрясающего озера Светлояра. Но вот пришло мрачное время татарского нашествия. Когда враги подошли к городу, то с немалым удивлением обнаружили, что нет здесь крепостных стен, и никто не собирается обороняться. Но как только завоеватели пошли на город, из-под земли вдруг забили многоводные источники, и татары в страхе отступили. А вода продолжала подниматься. И когда стих шум родников, на месте города были лишь волны. Вдали мерцала одинокая глава собора с блестящим крестом. Но и она вскоре исчезла в пучине.»

О «древнеполитическом» Китеже писал Мельников-Печерский:

«...А поблизости Керженца, недалёко от Ветлуги-реки, есть такое место, где во времена стародавние бывали великие народные сходбища. сходился туда народ справлять великие празднества Светлому Яру. На обширной, плоской, безлесной равнине возвышается раздвоенный холм, поросший столетними дубами. Двумя мысами вдается он в обширное глубокое озеро. Воды озера никогда не мутятся; что ни бросишь в них, не принимают, на другой же день брошенное волной на берег выкинет. И то озеро по имени старорусского бога Светлым Яром зовется. В старину на холмах у Светлого Яра на день Аграфены-купальницы языческие требища справлялись, и на тех холмах стоял когда-то град Китеж. И поныне, сказывают, стоит тот град, но видим бывает только очам праведников. Не стало языческих требищ, град Китеж сокрылся, а на холмах Светлого Яра по-прежнему великие сходбища народа бывали. Собирались сюда русские люди старые свои праздники праздновать, чествовать светлого бога Ярилу. В «Навий день», на Радуницу, справляли здесь «оклички» покойников; здесь водили ночные хороводы Красной Горки; здесь величали Микулу Селяниновича, а на другой день его праздника справляли именины Сырой Земли и водили хороводы Зилотовы; здесь в светлых струях Светлого Яра крестили кукушек, кумились, завивали семицкие венки; здесь справлялись Зеленые Святки и с торжеством зажигались купальские костры в честь отходящего от земли бога жизни и света, великого Яра.

Поревновали скитские старцы и келейные матери. «К чему, — заговорили они, — сии нощные плещевания, чего ради крещеный народ бесится, в бубны и сопели тешит диавола, сквернит Господни праздники струнным гудением, бесовскими песнями, долоней плесканием, иродиадиным плясанием?.. Зачем нате сатанинские сходбища жены и девы приходят?.. Зачем в их бесстыдных плясках главами кивание, хребтами вихляние, ногами скакание и топтание, устами неприязнен клич и скверные песни?.. На тех бесовских сходбищах мужам и отрокам шатание, женам и девам падение!.. Не подобает тако творити!.. Богу противно, святыми отцами проклято!..»

И огласили Светлый Яр и холмы над ним «святыми местами». Тут, сказали они, стоит невидимый град Божиих святых, град Великий Китеж. Но не можем мы, грешные, зреть красоты его, понеже сквернится место делами бесовскими.

И стали боголюбивые старцы и пречестные матери во дни, старым празднествам уреченные, являться на Светлый Яр с книгами, с крестами, с иконами. Стали на берегах озера читать псалтырь и петь каноны, составили Китежский «Летописец» и стали читать его народу, приходившему справлять Ярилины праздники. И на тех келейных сходбищах иные огни затеплились — в ночь на день Аграфены-купальницы стали подвешивать к дубам лампады, лепить восковые свечи, по сучьям иконы развешивать.

Поклонники бога Ярилы с поборниками келейных отцов, матерей иногда вступали в рукопашную, и тогда у озера бывали бои смертные, кровопролитье великое. Но старцы и старицы не унывали, с каждым годом их поборников становилось больше, а Ярилиных меньше. И по времени шумные празднества веселого Яра уступили место молчаливым сходбищам на поклонение невидимому граду».