class="p1">Я не успеваю ничего ответить, как он распахивает двери. Непроизвольно жмурюсь, ожидая, что помещение будет похоже на тюремную камеру, только вычурно сверкающую золотом и украшениями. Но, на мою удачу, комната оказывается проста в убранстве и выполнена в спокойных зелёных тонах с несколькими золотыми элементами.
– И никакого красного? – приподняв бровь, смотрю я на Даниила.
– Прости, Агата, – иронично улыбается он, – но создать комнату специально для тебя я не успел. Всё красное у тебя в гардеробе. Я приставлю к тебе нескольких служанок, они помогут помыться и переодеться, а я вернусь через час.
Он мнётся, но всё-таки снимает кандалы. А напоследок кивает, будто сам себе.
– Только прошу, не пугай прислугу, рассказывая всем, что на самом деле ты мёртвая.
– Вряд ли у меня получится открутить себе голову и сунуть её под мышку. – Я закатываю глаза, припоминая небылицы, которые теперь рассказывают о Марах.
Недоверчиво покосившись в ответ, принц уходит, позволяя мне нормально оглядеться. Комната небольшая, зато напротив дверей целых два окна почти от пола до потолка – а светлые помещения я люблю. Есть мягкая кровать с балдахином, туалетный столик и шкаф, только вот опять эта массивная хрустальная люстра, которую я обхожу, боясь, что она вот-вот рухнет на меня под своим весом. Я с опаской открываю шкаф, ожидая увидеть там что-то жуткое. И тут мои ожидания оправдываются: Даниил разошёлся на полную в своей любви к легендам о Марах. Среди одежды я нахожу несколько новых плащей и мантий, платья, штаны и рубашки – и всё, конечно же, в алых, белых и чёрных тонах. Шкаф я закрываю с твёрдым намерением рассказать принцу, что не загорюсь, если надену что-то другого цвета. Похоже, он считает, что одежда других оттенков меня прямо-таки убьёт.
Принц присылает двух милых служанок: Инну и Марину, которые помогают мне помыться и привести себя в порядок. Я не привыкла к подобному обращению, поэтому от любой их помощи отказываюсь, заверяя, что могу справиться сама. На что девушки лишь ласково улыбаются, игнорируют мои попытки сопротивляться и продолжают во всём помогать. Вероятно, Даниил не сказал им, кто я, потому что ни одна из них не задаёт вопросов, не сторонится меня и не боится. Хотя возможность помыться в одиночестве я всё-таки у них отвоёвываю.
– Госпожа, у вас странное пятно на спине. Стоит ли позвать лекаря? – спрашивает Марина, помогая мне затянуть корсет.
Инна подходит ближе и тоже разглядывает мою спину.
– Может, взять другое платье? – предлагает она подруге.
– Нет, его высочество приказал надеть это, – задумчиво отвечает Марина.
– Так это его высочество приказал завернуть меня в это откровенное платье с голыми плечами? – возмущаюсь я, поворачиваясь к девушкам, и те смущённо опускают взгляды.
Платье безумно красивое, алый оттенок чуть более тёмный, чем обычно. Подол и широкие длинные рукава украшены золотыми нитями и кружевом, а корсет – россыпью жемчуга и рубинов. Не помню, чтобы я когда-либо надевала что-то настолько дорогое и настолько откровенное. На мой вкус, в районе декольте не хватает как минимум сантиметра ткани, а плечи полностью открыты, отчего мне хочется прикрыть непривычную наготу. Принц решил выставить меня какой-то дорогой куклой, ещё и приказал нарядить, во что пожелает. От закипающей внутри злости меня отвлекает Инна, которая слегка касается пальцами кожи на спине, и я вздрагиваю.
– Простите, госпожа. Просто это пятно…
– Что там такое?
Я поворачиваюсь спиной к зеркалу, чтобы увидеть тёмный, почти чёрный отпечаток на спине в районе лопатки. Он отдалённо, но напоминает ладонь. Прикосновение Тени. Метка, что связывает нас с Мороком. Здесь он коснулся меня, чтобы оживить. Я вновь ёжусь от этих мыслей, а потом стараюсь ободряюще улыбнуться служанкам:
– Это лишь моё странное родимое пятно, не обращайте внимания. Его можно скрыть волосами. Так что будет достаточно просто их расчесать.
Видно, что девушки мне не особо верят, но спрашивать больше не решаются. Как я и прошу, они расчёсывают мне волосы, оставляя их рассыпаться по спине. Подводят мои глаза сурьмой и улучшают цвет губ и лица с помощью пудры и всё той же специальной краски. Здесь, на туалетном столике, так много различных коробочек и баночек, что я даже не решаюсь притрагиваться к ним, не зная, для чего предназначается большинство из них. А вот девушки действуют уверенно, подбирая подходящие оттенки к моему наряду. В итоге, когда я окидываю себя взглядом в зеркале, мне нравится то, что я вижу.
– Вы очень красивая! – расплывается в улыбке Марина.
– Это только благодаря вам, спасибо.
– Нет! Вы сама красивая, его высочество принц Даниил обязательно оценит.
– Его высочество может засунуть свою оценку себе… – Я осекаюсь, замечая недоумение на лицах служанок, и быстро натягиваю вежливую улыбку. – Конечно, ему понравится.
Уже понятно, что принц – любитель коллекционировать красивые побрякушки. А меня, похоже, считает частью коллекции.
Стоит мне о нём подумать, как дверь распахивается, но в неё входит не принц, а четверо охранников.
– Прошу прощения, нам приказали проводить вас в главный зал.
Четверо вооружённых мужчин против меня одной, когда мне даже острых шпилек для волос не дали? Может, Даниил считает, что я могу кого-то убить гребнем для волос?
На всякий случай бросаю взгляд на туалетный столик, с грустью отмечая, что щётка для волос круглая и без острых краёв.
– Ведите. – Я тяжело выдыхаю и, приподняв юбку, следую за двумя охранниками, пока другие двое шагают позади.
До главного зала мы идём не меньше пяти минут. Он также располагается на втором этаже, но мы двигаемся в противоположный конец дворца и немного петляем по коридорам, отчего я достаточно быстро перестаю здесь ориентироваться. Когда стража распахивает передо мной светлые двери, безмолвно приглашая войти, я выпрямляюсь и чинно складываю руки в районе живота. Я вхожу под звуки приглушённых голосов и стук собственных каблуков по идеально отполированному деревянному полу. Я была готова встретиться с толпой, однако здесь практически никого нет.
Главный зал оказывается большим и просторным помещением, уверена, именно здесь проводят балы и основные праздники. Стены украшены скульптурами и сверкают позолотой, потолок покрыт фресками, и повсюду множество изысканных подсвечников, свет от которых умножает блеск золота. Почти вся стена справа – в огромных окнах, тянущихся ввысь буквально через каждый метр. Вероятно, днём здесь очень светло, но сейчас на улице поздняя ночь, и из-за полупрозрачных золотистых занавесок я не могу разобрать, куда выходят эти окна.
Я замечаю накрытый для ужина стол в одном конце зала справа от меня. Слева, в другом конце, располагается небольшое возвышение с
