– Ты же сказала, чтобы я поступал в университет, вот я и хочу пойти подрабатывать!
Оглядываясь назад, Рюдзи чувствовал, что растратил два последних года жизни, когда он мог бы подрабатывать столь же упорно, как Минори. Тогда он мог бы накопить кое-какие сбережения, и это избавило бы его от этого спора.
– Не беспокойся! Я-тян найдёт способ!
Ясуко, улыбаясь, показала победный знак. В своё время это долго держало Рюдзи в неведении, потому что так говорила взрослая Ясуко. И Рюдзи всегда верил, что она может решить проблему, хотя она и представления не имела, как её решать. Но сейчас Рюдзи Такасу уже семнадцать, скоро будет восемнадцать, и он наконец начал видеть мир таким, каков он есть.
Даже родители могут не всё. Никогда нельзя верить, если они говорят «не беспокойся». В прошлом Ясуко постоянно лгала Рюдзи, говоря ему «Не беспокойся!», «Я-тян твоя мама, просто оставь это на Я-тян», «Пока Я-тян здесь, всё будет хорошо»… И Рюдзи всегда верил, что всё будет в порядке.
«Ты не будешь счастлив меньше, чем дети, у которых есть отец, потому что Я-тян – супер-мама. Всегда юная! Всегда милая! И у Я-тян есть суперсила! Так что если у Рю-тяна будут проблемы, Я-тян сможет решить их немедленно! Даже если произойдёт катастрофа, ничего не случится! Деньги польются потоком. Так что не беспокойся ни о чём, просто оставь всё на Я-тян. Мы будем счастливы все наши жизни»… Найдёт способ? Не думаю.
Рюдзи подумал про себя, Сказка детства в итоге подошла к концу.
– Будет способ! Правда, Я-тян найдёт решение! Так что Рю-тяну не надо беспокоиться о деньгах!
Ясуко невинно улыбалась, яростно кивая, но её ребёнка уже не обманешь.
После того, как Ясуко ушла на работу…
Рюдзи по-прежнему не мог решить, как ему заполнить форму. Помыл посуду, постирал и закончил с домашней работой. Делать было нечего, настроения смотреть телевизор не было, так что он решил немного поучить английский, записывая произношение каждого слова своим чётким и аккуратным почерком. Но начав писать, не мог не остановиться.
Куда я намереваюсь пойти, так усердно занимаясь? Рюдзи не мог понять, ради чего он трудится, и потому не мог себя мотивировать. Задумавшись об этом, он быстро прекратил думать в этом направлении. Один неверный шаг повергнет его в бесконечную бездну неуверенности в себе.
Он выглянул в окно. В спальне Тайги было светло. Сильный свет проникал из-за занавесок, похоже, она включила настольную лампу.
Может, Тайга тоже напряжённо учится за столом… или читает мангу с журналами, или шарится в интернете, жуя лапшу быстрого приготовления.
Рюдзи прикоснулся к холодной раме, концентрируясь на окне напротив, но всё равно не мог проникнуть взглядом по ту сторону занавесок.
Говорить было особо не о чем, вот почему Рюдзи не собирался звать её. Он просто хотел проверить, сможет он увидеть Тайгу или нет.
Если цель Тайги – не показывать свою любовь, тогда она и дальше будет скрывать свои чувства и поворачиваться спиной к Рюдзи. Если это действительно так, Тайга будет уходить всё дальше и дальше от Рюдзи, пока он совсем не потеряет её из вида. Даже если Рюдзи совсем не изменится, Тайга всё равно будет уходить.
Никто, включая Тайгу, не был готов взять на себя ответственность за то, что Рюдзи остановился на своём пути. Никто не был готов дать ему сигнал двигаться вперёд.
– …Этого и следовало ожидать.
Рюдзи устало отложил карандаш.
Глава 3
– Что?
Тайга медленно моргнула дважды, прежде чем выдавить ответ.
– В кондитерскую? Я-тян?
Рюдзи кивнул.
– С понедельника по пятницу, с десяти утра до четырёх вечера, девятьсот иен в час.
– Но ведь Я-тян обычно спит до полудня? А домой приходит в четыре, пять утра, и…
– Я пытался остановить её, но она ничего не хочет слушать. Она начала работать на прошлой неделе.
– …Это будет жутко утомительно.
Во взгляде Тайги был намёк на осуждение, но Рюдзи ничего не мог сделать, чтобы остановить Ясуко. Та работала во время школьных занятий.
После школы Рюдзи и Тайга пришли в комнату для собеседований, известную также как «комната для нотаций», и ждали свою классную руководительницу.
Рюдзи сел за стол, стоящий посреди комнаты, а Тайга, поначалу стоявшая у дверей, предпочла держаться подальше от Рюдзи, обходным путём добралась до окна и уселась на стойку около него, энергично болтая ногами.
В небольшой комнате стояла неловкая тишина, нарушаемая лишь приглушёнными голосами ребят, занимающихся со своими клубами на спортплощадке. Пока никто не заговорил, пространство комнаты напоминало беззвучный вакуум, вызывая необъяснимое чувство давления.
– Я слышал, что…
Тук! Рюдзи побарабанил пальцами по столу, словно играя на пианино.
– …что магазин, где я всё время отовариваюсь, ищет работников на неполный рабочий день, и что этим работникам разрешено в конце дня забирать домой не проданные торты.
– Ты слишком шумный.
– …Что значит шумный?
– Что ты барабанишь по столу.
Тайга опёрлась на оконную раму и погрозила Рюдзи пальцем с обеих рук. Он понял, что она имела в виду, и быстро скрестил руки, положив их на стол.
Вчера вечером Рюдзи узнал о новой работе Ясуко, встретив её перед домом Тайги.
– Но почему вдруг Ясуко устроилась на новую работу?
– Потому что я сказал ей, что у нас недостаточно денег, чтобы я пошёл в университет. Она ответила, что найдёт способ их раздобыть, и со следующего дня устроилась в кондитерскую.
– Так это из-за твоей платы за школу… Похоже, и правда нелегко быть матерью.
– …Меня вызвали сюда, потому что я не сдал форму о намерениях получить высшее образование. А ты почему здесь?
– Я тоже её не заполнила. Думаю, нас вызвали сюда по одной причине.
– А почему не заполнила? Не хочешь обсуждать с родителями?
– Нет, мне было просто лениво, так что я забыла.
Тайга повернулась к окну и подышала на стекло, потом нарисовала на нём сердце.
– …!
Рюдзи подпрыгнул от неожиданности, увидев эту картинку. Тайга на что-то намекает? Сердце означает любовь, любовь Тайги…
– …Рюдзи, смотри!
– О…
– Богомол!
– Так это должно означать богомола!…
Рюдзи вдруг испытал безумное желание постучать головой по столу. Сердце на самом деле оказалось головой богомола. Тайга затем дорисовала глаза, тело и ноги хищника и подписала «КАМАКИРИ». Похоже, это действительно богомол, а не признание в любви.
– Ты знаешь, как написать это кандзи?
– Да, сначала пишешь кандзи «насекомое», потом второе кандзи «церковь»… и затем пишешь второе кандзи «итиро» перед кандзи «насекомое».
– Второе кандзи «итиро»? Кандзи «насекомое»? Вроде не очень правильно звучит?
Рюдзи не мог не вздохнуть про себя. Дура… И почему я подумал, что Тайга пытается признаться в своих чувствах ко мне?
– И нарисовала ты богомола неправильно. Его тело разбито на три чётко выделяющиеся части – голова, грудь и длинное брюшко с крыльями. Ты его хоть раз видела?
– Видела. Недавно, на перекрёстке. Минорин ткнула его зонтиком, и он удрал.
– Недавно? А это точно был камакири? Больше похоже на человека с длинным телом. У насекомых тело более чётко делится на части.
Рюдзи подошёл к Тайге, встал на среднюю полку стойки и наклонился, чтобы поправить рисунок Тайги.
– Ай! Мой камакири!
– Да я немножко.
Следы, остающиеся за пальцем Рюдзи, постепенно превращались в капельки воды, скатывающиеся по холодному стеклу. Рюдзи тоже подышал на стекло и начал более точно рисовать богомола. Хоть его сейчас и нет перед глазами, но я же в старшей школе учусь! Я даже наловил целый мешок богомолов и забыл в квартире, перепугав Ясуко до слёз!
– Вот тут крылья, я брюшко должно быть длиннее…
– Ай! Что это! Богомол совсем не так выглядит! Что ты пытаешься нарисовать? Это совсем неправильно!
– Говорю тебе, это выглядит именно так. А вот здесь должны быть нематоморфы, обвивающиеся вокруг брюшка…
– Ч-что за извилины ты накорябал?! Почему они именно оттуда выходят?! Выглядит отвратительно!
– Ага, и впрямь отвратительно! И нематоморфы становятся такими, когда на них вода попадает… Ай!
– Ой!
Хрясь! Средняя полка стойки наконец вылетела под весом Рюдзи, пройдясь углом по его ноге.
– Ой… Ой!…
– Ха-ха-ха! Это был самый глупый способ пораниться! Ай! У тебя кровь…
Рюдзи сел на стойку и закатал штанину, обнажая слегка кровоточащую царапину на ноге. Хорошо, что это лишь небольшая царапина, можно и платком обойтись.
– Чёрт бы побрал этих нематоморфов!… Они продолжают преследовать меня после того, что сделали в тот раз!
