– …Почему? Как? Разве ты не намереваешься пойти работать?
– Если ты спрашиваешь меня, действительно ли я хочу начать работать, я не могу определённо ответить «Да». Возможно, Одинокая Леди понимает это, потому и говорила мне все эти вещи. Но я действительно в такой ситуации, что у меня нет иного выбора, кроме как пойти работать. Это и должен быть «правильный ответ», разве нет? Это и должно быть моё «решение», правда?
Теперь, когда Рюдзи излагал свои аргументы вслух, он понял, что это было донельзя безответственное решение. Неудивительно, что классная руководительница чувствовала себя неуютно.
Наверно, я приготовился отбиваться от всех словами «У меня не было иного выбора», когда потерплю неудачу в будущем.
«Я думал, что делаю это ради Ясуко, поэтому это правильное решение» – это способ уйти от ответственности.
Похоже, я приготовил себе лазейку для бегства ещё до того, как начал двигаться вперёд. «Ради Ясуко» – конечно, это реальная причина, но проблема в том, что я думаю о «правильном решении», ставя себя в наиболее безопасное положение. Чтобы все, включая меня, думали «Рюдзи Такасу принял правильное решение», «Он хороший парень»… Я использую «правильное решение», которое должно вызвать такие чувства, как прикрытие.
По правде говоря, Рюдзи понял, что лишь потерял мужество… Он потерял мужество прямо взглянуть на огромную дыру в своём сердце. И он потерял мужество признать своё ощущение беспомощности и неспособность двигаться куда бы то ни было.
Конечно, он не верил, что брошенный им мяч куда-либо долетит. Хоть Рюдзи и был таким, но он не стеснялся страха перед последствиями своих действий, когда отказался от своего будущего под холодным зимним небом. Это Рюдзи.
– Ты, должно быть, думаешь, что я совершенно бесполезен, правда? Можешь начать ругать меня, ругать безжалостно, как ты обычно делаешь.
– Ты…
Тайга не стала называть его псом, свиньёй, насекомым или чем-то вроде этого. Она лишь опустила взгляд себе под ноги и тихо сказала…
– Если ты бесполезен, то кто тогда я?…
У Карманного Тигра, не боящегося ничего в мире, сейчас не было стойки, на которую можно усесться, когда она повернулась к окну.
– Ты смотришь вперёд, думаешь, как решать свои проблемы. А я… я даже не могу взглянуть в настоящее.
Тайга попыталась проследить взглядом путь бумажного самолётика. Небо чернело, обволакивая город волнами темноты, словно океанский прибой.
– Я всегда, всегда, всегда отступалась от себя. Я думала, почему я стала такой? Что мне сделать, чтобы измениться?
– Есть только одно решение, – сказала Тайга.
– Если бы мои родители были обычными родителями… если бы они жили вместе как обычная пара, если бы моя семья жила вместе в той квартире, где сейчас живу я, как всё повернулось бы? Что думаешь?
Тайга отвернулась от Рюдзи и продолжила…
– Обычная семья из трёх человек живёт рядом с тобой. Мы стали одноклассниками в апреле, обычным образом. Если бы всё было так, что произошло бы?
Тайга постоянно повторяла слово «обычный», смущая Рюдзи. Он задумался… В апреле он был действительно счастлив потому, что оказался в одном классе с Минори Кусиэдой. Тогда все думали, что он хулиган. А потом он встретился с Тайгой.
– …Наверно, ты так же положила бы любовное письмо в мою сумку.
– Вот как? Может быть, ты и прав.
– И затем ты пришла бы и устроила бы отмщение посреди ночи… Как можно быть такой девушкой? Ох, не обращай внимания. В любом случае ты ворвалась бы в мой дом, мы достигли бы какого-нибудь компромисса, а потом ты бы обычно ушла домой, обычно… верно, если бы ты выросла в обычной семье, ты не стала бы вламываться в мой дом ради мести. И тогда я не смог бы узнать тебя, а ты не смогла бы узнать меня.
И наверно, ты не полюбила бы меня… Конечно, вслух он этого не сказал. Рюдзи подумал это, пытаясь придержать верхнюю панель стойки коленом. Но Тайга…
– …Для меня лучше было бы обычно.
Высказав всё, что хотела сказать, Тайга по-прежнему стояла спиной к Рюдзи.
– О, нашла!
Словно собираясь пошутить, Тайга выкрикнула необычно бодрым голосом.
– Я нашла то, чего хочу! Я хочу обычно влюбиться!
– Ха?…
Бум! Панель едва не выпала из рук Рюдзи.
Рюдзи быстро пихнул её обратно на место, но не мог восстановить своё неровное дыхание. Что она сейчас сказала? Влюбиться? То есть – влюбиться в меня?!
Его мозг не мог устоять под ударом слов Тайги. Рюдзи поднял голову и осторожно посмотрел на Тайгу. Его застывшая шея дрожала от смущения. Тайга, что ты пытаешься сделать? С каким видом ты говоришь мне такие вещи? Но… – Вырасти в очень, очень обычной семье, стать обычным хорошим ребёнком, обычно встретить кого-нибудь, обычно влюбиться, затем обычно… Я хочу влюбиться, как обычный человек! Полюбить кого-то, и чтобы он тоже полюбил меня, и чтобы мы были вместе. Именно так, именно так…
Но Тайга… – …именно так я буду счастлива! Я хочу такие отношения.
Похоже, Тайга не имела в виду кого-то определённого. На её лице застыло выражение муки. Это неправильное выражение, так ведь? Рюдзи не мог не возразить.
Почему у тебя такое выражение на лице, когда ты вместе с Рюдзи Такасу, человеком, которого ты любишь? Плачущий взгляд, слегка приоткрытые губы, болезненное дыхание, сошедшиеся вместе брови?
Почему оно такое? Рюдзи неожиданно понял, что царапает ногтями стойку, издавая отвратительный звук. Он убрал руку со стойки, посмотрел на Тайгу и оцепенел. Рюдзи неожиданно ощутил какое-то скверное предчувствие, словно увидел чёрную тень, вставшую прямо перед ним. Он тут же подумал о причине…
– …Ты же хорошо ладишь со своей матерью?
Будет ли ей снова больно, или она будет одинока?…
– Почему ты спрашиваешь?
Рюдзи неловко взмахнул руками. – Ты что делаешь… – Тайга раздражённо отпихнула его руки. Он не мог дотронуться до неё. Да даже если бы и мог, у него не было на то причины.
Рюдзи хотел лишь узнать правду. Её отец такой человек, и если она говорит, что хорошо уживается с матерью, почему тогда у неё такое выражение на лице?
Как будто у неё никого нет, ещё в большей степени, чем когда мы встретились…
– Мы хорошо уживаемся, действительно хорошо.
– Это правда?
– Мы не живём вместе. Но похоже, что сейчас мы уживаемся лучше, чем ты с Я-тян.
– …Я не ссорюсь с Ясуко.
Тайга подняла брови и сказала, – Это так? Приятно слышать. – И развернулась, собираясь уходить.
– Эй, ты куда? Как насчёт формы?
– Домой. На форму плевать.
Тайга, не оборачиваясь, покинула «комнату для нотаций». Банг! Дверь закрылась с громким стуком, снова оставив Рюдзи позади. Протянутая рука была отвергнута, и он теперь остался один. Ему хотелось вступить на снег, что он видел в своих снах.
Но ему не хватало мужества погнаться за Тайгой.
Хороший ученик Рюдзи должен починить стойку, потом отправиться в учительскую и доложить Одинокой Леди (30), что Тайга уже ушла домой.
Рюдзи вернулся в класс, чтобы собрать вещи и уже с сумкой отправился в учительскую. Формально то, что Тайга ушла домой, было не его делом, но Рюдзи старался следовать вежливым манерам.
– Простите за беспокойство, – сказал Рюдзи и вошёл в учительскую. Поскольку уроки уже давно закончились, все учителя сидели за своими столами, что-то записывая или просто болтая. Звуки разговора, доносящиеся из комнаты для собеседований, были настолько громкими, что их слышал даже Рюдзи, стоящий в дверях.
ЮриКойгакубо сидела с красной ручкой в руках, похоже, проверяла контрольные. Когда Рюдзи хотел обратиться к ней…
– Койгакубо-сэнсэй тоже должна поговорить с ней!
Из комнаты для собеседований высунулся куратор и позвал её первым. Рюдзи отступил на шаг и промолчал.
– Кавасима-сан не хочет меня слушать.
– Разве она недавно уже не отказала вам?
О! Рюдзи непроизвольно распахнул свои демонические глаза, чтобы уничтожить учительскую и устроить революцию в школе! С этого дня учителем буду я! Конечно, такое невозможно.
– Ох…
Рюдзи был удивлён, увидев Ами позади куратора. Заметив его, Ами слегка приоткрыла рот, но обошлась без обычного приветствия «А, не Такасу ли это?».
– Ну и хорошо, я думаю, вы должны уважать мнение Кавасимы-сан… А, Такасу-кун! Где Айсака-сан?
– Э… Ум-м… Убежала.
– Э?! Почему?!
– Даже если вы спрашиваете… Извините, но я пойду домой.
– Учитель, можно я тоже пойду домой? Я иду домой.
– Э-э, вы оба, подождите!
Одинокая классная руководительница взглянула на Рюдзи и Ами, затем уставилась на учителя, который, похоже, хотел что-то сказать Ами, и сказала, не выпуская свою красную ручку…
