вот как они это делали. Должно быть, Король использовал какую-то темную магию, чтобы скрыть транспортные средства, пропустить их сквозь магические барьеры, словно они были просто дымом.
Я поднялся со своего кресла, едва не сбив его на пол, когда Роза с надеждой улыбнулась.
— Я могу показать тебе, где это? — предложила она, и я проверил время. Было восемь тридцать. Мы должны были добраться туда быстро.
— Нам лучше поторопиться, — я кивнул.
— Тебе нужна стая, — сказал дядя Филипп. — Я могу возглавить ее.
— Нет, дядя, — твердо сказал я. — Это должно быть тайно, — И у меня есть друзья, которые присоединятся ко мне. Но я не стал делиться этим со своей семьей, они бы только обиделись. — Я позвоню тебе, если ты мне понадобишься.
Несколько жалобных воплей раздалось, когда я кивнул маме и вышел из комнаты, а Роза помчалась за мной.
Я добежал до холла, натягивая кожаную куртку, пока мама бежала за нами трусцой. — На пару слов, Dolce Drago, — попросила она, ее глаза были полны беспокойства.
— Мне нужно идти, мама, — сказал я с тревогой, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в щеку, но она поймала мою руку, одарив меня твердым взглядом, который сказал мне, что она не собирается никуда меня отпускать, пока не скажет то, что ей нужно сказать. — В чем дело?
Мама бросила взгляд на Розу, пока она натягивала кроссовки.
— Я подожду снаружи, — сказала моя кузина, уловив намек, и выскользнула через парадную дверь.
Мама опустила вокруг нас заглушающий пузырь, и я с замиранием сердца смотрел в ее глаза с серебряными кольцами.
— До сих пор я держала язык за зубами, но я должна это сказать, — она откинула плечи назад, и хотя она была маленькой, в ней всегда чувствовалась сила. — Мне нравится Элис, mio figlio4, нравится. Но весь клан Оскура охотится за этой девушкой, как будто она твоя половинка.
Я покачал головой, на языке вертелись слова, чтобы объяснить, как можно выпутаться из этой ситуации, но мама не дала мне их произнести, продолжая. — Я знаю, что ты любишь ее. Я вижу это в твоих глазах, в том, как ты ищешь ее, как ты не отдыхаешь, не спишь, как ты убегаешь каждую ночь со своим amico Леоном Найтом. Но он ее звездный избранник, Dolce Drago, я не могу видеть, как твое сердце разбивается из-за девушки, которая не принадлежит тебе.
Мое горло сжалось, налилось свинцом, когда я смотрел на искреннюю любовь в ее глазах, ее потребность защитить мое сердце пылала в ее глазах. Она протянула руку, чтобы прикоснуться к моей щеке. — Но я также чувствую, что здесь есть нечто большее, потому что я видела вас троих вместе в этом доме. Сын не может скрыть правду от своей мамы, а глаза девушки раскрывают ее душу. Так ответь мне, Dolce Drago, почему девушка, нашедшая свою Элизианскую Пару, смотрит на моего сына так, словно он стоит в центре ее мира вместе с ее Leone5?
Я долго не мог перевести дыхание, глядя на маму и зная, что она не заслуживает лжи.
Она поддержит меня, что бы я ни сказал в этот момент, каким бы противоречивым ни был мой ответ. Оборотни не были чужды полиаморным отношениям. Но Драконы, конечно, были. Хотя я не был обычным Драконом.
— Все так, как ты видишь, мама, — признался я на вдохе, отводя ее руку от моей щеки и сжимая ее в своих пальцах. — Я люблю ее. Она моя una vera stella6, и они оба с Леоном знают об этом. У нас… договоренность.
Она медленно кивнула, и слезы наполнили ее глаза, заставив меня испугаться, что она не сможет принять это. И я осознал, что эти страхи жили во мне уже долгое время. Мама всегда говорила о том, что я найду своего Идола — свою спутницу-Дракона — или, возможно, свою собственную Элизианскую Пару. Она представляла меня с одной девушкой и ни с кем другим. С кем-то, кто удовлетворит мою собственническую потребность требовать от одного фейри, чтобы она стала моей собственной. Но я жил рядом со многими Волками, которые жили в стаях со своими любовниками, я просто никогда не представлял, что окажусь в отношениях с девушкой, которая любит трех других мужчин.
— Это неслыханно для Элизианской Пары, — вздохнула она. — Мы с твоим отцом и представить себе не могли, что захотим кого-то еще.
— Я знаю, что это странно, но это работает, — твердо сказал я. Хотя в глубине души я понимал, что Элис никогда не захочет меня так сильно, как хотела Леона, но это было нормально. Потому что она может получить любую часть меня, какую пожелает, и я буду рядом с ней, насколько это будет возможным. — Я счастлив с ними, мама, — пообещал я, желая избавиться от страха в ее глазах. — Правда.
— О, Данте, — вздохнула она, и ее лицо расплылось в широкой улыбке. — Тогда я так рада за тебя. Леон для меня уже как сын, а когда вы все поженитесь, он станет частью нашей семьи наряду с Элис, и тогда…
— Хватит, — остановил я ее, качая головой. — Давай не будем забегать вперед. Сначала мне нужно найти ее, — И рассказать тебе о Габриэле и этой чертовой змее. Dalle stelle, она вряд ли собиралась принять Райдера Дракониса в семью. Да и хрен бы с ним.
— Тогда иди, Dolce Drago, — она подтолкнула меня к двери и растворила вокруг нас пузырь тишины. — Верни ее домой.
Мое сердце сжалось при этих словах. Мысль о том, что у Элис будет здесь дом, что она действительно станет частью моей семьи, заставила меня тосковать по такой жизни. Я бы отдал за нее все. Все, что угодно.
Я вышел за дверь, глубоко вдохнув ночной воздух, когда Роза с надеждой посмотрела на меня и спрыгнула со ступенек крыльца.
— Готов? — спросила она.
— Да, хочешь полетать сегодня, piccola alfa7?
Ее глаза засветились, и она взволнованно кивнула. — Да, черт возьми.
Я стянул с себя одежду, бросил ей и бегом спустился с крыльца. Я прыгнул вперед, позволяя огромному зверю внутри меня вырваться из моей плоти и с ревом приземлиться на пыльную землю.
Электричество затрещало по позвоночнику, и я позволил себе искупаться в нем на мгновение, прежде чем укротить его, чтобы оно не навредило Розе. Я опустил крыло, чтобы она могла забраться на него, и она пристроилась у меня за лопатками, а я расправил крылья и взлетел в небо. Надежда на то, что
