— Все, привал. Кажется, это поле тянется бесконечно, а нам надо отдохнуть.
Он набрал веток сухих кустарников и развел небольшой костер. Вскоре над ним кипела вода в котелке и Берг высыпал в котелок щепотками заварку. Снял чай с огня и отставил его в сторону, из сумки достал пакет с ломтями хлеба и ветчины, разложил на расстеленной салфетке. Они поели молча, прибрали импровизированный стол и стали готовиться к отдыху. Одно одеяло на двоих уложено на землю, еще одно — чтобы укрыться. Король отвернулся, когда Анна многозначительно взглянула на него — здесь не было кустиков, за которые можно было сходить. Поставили охранные заклинания, пора было ложиться спать, но Анна стояла, глядя перед собой, изредка оборачиваясь, с недоумением разглядывая Берга.
— Когда ты догадалась? — теплое дыхание коснулось ее шеи, ладони опустились на плечи.
Она не обернулась, лишь покачала головой и, чуть помедлив, ответила:
— Трудно сказать. Я и сейчас ни в чем не уверена. Были странности, которые цеплялись одна за другую, совершенно необъяснимые вещи. Приходилось не раз повторять, что этого не может быть, потому что не может быть никогда. Никакая магия, даже самая мощная, самая темная не может воскрешать умерших. Придать подобие жизни, страшное и бессмысленное — да, но повернуть процесс смерти обратно — нет. Разве что сам Творец может сделать такое, но он предпочитает не вмешиваться в человеческие дела, да и зачем? Но ты снился мне все эти годы, снился так явственно, словно я снова переживала встречу с тобой. Я думала, что схожу с ума. Я уже пережила свою потерю, пережить ее повторно не смогу. Давай спать, мы оба устали. Похоже, что темные маги Алансота перемешали несколько миров. Далеко же они зашли в своих экспериментах! Будем надеяться, что в ближайшее время мы прорвемся в свой родной мир.
Никто не побеспокоил их сон, но проснулись они оба разбитые, с головными болями. Наскоро позавтракали, запили хлеб с сыром холодной водой из собственных припасов и двинулись в путь. Это был совершенно мертвый мир. Здесь не звучали трели птиц, в траве не копошились насекомые и даже ветер, казалось, имел запах стерильной комнаты. Проходили часы, а вокруг по-прежнему царил тот же серый, безжизненный сумрак. Им повстречалась небольшая деревня, вернее то, что когда-то было деревней. В каждом ее дворе ржавое железо распадалось на хлопья при легком прикосновении, деревянные изделия давно превратились в прах и только камень еще напоминал о том, что когда-то здесь были дома.
Они прошли через мертвое селение, не задерживаясь и вскоре вышли к глубокому оврагу. Он тянулся по обе стороны далеко и они не знали, на что решиться — попытаться найти место, где он заканчивается или спуститься на дно и подняться на другую сторону. Анна подошла поближе к краю оврага и посмотрела вниз. Увидеть ничего не успела, почва под ее ногами вдруг обрушилась и она полетела вниз. Крепкая рука ухватила ее за воротник и свистящий, напряженный шепот приказал:
— Держись! Попробуй упереться ногами в стенку оврага, я подтяну тебя!
Она нашарила ногами земляную стену и уперлась в нее. В тот же миг под ее спасителем обрушился край оврага и они оба полетели вниз. Полет оказался недолгим. Анна рухнула животом вниз на что-то мягкое и лежала, закрыв глаза и прислушиваясь к своему телу. Ничто и нигде не болело и это казалось странным. Она открыла глаза и увидела перед собой улыбающееся лицо Кристиана Берга. Мужская рука легла на ее спину, а вторая — на затылок и нежный поцелуй заставил ее замереть. Она чуть было не ответила на этот поцелуй, но наглая рука нахально скользнула по спине чуть ниже и мужская ладонь сжала ее ягодицу.
Анна моментально соскочила с лежащего короля, напоследок с силой двинув его кулаком в живот.
— Ой-ей-ей! — притворно заныл Берг. — Больно же! За что?
— За то! — отрезала она. — Нечего руки распускать!
— Имею право! — самым бессовестным образом заявил король. — Я муж, между прочим!
— Два мужа — многовато будет. — недовольно возразила Анна.
— Ты же не Мадлена, птичка. Надеюсь, ты не станешь уменьшать количество мужей насильственным образом? — вопросительно выгнул бровь Кристиан Берг и с заискивающей улыбочкой заглянул ей в глаза. Губы его ехидно усмехались, он явно наслаждался ситуацией.
Анна фыркнула и, не выдержав, рассмеялась. Потом замолчала и огляделась.
— Мне кажется или мы опять провалились в какой-то другой мир? Здесь иначе пахнет. — она обвела глазами овраг, в котором они оказались.
— Ладно. — покорно согласился король, встал и протянул Анне руку. — Вставай, пойдем разбираться с этим миром, птичка моя.
Этот мир действительно был иным. Здесь имелись все признаки лета, явно перевалившего за середину. Лес, начинавшийся сразу за оврагом, радовал пышной зеленью, кое-где попадались кусты, обремененные изобилием синих и красных ягод, неизвестных ни Анне, ни королю. На небольших полянках плотными стайками росли сизые грибы, каждый гриб величиной с голову взрослого человека. Они с интересом разглядывали щедрые дары чужого мира, но ни Анне, ни Бергу не пришла в голову мысль попробовать их.
Они уже начали уставать, когда лес внезапно закончился , а сразу же за плотной шеренгой кустов пролегла широкая, плотно утрамбованная дорога. Звуки человеческой речи, ворчливой и неразборчивой, донеслись до них и они дружно отступили в заросли леса. Спустя несколько минут мимо них не спеша проехали, если так можно было сказать, на лошадках, трое наездников. Шестиногие лошадки коричневатого цвета бодро перебирали мягкими ступнями, на концах которых имелись угрожающих размеров когти. Огромные голубые глаза чудных животных смотрели на мир с наивной добротой, а острые рожки, расположенные между округлых ушей завершали дивный образ ездовых животных этого мира.
Всадники, все трое, имели длинные усы, острыми пиками направленные вверх. Их головы были покрыты чем-то, напоминающим тюрбаны, широкие шаровары, остроносые ботинки и короткие куртки почти не имели разницы в крое или в цвете. Возможно, это была какая-то униформа. Все также неразборчиво переговариваясь, всадники скрылись за поворотом.
— Быть может, нам пока не выходить на дорогу ? — задумчиво произнес Берг. — Что-то, знаешь ли, не тянет на знакомство с местными жителями.
Идти решили рядом с дорогой по лесу. На отдых остановились в рощице высоких кустарников с блестящими бледно-желтыми листьями. На всем пути им ни разу не встретилось даже крошечного ручейка, но вся растительность в округе цвела, синела, зеленела и желтела в самом пышном виде.
Анна из своего волшебного пространственного кармана вынула горшочек с горячим тушеным мясом и подала его Кристиану Бергу вместе с ложкой. Затем настала очередь для пышных булочек, нежных свиных колбасок и бутылочек с яблочным соком. Сама она ела немного и без всякого аппетита, но короля заставила съесть все.
— Мужчина должен есть плотно, у него расход энергии больше женского. — отговорилась она на замечание Берга, что сама ест, словно ребенок-малоежка.
— Мне помнится, раньше ты ела немного лучше, птичка. — заметил он в ответ. — Так что же случилось с тех пор?
— С тех пор случилось полсотни лет без тебя. — просто ответила она. — И я уже не так молода.
— Неправда. — он смотрел на нее серьезно и ласково. — Ты совсем юная, как прежде и еще очень долго останешься такой. Когда я увидел тебя впервые, будучи в теле Берга, мне показалось, что наша последняя встреча произошла лишь вчера. И с этим ощущением так не вязалось все остальное — наш взрослый сын, уже Император, другой мужчина рядом с тобой, не сводивший с тебя нежного взгляда. Твой Корвин Андервуд невзлюбил меня с первой же минуты нашего знакомства, а ведь он не знал Берга. Или знал?
— Знал. — чуть помедлив, ответила Анна. — Они виделись в Академии магии, где я преподавала. Ты можешь не помнить этого, потому что сам Берг не придавал значения какому-то курсанту-боевику. А лично Корвин не может простить королю равнодушия, с которым тот воспринял мою смерть, несмотря на то, что еще сутки назад требовал, чтобы я стала его фавориткой. Все-таки Кристиан Берг был эгоистом до последней капли крови.
