Классная руководительница заглотнула полный рот лапши. Рюдзи, глядя, как она ест, ответит тихо и уверенно…
– Тут есть много причин…
Капельки соуса разлетались по всему столу, оседая на бумагах, оставляя пятна на бесплатных журналах по продаже недвижимости. Уголки губ Рюдзи опустились от такого зрелища. Больше всего на свете он ненавидел именно бесплатные рекламные объявления. В них не встретишь ничего хорошего, они лишь помогают захламлять мир мусором. Такая растрата ресурсов! «Вау! Бесплатно…» Из-за своей психологии вы собираете множество подобных вещей, и конечно же, ваш дом никогда не будет выглядеть чисто и опрятно! Такие вещи надо выбрасывать! А уж такие журналы – это даже не журналы о здоровье! Рюдзи отчаянно пытался справиться с желанием заорать и выбросить эти журналы в мусор. Держи себя в руках, мой дух защитника окружающей среды!…
– На то есть много причин, но всё нормально! Мне не нужна консультация! А форму я не сдал, не потому, что у меня винтики расшатались, а потому, что мы всё ещё обсуждаем этот вопрос в семье!
– Ах вот как?…
– Да, так!
Незаурядная бунтарская внешность Рюдзи сделала его взгляд, брошенный на поедающую лапшу учительницу, острым и пронзительным как у орла, метнувшегося к своей жертве. Глупая Одинокая Леди (30)! Ты можешь лопать такие суррогаты, пока не помрёшь! Ты даже столько соли туда кинула! Да будешь ты проклята покупкой жуткого дома за невероятно дорогую цену!… Разумеется, ни о чём таком Рюдзи не думал, но то, что он сказал, было правдой.
Вчера, когда они с Ясуко обедали тушёным мясом, они разговаривали о перспективах на высшее образование и дальнейшую карьеру, а заодно и об этой форме.
Ясуко сказала, просто напиши «Я буду учиться». Рюдзи этот ответ не принял, он хотел обсудить проблемы в более практическом и реальном ключе. Но поскольку с готовкой он запоздал, Ясуко убежала прямо во время обеда – пришло время идти на работу. На следующее утро, перед тем, как Рюдзи собрался в школу, Ясуко громко храпела, и поскольку Рюдзи учуял запах спиртного из её комнаты, вопрос о серьёзном обсуждении не стоял.
Но всё равно Рюдзи со своим материнским комплексом… нет, со своим серьёзным отношением к делу по-прежнему хотел обсудить этот вопрос с Ясуко и только потом заполнить форму, когда они договорятся. Рюдзи всерьёз рассматривал оба варианта – и пойти учиться дальше, и сразу пойти работать. Так как он мог принять чьи-то слова насчёт расшатавшихся винтиков?
– Я понимаю, понимаю.
ЮриКойгакубо положила в рот кусочек рыбы и махнула палочками на Рюдзи, стараясь его успокоить…
– Ох, всё потому, что Такасу-кун хороший ученик, который никогда не заставлял учителя волноваться. И потому, что я многое от тебя жду, вот потому и ворчу. Обычная склонность учителей.
– Многое ждёте?
Рюдзи удивлённо поднял брови, повторяя эти два слова. Глаза учительницы внимательно изучали его лицо.
– Пожалуйста, не ждите от меня многого, наша семья очень бедна.
Рюдзи приготовился к спору с классной руководительницей, но, к его удивлению, она лишь опустила палочки и лукаво улыбнулась Рюдзи.
– Как бы то ни было, постарайся заполнить её поскорее. Только ты и Айсака-сан ещё не сдали форму.
– Тайга тоже не сдала? Тогда почему вы вызвали только меня?
– Потому что я уже передала форму Айсаке-сан. Хотя у тебя есть много причин, всё-таки это совсем разные вещи. Пожалуйста, найди время поговорить с мамой и подумать о своём будущем.
* * *
Выйдя из учительской, Рюдзи непроизвольно глубоко вздохнул.
Его шаги по пути обратно в класс становились всё тяжелее и тяжелее, пока он почти совсем не остановился. Это была тяжесть его мыслей, кое-что, что тяготило его.
Это совсем разные вещи. Хоть классная руководительница сказала так, но чётко их не разделишь. Он хотел, чтобы всё оставалось как есть, пока он не может представить себе неизвестное будущее, даже если это совсем не согласуется с мнением Ясуко. Та лишь выдавала амбициозные фразы, не соотнося их с финансовыми возможностями семьи Такасу. Заставить её понять это – задача практически невыполнимая, от одной мысли об этом у него начинала болеть голова.
– Ох…
Рюдзи придержал рукой качающуюся голову.
Наверно это оттого, что я не спал нормально уже несколько дней, да? Хоть его сердце могло совсем остановиться, на него по-прежнему давила незаполненная форма о намерении получить высшее образование… Шаги, которые должны были привести его обратно в класс, повернули в направлении пустого коридора. Мне надо привести в порядок свои чувства, прежде чем возвращаться к Тайге и Китамуре, я должен суметь продолжать врать перед ними.
Дойдя до коридора, соединяющего основное здание со спортзалом, Рюдзи почувствовал, что не может нормально дышать, так что он распахнул окно, впуская свежий воздух. Открыл рот, как вытащенная на берег рыба, и наполнил грудь пронзающим холодным воздухом.
Но как бы глубоко он ни дышал, он всё равно чувствовал дискомфорт. Он высунулся в окно, по-прежнему оставаясь в ловушке. Он никак не мог вырваться из метели.
Разве я не решил уже забыть признание Тайги? Раз уж она не собиралась признаваться мне, разве не вернётся всё в норму, если я забуду её признание?
Но хоть он действительно решил забыть всё, на практике это было не так легко. Для того чтобы хорошо притворяться, что кое-кто всё забыл, нужно больше времени. Просто, пока он торчал в ловушке «По логике этого быть не должно», время продолжало идти. Рюдзи понял, что он остановился на своём пути, а все остальные продолжают двигаться вперёд, шаг за шагом. Выбор поступать в университет или идти работать заставил его ещё сильнее чувствовать, что он во всём остался позади.
А ещё Рюдзи понял, что он не должен быть таким, что он никогда не действовал на опережение, а лишь реагировал на возникающие проблемы. Он хотел выбрать правильный путь, которым он должен идти, но не знал, какой же путь правильный.
Может, у меня и впрямь винтики расшатались, как сказала учительница. В конце концов моя мать – Ясуко Такасу, так что я вполне мог растерять свои винтики и гаечки в голове, просто этого не заметил.
– Я… стану… бесполезным?!…
Рюдзи подумал, что он был надёжным и трудолюбивым человеком – но этого прекрасного «я» больше нет. Так что осталось? Какова его настоящая личность?
– Ох-х…
Юноша демонического вида разговаривал сам с собой у окна, тихо стеная. Неожиданно он обратил внимание на щель в подоконнике, забитую листьями и пылью – от неё и прыщи заполучить недолго, если подойти слишком близко. Рюдзи быстро вытащил из кармана тряпочку, намотал на палец, и, охая словно старушка, протёр этим пальцем подоконник.
Даже сам Рюдзи почувствовал, что он слишком пессимистичен.
Подумав о том, кто был столь же оптимистичен, насколько он сам пессимистичен, Рюдзи вспомнил Минори Кусиэду.
Он с первой же встречи почувствовал, что она просто живое воплощение оптимизма, радостно улыбающаяся тому, кого все звали хулиганом. Она – образец, к которому должен стремиться тот, кому не хватает уверенности в себе, вроде него. В отличие от Рюдзи, который ходил с опущенной головой, пряча своё пугающее лицо, она всегда смотрела прямо на солнце, как расцветший подсолнух. Вот почему меня потянуло к ней, вот почему я люблю её.
Теперь я не понаслышке знаю сталь внутри Минори. Она не просто оптимистичная, добрая и милая, она ещё и независимая вплоть до упрямства. Даже если она ранит окружающих её людей (вроде меня!), Минори никогда не изменит себе, не остановится на своём пути… Вот что понял Рюдзи. Она как подсолнух, который тянется к небу, расцветая… нет, она ракета, нацеленная на солнце, приготовившаяся вышибить его со своего места в небе.
Рюдзи завязал со своей безответной любовью ещё и потому, что после более близкого знакомства с ней понял, что не сможет «быть с ней». Не потому, что недостаточно хорош для неё, а потому, что он действительно чувствовал, что не может быть ровней её силе воли и скорости, с которой она мчится по жизни. Но даже если пламя любви угасло, даже если он не мог больше надеяться на прогресс в отношениях с ней…
– Кусиэда…
Рюдзи думал об это вчера, Если бы я однажды смог стать таким, как ты.
Для Рюдзи Минори была кем-то безупречным и восхитительным, его желание стать таким, как она, никогда не изменится.
– В её глазах я лишь куча мусора…
– Конечно же, нет!
– Э-э-э-э-э-э-э-э-э-э?!
От того шока, что получил Рюдзи, его ноги не поспели за резким поворотом тела, тапки протестующе взвизгнули, швыряя его на пол.
– …И давно ты здесь торчишь?!
– Кусиэда, ты Ункотарэдзо, ты должна думать обо мне, как Каскад… [Герои манги о скачках «MidorinoMakibao».Лошади – прим. перев.]
