Вот Дима с Авторитетом. Лицо у Авторитета такое, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Хозяин одного из расплодившихся в то время клубов. Бизнес доходный: златая цепь на нём, пожалуй, что и на килограмм потянет. Череп гладко выбрит, что при габаритах обладателя создаёт довольно жутковатое впечатление. А рядом — жена Авторитета; естественно, красавица. Взгляд у неё на фотографии определённо скучающий. Оба — довольно сложные в общении люди. Но я рада, что эта фотография сохранилась, потому что вспомнить об этой паре мне и самой интересно.
При встрече Авторитет обычно пожимал Диме руку своей «нашпигованной» перстнями клешнёй, а у меня интересовался, как дела. На его вопрос я откровенно рассказывала, как же у меня дела, пока наконец не поняла, что ему, да и всем остальным этим людям на самом деле совершенно наплевать, что там у кого-то происходит. Это просто язык такой. Русско-английский. How do you do? — Всё ok! И абсолютно невозможно разговаривать с ними на таком языке, на котором привык говорить с детства.
Его жена — особа ещё более тяжелая в общении, чем её спутник. В начале нашего знакомства она умела только ей свойственным образом не замечать меня так, что при этом создавалось реальное ощущение, будто она всё-таки что-то сказала. Естественно, нелицеприятное. Рядом с ней всегда как-то особенно чувствовалось, что костюм на тебе не от кутюр, кожа с порами и парфюмерия, хоть и французская, но не из самого Парижа.
Позднее эта девушка, совершенная с эстетической точки зрения и сомнительная с моральной, неожиданно примкнула к рядам Диминых поклонниц. Имея такого замечательного во всех отношениях мужа, она вбила себе в голову, что ей позарез необходимо оказаться с Димой в постели. Я, конечно, понимаю, что сидеть одной без работы и развлекаться исключительно поездками по магазинам занятие довольно утомительное. Но всё-таки при живом-то супруге я бы на её месте побоялась.
Она — нет. Не боялась ни мужа своего, ни меня, и сам чёрт был ей не брат. Гордо подъезжала она на своей шикарной бронированной машине к подъезду нашего дома, влетала на цыплячьих ногах в квартиру и махала у меня перед носом расправленной веером пачкой ослепительно зелёных денег.
— Что, мало? — кричала мне в лицо. — Ты просто скажи — сколько. Я достану. Деньги — не проблема.
Здесь она копировала мимику, интонацию и жесты своего благоверного, и её пальчики с ноготками сантиметров по десять-пятнадцать очень смешно топорщились. В ответ я швыряла в пол очередную тарелку и пыталась объяснить неразумной, что этот вопрос не обсуждается.
Дима долго посмеивался над этой дурочкой, иногда в шутку предлагая согласиться на её предложение и купить на эти деньги что-нибудь стоящее. Похоже, ему льстило, что какая-то малявка согласна отдать любые деньги за ночь, проведённую с ним. Но скоро стало не до смеха.
После очередного «сходняка» добрые люди предупредили Диму, что Авторитет за что-то на него сердит и всерьёз обсуждал вопрос, чтобы «вырезать Нагиеву печень». Дима обещал мне с этим разобраться и срочно вывез нас с Кириллом на дачу.
Кстати, я до сих пор не уверена, не была ли это просто «легенда», чтобы встретиться с какой-нибудь очередной пассией.
* * *
Этот альбом — память о бесконечных Диминых поездках. Гастролировал Дима много: Калининград, Челябинск, Краснодар… В Краснодар мы ездили вместе на открытие шикарного ночного клуба с казино, танцполом и парочкой ресторанов — отреставрированного ДК, с того дня ставшего приютом для местных проституток и наркоманов.
Насколько мне известна предыстория, казино принадлежало члену краснодарского Законодательного собрания, а потому кроме меня и Димы на открытии присутствовал Сам и две приглашенные группировки: крыша Самого и ребята, что-то в этом казино контролировавшие на партнёрских началах.
Мы стояли за кулисами в ожидании, так как авторитеты затягивали с решением проблемы, кому и куда садиться. Из зала слышались выкрики:
— Да кто ты такой?
— Ну чего ты лезешь? Сядь на место! На место, я сказал!
В общем, кое-как своих «быков» успокоили, рассадили: авторитеты — в центре зала, охрана — по бокам и вперемешку.
Дима вышел на сцену. Тогда стали раздаваться новые крики с характерными акцентом и интонациями, общий смысл которых сводился к следующему:
— Кончай трендеть, пусть лабухи сбацают!
Тут из-за стола встаёт «папик» и говорит:
— Так, тихо все!
А потом нежно:
— Димуля, продолжай.
И все заткнулись.
Но пиликанье пейджеров раздражало и сбивало с рабочего ритма, настроение было испорчено, работать не хотелось уже ни за какие деньги.
За происходящим наблюдал охраняющий порядок ОМОН. В какой-то момент командир отряда, как злая фея, которую забыли пригласить на праздник, предложил Нагиеву:
— Слушай, надоели тебе, наверное, эти? Хочешь, освободят помещение?
Дима спорить не стал:
— Ты тут главный, ты и решай.
Буквально через три минуты на месте бандитов сидел ОМОН — видимо, те же бандиты, но с «ксивами».
Но, как ни странно, повседневные тяготы жизни помогали перенести те самые «малиновые пиджаки», о которых вовсю травились байки и анекдоты. Не спорю, люди они действительно странные, но всё же и среди них встречались искренне влюблённые в наши эфиры, спонсировавшие конкурсы, верившие в нас и помогавшие в становлении.
Так как радио «Модерн» вещало на волне, которую ловили приёмники в автомобилях, то среди наших поклонников были в основном люди на машинах (в то время в большинстве своём именно «новые русские»). И даже одно то, что они подбрасывали нас, безлошадных, до места работы или, наоборот, до дома — одновременно и помощь, и приключение.
Никогда не забуду одного человека — владельца нескольких магазинов. Абсолютно нереальный персонаж: чёрный, мрачный — именно так я представляю себе дьявола.
Он был спонсором всех Диминых начинаний, владельцем призов для многих Диминых викторин. Но помогал нам, насколько я могу судить, не ради денег, доброго имени или привлечения покупателей, а так — из любви к искусству.
Кроме того, он ещё и просто помогал нашей семье всем, чем мог: нужными вещами, советами, связями… Когда мы попали на своей машине в аварию, спасать нас приехал именно этот Мефистофель. А ещё — он нас стриг, так как по первородной профессии был обычным парикмахером. И выходило, нужно заметить, у него потрясающе — как в лучшем салоне города. Причём бесплатно.
Потом он, правда, исчез с нашего горизонта — говорят, ушел в религию.
* * *
Раз уж речь зашла о поклонницах, то нельзя не вспомнить всех тех, кто, никоим образом не соприкасаясь с миром, описываемым выше, тоже был рядом с нами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
