за край листа. Юноша продолжал пристально смотреть на записи. Вдруг он задрожал.
Последняя запись:
Тринадцатое мая —
прыгнул в реку Паньхэ.
Слова перед глазами искажались и закручивались в спираль.
Юноша, продолжая дрожать, свернулся клубком на полу, посреди комнаты.
1
В своем кабинете Чэн Ю, психотерапевт школы Наньшаня, неторопливо поднес к губам чашку чая, которую ему принесла его ассистентка Лин. Девушке очень нравилась ее новая работа: она помогала собирать информацию, вести записи, встречать учеников.
– У нас редко выдается свободная минутка. Спасибо за чай, он невероятно вкусный, – с улыбкой произнес молодой человек.
– Я пришла сюда не для того, чтобы заваривать чай, а чтобы стать лучшим психотерапевтом в стране, – проворчала Лин, убираясь в кабинете.
Кто-то робко открыл входную дверь.
Невысокий бледный юноша в очках с черной оправой вошел в кабинет.
Он посмотрел на Лин и ничего не сказал. Но девушка обо всем догадалась сама, поэтому отложила тряпку и обернулась к Чэн Ю:
– Я выйду ненадолго.
Психотерапевт кивнул и сосредоточил все внимание на юноше перед собой. Тот пристально смотрел на Чэн Ю и молчал, словно проверяя, заслуживает ли специалист доверия.
– Не мог бы ты для начала представиться? – психотерапевт сделал еще один глоток чая.
– Чэнь Суй, Эр Дунчень, как вам больше нравится, – боязливо ответил юноша.
Среди пациентов часто встречались люди, старавшиеся скрыть свои настоящие имена. Чэн Ю внимательно посмотрел на настороженного ученика.
Состояние повышенной готовности к бегству. Гипертрофированная нужда в самозащите.
Психотерапевт указал на кресло перед столом и произнес:
– Прошу, присаживайся.
Юноша нерешительно сел, и Чэн Ю заметил, что он крепко сжимает в руках потрепанный черный блокнот.
– Когда я был маленьким, у меня тоже был блокнот. Я записывал в него все свои секреты. Но потом он потерялся. Как жаль, – сказал молодой человек.
– Я тоже храню большой секрет. И мне слишком тяжело нести это бремя в одиночку, – прошептал школьник.
– Тайны давят на наши плечи, словно настоящие горы – такие же необъятные и тяжелые, – откликнулся Чэн Ю.
– Но моя тайна неизбежно приведет к трагическому концу, – сказал юноша.
– Расскажешь, почему ты так считаешь? – Чэн Ю приготовился внимательно слушать.
– Все мои действия предсказываются. Что будет сегодня, завтра. Это пророчества. И они настолько точные, что это ужасает, – школьник передернул плечами и открыл черный блокнот.
2
Второе апреля – растянул связки.
Девятое апреля – забыл место проведения экзамена.
Пятое мая – опоздал на школьный автобус…
Описывались довольно обычные события. Мальчик быстро взглянул на Чэн Ю, а затем снова прижал блокнот к груди.
– Ты правда опоздал на автобус? Твои друзья, должно быть, подумали, что ты сегодня чувствуешь себя не очень хорошо, – сказал психотерапевт.
– Мои друзья все в интернете, а в общежитии – всего лишь одноклассники, – тихо ответил юноша.
– Ты каждый день записываешь то, что с тобой происходит? – спросил Чэн Ю.
– Это было написано до того, как произошло, – подчеркнул Чэнь Суй. – Это предсказания. Господин Чэн, вы верите в пророчества?
– Пророчества? Ну если мне кто-нибудь расскажет о том, что случится в будущем, какова моя судьба, я, конечно, заинтересуюсь, но вот поверю этому или нет – другой вопрос.
– Почему не поверите? Эти пророчества – магия, понимаете? Они предсказывают каждый мой шаг! Я чувствую, как вся моя жизнь управляется этими пророчествами. Понимаете, как это ужасно?
Защитные механизмы мальчика явно активизировались, и Чэн Ю почувствовал, как гнев школьника, будто волна, захлестывает всю комнату.
Юноша явно подавлял эмоции, в том числе и гнев, в течение долгого времени. По опыту Чэн Ю, ярость у привыкших уступать возникала мгновенно.
Психотерапевт, улыбаясь, развел руками. Он чувствовал гнев школьника, но не обжигался о его бурные эмоции. Чем больше пациентов встречал Чэн Ю, тем менее становился подверженным их эмоциям. Требовалось всего лишь немного терпения и спокойствия.
– Назначь встречу, и мы подробно поговорим об этом, когда ты захочешь.
Чэн Ю протянул ученику визитную карточку с номером своего телефона. Он только недавно попросил Лин придумать дизайн. На визитке в качестве опознавательного знака протянулось изображение ветки дерева бодхи3. Мальчик даже не удосужился взглянуть на нее, сердито выхватил карточку и выбежал из кабинета.
– Какой грубый! – в комнату, нахмурившись от возмущения, вошла Лин. – Я президент школьного совета, но никогда этого парня не встречала, – Лин покачала головой.
– Его руки выдают человека, часто сидящего за компьютером. На подоле футболки есть очень маленький логотип SNN – аббревиатуры китайских соревнований по киберспорту. У него слабо развиты навыки реального межличностного общения. Мало друзей. Поэтому я думаю, что он, скорее всего, фанат игр. Конечно, я не могу представить, какой он в виртуальной жизни, потому что она часто очень сильно отличается от реальности, – произнес Чэн Ю. – Это нормально, что ты его не знаешь. А вот мне точно нужно узнать о нем побольше. Его состояние тревожит меня, – продолжил психотерапевт, скрестив руки на груди.
3
Кто сделал записи в блокноте Чэнь Суя? Эти небрежные и неаккуратные записи. Вот что интересовало Чэн Ю.
Мальчики не часто собираются компаниями, они не такие сплоченные, как девочки. Чэн Ю стоял на крыше школьного здания, рассматривая группы парней во дворе. Когда-то он тоже был одним из них, тоже переживал подобные времена: буря ощущений и эмоций, юность и при этом постоянные проблемы.
Чэн Ю выяснил, что юноша не солгал, его и правда звали Чэнь Суй. Он учился в одиннадцатом классе и был аутсайдером: несмотря ни на что, не общался с одноклассниками, не участвовал в культурных мероприятиях, плохо учился.
Классный руководитель сказал, что никогда не видел, чтобы родители юноши посещали собрания. На них всегда приходил его старший брат. Внешне брат очень отличался от Чэнь Суя. Юноша лет двадцати, он выглядел невероятно привлекательно. Окончил престижный университет и работал менеджером в банке. Стиль и подход к жизни у Чэнь Суя были совершенно иными.
– Он очень умен, но не прилагает никаких усилий в учебе. Слишком одержим играми. В каких там еще национальных соревнованиях он собирается участвовать? В чем ценность этих игр? Даже несмотря на применяемую какую-то там технику, это все-таки всего лишь игры! – пренебрежительно сказал классный руководитель.
Чэн Ю задумался: «Его брат примерно моего возраста». Внезапно, почувствовав дрожь во всем теле, психотерапевт осознал причины гнева Чэнь Суя. Интуиция подсказала как действовать дальше, и в его голове появилась идея: Чэнь Суй, возможно, откроется, если будет общаться не с самим Чэн Ю, так напоминающим его брата, а с кем-то другим.
В течение недели после разговора с Чэнь Суем Чэн Ю ждал звонка или повторного визита юноши. И
