обрывается на самом интересном месте. Подпись под фото никак не ассоциируется с дерзкой улыбкой: «Сладких, пупс. Увидимся завтра».
Я фыркаю себе под нос. Пупс?
Боже, Трейс.
– Ты серьезно, Лайлз? Ты собираешься там ночевать?
Оторвав взгляд от телефона, я смотрю, как мой бывший сосед по комнате – Джастин Хенсли тяжело вздыхает, засовывая телефон в карман джинсов.
– Проблемы в раю, солнышко? – игриво интересуюсь я.
Джастин находит меня взглядом и закатывает глаза.
– Отвали, Арчер.
Я смеюсь, поднимаясь с дивана. Уже около часа я сижу в комнате отдыха и просто пялюсь в телефон. Еще есть время до того, как выключат свет в этой комнате, и все здесь. Обычно после так называемого «отбоя» никто не спит. Ученики расхаживают по комнатам друг к другу, убивая время. Ну или смываются в город. Даже несмотря на то, что многим старшеклассникам есть восемнадцать, правила остаются неизменными. Но открою небольшую тайну. Это всего лишь видимость. У нас есть свои поблажки, и взаперти здесь никто не сидит.
– Сыграть с тобой? – предлагаю Джастину, подойдя к настольному хоккею, возле которого он стоит.
Джастин скептически выгибает бровь, но кивает.
– Давай.
Следующие несколько минут мы с криками и шумом гоняем по доске пластмассовую шайбу. Огромная комната отдыха заполнилась еще большим количеством учеников. Кто-то негромко включил музыку.
По большей части мне нравится жить в резиденции. Здесь есть все что мне нужно. Почти. Тренажерный зал, бассейн, арена, кровать, еда, тепло, друзья. Трейс не здесь, но в нескольких минутах.
Но я понимаю, что скоро все это закончится. Старшая школа не вечна, и ответы из колледжа уже приходят.
– Серьезно? – Я смотрю на очередную загнанную мини-шайбу в свои мини-ворота.
Джастин невинно пожимает плечами.
– Ловкость рук.
Я смеюсь.
– Ага, конечно.
– Странно, да? – иронично произносит Джастин. – Ты играешь в настоящий хоккей, но с треском проигрываешь в настольный.
И правда странно.
Но я лишь отмахиваюсь, позволяя Джастину в полной мере поглумиться надо мной.
Общая комната отдыха довольно большая. Она вмещает несколько диванов, стоящих посередине напротив большого плазменного телевизора. По периметру стоят кресла-мешки, которые постоянно заняты. Настольный теннис, хоккей, футбол. Книжная полка. Да, серьезно. Пусть она и пылится. Не понимаю, зачем она здесь, ведь есть библиотека.
Здание пансиона самое старое в городе, и насколько я помню оно служило жилым домом какой-то ужасно богатой семье, которая была сослана в эти края за инцидент с королевской семьей.
Сейчас это жилая резиденция учеников Эшборо Флэйм и, хотя она и отреставрирована и забита современным оборудованием и техникой, проблески прошлого века можно увидеть почти на каждом шагу. Винтовые лестницы между этажами, витражи на окнах в столовой, старые ковры в библиотеке и в комнатах для самоподготовки, просторный роскошный холл с огромной люстрой и камином. В прошлом году в общей комнате стояла классическая мебель, но ее заменили на более современную, так как ученики не слишком заинтересованы в ее сохранении. Думаю, последней каплей стало то, что на одном из таких изящных диванов застукали Кэрри Вудвил и Зеда Уайта прошлой весной. Они совершенно не заботились о богатой обшивке мебели, когда занимались на диване сексом. Когда об этом узнал директор Барнс, его лицо слилось с цветом твидового бордового пиджака, который он слишком часто носит.
Махнув Джастину, я прохожу мимо группки учеников из Китая, болтающих между собой на родном языке. Позади них, на одном из диванов сидят парни из моей команды.
– О чем трещите, дамы? – Я плюхаюсь на свободное место рядом с ними.
– Лично я занят другим, – ухмыляется Дэйн Майклс, почесывая челюсть.
Его мачо-поза с широко расставленными ногами говорит о том, что парень вышел на охоту. Он младше на год, так что, когда мы окончим школу, у команды по-прежнему будут все шансы выиграть кубок.
Я смотрю в ту сторону, куда пялятся парни.
Вокруг кресла-мешка собралась стайка девчонок. Они все смотрят на экран одного телефона и громко смеются. Сложно не выделить среди них Ив Мюррей. Ее волосы с недавнего времени превратились в афрокосички. Она периодически бросает взгляды на наш диван и замечая к себе внимание, улыбается.
– Она мне нравилась с обычными волосами, – лениво тянет Пол. – А эти штуки на ее зубах очень даже ничего.
Он сидит на полу, склонив голову между согнутыми коленями, и что-то печатает в телефоне.
– А мне интересно, каково это, когда она встанет на колени и вместо волос придется хватать эти… поводья? – смеется Джейми – парень из команды по лакроссу.
Дэйн бросает на него пренебрежительный взгляд.
– Даже не думай об этом.
– О-о. – Улыбка Джейми становится шире, и он треплет за волосы Дэйна. – Да ты влюбился. Вперед, парень. Я хочу видеть это.
Дэйн отмахивается и расправляет борозду растрепанных светлых волос, которую оставила рука Джейми.
– Я не собираюсь делать из этого представление.
Джейми фыркает.
– Ты жалок, бро.
– Отвали, – бросает Дэйн, и его взгляд снова сосредотачивается на Ив.
Я никак не реагирую на эту перепалку. На мой телефон наконец-то приходит сообщение.
ТРЕЙСИ: Мне нужно выспаться. Не мучай меня.
Я: Ты не серьезно. Это ты меня мучаешь.
Надеюсь, она поймет, что я имею в виду только конкретную ситуацию.
ТРЕЙСИ: На мне твоя футболка и больше ничего. Абсолютно. Теперь доволен?}
Доволен ли я? Как сказать.
Я ерзаю на диване, прежде чем ответить.
Я: Более чем. Вот теперь можешь сделать свое эссе и лечь спать.
ТРЕЙСИ: Спасибо!
Саркастичный смайлик рядом со словом вызывает у меня смешок. Засунув телефон в карман спортивных штанов, я выплываю из мира фантазий о Трейси в моей футболке.
Парни все еще болтают между собой, и Джейми до сих пор стебается над Дэйном. Черт, он серьезно?
