мне нужно повысить ставки и сменить тактику.
Наталья не замечает меня, когда я вхожу в класс, слишком занятая разговором с Евой. Я сажусь прямо за ними, а не на свое обычное место сзади. Ник выглядит растерянным, но садится рядом, а Роза занимает место рядом с ним.
— Что за перемена места?
Я киваю в сторону двух девушек, сидящих перед нами.
Он качает головой.
— В этом году ты как никогда безумен с Гурин. Что все это значит?
— Это наш последний год, поэтому я должен сделать его незабываемым.
Я подмигиваю, что заставляет его рассмеяться.
Фирменный стук линейки Ниткина о деревянную парту эхом разносится по классу, привлекая внимание всех присутствующих.
— Страница семьдесят пять, — приказывает он.
Я ворчу, перелистывая страницу и наблюдая за девушкой передо мной. Как она смеет вести себя так, будто у меня нет власти над ней в присутствии новой подруги? Ей следовало бы отчитать Еву за ее чушь, но вместо этого она последовала за ней, как потерянный щенок.
Я взвешиваю ластик в руке и подталкиваю Ника локтем, ухмыляясь, когда прицеливаюсь и бросаю его прямо в Наталью. Он попадает ей в затылок.
— Ой, — говорит она, прикладывая руку к месту удара, и поворачивается, чтобы посмотреть на меня своими огненно-карими глазами.
Я стискиваю зубы, так как этот взгляд вызывает в голове только образ её, стоящей на коленях. Образ, который я никак не могу стереть из памяти, потому что это было так чертовски сексуально, даже если я ненавижу ее.
— На что ты смотришь, Гурин? Я горяч, но нет необходимости пялиться.
Огонь в ее глазах усиливается, а загорелые щеки приобретают розоватый оттенок, когда ее переполняет гнев. Я благодарен, что она так злится из-за меня, потому что мне нравится проникать ей под кожу. Она качает головой.
— Тогда, возможно, тебе стоит пойти нахуй.
Этот комментарий одновременно шокирует и злит меня, я смотрю на нее, задаваясь вопросом, не забыла ли она о том, что я имею против нее. Наталья поворачивается обратно к классу, когда Ева подталкивает ее локтем и что-то шепчет.
Я уже собираюсь возразить и сказать, что ей нужно помнить свое место, когда замечаю, что Ниткин смотрит прямо на них. Он хлопает ладонью по столу, заставляя их обеих подпрыгнуть.
— Вы двое уже знаете все, что вам нужно знать о печени? — Спрашивает он.
Ник наклоняется ко мне.
— Ты же не позволишь ей так с тобой разговаривать?
Я смотрю на него.
— А ты как, блядь, думаешь? — Он даже не должен был спрашивать, черт возьми. — Разве я когда-нибудь позволял Гурин выйти сухой из воды?
Я чувствую, как у меня болит челюсть, так сильно сжимаю зубы.
— Верно, но тебе, блядь, лучше заставить ее заплатить. Наталья явно наглеет, потому что Ева дала тебе отпор.
Я сжимаю кулаки на столе, пристально глядя ей в затылок. Ник знает, как разозлить меня еще больше. Наталья пожалеет, что даже посмотрела на меня не так, не говоря уже о том, что сказала, когда я закончу с ней.
— Я заставлю ее заплатить, когда она меньше всего этого ожидает, — говорю сквозь стиснутые зубы, наблюдая, как Ниткин поджаривает их. — Если бы мы не были на уроке профессора Ниткина, она бы поплатилась прямо сейчас.
Ник хлопает меня по спине.
— Вот это настрой.
Роза закатывает глаза.
— Вы двое иногда бываете такими варварами. Это был просто комментарий.
Я смотрю на нее.
— Просто комментарий? И ты думаешь, что такие девушки, как она, могут говорить мне подобные вещи?
Роза слегка бледнеет, понимая, что на нее обрушивается основной удар моего гнева.
— Нет, конечно, нет, — говорит она, склоняя голову.
От удара линейки профессора Ниткина о стол у нас выпрямляются спины.
— Моралес и Кабельо, заткнитесь. Следующий человек, которого я поймаю болтающим на этом занятии, будет закован в кандалы и спущен в подвал.
Я тяжело сглатываю и киваю в знак извинения.
— Простите, сэр, — говорим мы в унисон.
Я замолкаю, впиваясь взглядом в затылок Натальи, пока мой мозг работает на полную мощность, разрабатывая план мести за её комментарий.
Она пожалеет, что выступила против меня, когда я закончу с ней, гарантирую это. Я заставлю её заплатить за неуважение ко мне.
Глава 8
Наталья
Во мне всё сжимается, когда я иду через темный и жуткий двор, чувствуя, что кто-то наблюдает за мной. С тех пор как дала отпор Элиасу, я нахожусь в напряжении, потому что он никогда не позволит мне уйти от ответа. Это было глупо, я увлеклась моментом, ободренная уверенностью Евы, и бросила ему вызов. Я пожалела об этом сразу же, как только слова слетели с моих губ.
Библиотека находится в дальнем конце двора, а мне нужно взять книгу для задания на урок права с директором Бирном. Уже поздно, и я жалею, что не пошла до ужина. Оказавшись в двух шагах от входной двери библиотеки, я оглядываюсь через плечо, чтобы убедиться, что у меня просто паранойя. Осмотрев двор, я никого не вижу, поэтому продолжаю путь и вхожу в старое здание.
Миссис Кендалл, пожилая библиотекарша, как обычно, крепко спит за своим столом, когда я прохожу мимо в огромную старинную комнату, заставленную сотнями книжных шкафов. Юридические книги хранятся на антресолях второго этажа, — это, пожалуй, самое темное и жуткое место здесь.
Как только оказываюсь наверху лестницы, я опускаю взгляд на листок бумаги с названием книги.
Легендарные убийцы и их падение.
Все полки расставлены в алфавитном порядке, так что я быстро нахожу «Л», а затем просматриваю множество книг в поисках той, которая мне нужна. То же самое жуткое ощущение, что за мной наблюдают, охватывает меня, когда я смотрю вниз, на уровень первого этажа, в сторону двери, задаваясь вопросом, не слышала ли я, как кто-то вошел.
— Что ты ищешь?
Голос прорезает тишину и леденит кровь в моих венах. Я тяжело сглатываю и оборачиваюсь, чтобы посмотреть в пронзительные голубые глаза своего мучителя. Сердце беспорядочно колотится о грудную клетку, пока я пытаюсь подобрать слова, чтобы заговорить, но прямо сейчас я слишком напугана.
— Кошка проглотила твой язык? — спрашивает он, прислонившись к книжной полке с дерзкой ухмылкой на лице.
Я качаю головой.
— Почему ты здесь?
Он двигается как гадюка, стремительно подаваясь вперед и хватая меня за горло так быстро, что я не успеваю среагировать.
— Ты знаешь почему, Гурин, — рычит он, его опьяняющий аромат проникает в мои чувства как только он оказывается так близко. — То, как ты разговаривала со мной на
