Губы Джареда сложились в тонкую гневную линию. Не хватало еще, чтобы друг подзуживал насчет Авы. Тим знал все, что ему пришлось из-за нее пережить, сколько времени ему потребовалось, чтобы выбросить эту женщину из головы и сердца.
Черт подери, да если бы Тим не был таким надежным работником, он выставил бы его в два счета прямо после ужина. Надо же, передал Аве, что он о ней говорил! Проклятье! Это просто подло.
— Зря ты с ними не пошел, — сказала Ава, нарушив молчание. — Она так ждала встречи с тобой.
Джаред кивнул, пребывая в какой-то нерешительности, но тут же напомнил себе, что его интересует только общение с Лили.
— Что ж, чувствуй себя на ранчо как дома, не стесняйся…
— Ава, не хочешь ли чаю со льдом? — предложила Муна.
Ава почти с облегчением улыбнулась Джареду.
— Похоже, обо мне есть кому позаботиться.
Ава отпила глоток освежающего чая, потом подняла голову и улыбнулась Муне, сидевшей напротив.
— Мята и лимонная трава. Мой любимый. ;
— Я помню, — сказала пожилая женщина. Ее глаза лучились теплом. — Прошло не так уж; много времени.
Чувствуя какую-то тяжесть в груди, Ава тихо сказала:
— А мне кажется, будто целая вечность.
— Вдали от Парадиза или от Джареда?
Ава усмехнулась, покачала головой. Что тут поделаешь? Именно такой она знала, любила и помнила Муну. Никакого хождения вокруг да около, только прямой разговор, хотя свои «трудные» вопросы она всегда умела задавать необидно и дружелюбно.
— Мне не хватало обоих, — призналась Ава. Может быть, одного больше, чем другого.
Муна потянулась через дубовый стол и накрыла бледную руку Авы.
— Теперь ты здесь, девочка, а все остальное не важно.
Она проглотила стоявший в горле ком и тихо сказала:
— Я хочу сказать, как мне жаль, что…
Муна отрицательно замотала головой.
— Нет-нет, не будем говорить об этом. Ты выбрала тот путь, который казался тебе наиболее благоприятным — или наименее болезненным. Я знаю. Может, так оно и было. А может, и нет. — Ветерок, лениво впорхнувший в большое окно, шевельнул несколько волосков, выбившихся из ее черных с проседью кос. — Живи сейчас, этой вот минутой, и ни о чем не жалей, Nahtona.
— Nahtona? Что это значит?
Муна ласково улыбнулась.
— Скажу тебе как-нибудь в другой раз, дорогая.
Ава согласно кивнула и повернулась к окну.
Уголки ее губ тронула улыбка.
На большой лужайке, между цветами и красивейшими тенистыми деревьями, верхом на деревянной лошадке кругами носилась ее дочь, держась одной рукой за палку, а другой сжимая уздечку. Джаред лихо выкрикивал «йе-ха», длинные волосы Лили развевались на ветру, а личико сияло чистейшим восторгом.
Внезапно радость на лице Авы померкла, и она снова повернулась к Муне.
— Я должна сказать одну вещь.
— Ладно, говори.
— Я не горжусь тем, что выбрала этот путь.
Муна улыбнулась.
— Тогда выбери другой.
— Думаю, что уже выбрала. — Ава быстро взглянула в окно. — Во всяком случае, надеюсь на это.
— Оглядываться назад и находить сделанные в прошлом ошибки намного легче, чем видеть их в текущем времени. — Пожилая женщина налила Аве еще стакан душистого чая. — Это хорошо знает твой отец.
— Мой отец? — изумленно переспросила Ава.
— Он тоже выбрал другой путь.
— Да. — Она шумно выдохнула. — Рита мне тоже это говорила. Хотя не знаю, смогу ли я когда-нибудь в это поверить.
— И почему мы так боимся прощать? — Вопрос Муны прозвучал скорее риторически. Потом она взглянула на Аву и улыбнулась. — Спасибо, что привезла Лили познакомиться с отцом. И с прабабушкой.
— Я не специально планировала… так уж получилось… Ритина свадьба…
Улыбка Муны стала еще шире.
— Вам всем пришла пора узнать правду друг о друге.
Джаред заметил, что Ава посмотрела на часы второй раз за последние полчаса. Было около половины девятого, уже стемнело и стало прохладнее, чем обычно. Ему не хотелось, чтобы Ава и Лили уезжали, но понимал, что этого не избежать.
Первый его полноценный день, проведенный с дочкой, оказался одним из лучших в его жизни, а потом, когда Ава вышла к ним на лужайку и, растянувшись на траве, стала наблюдать за бегущими по небу облаками, Джаред почувствовал, что почти счастлив.
Муна приготовила восхитительный обед, потом Джаред развел в камине огонь, и они сидели вчетвером в гостиной, рассказывали анекдоты и загадывали загадки. В эти спокойные часы они все забыли о прошлом, особенно когда Муна принялась рассказывать, как еще совсем молоденькой девушкой жила в резервации. Лили сидела словно завороженная у ног прабабушки, впитывая каждое ее слово.
Время пролетело незаметно. Джаред заметил, что глаза девочки медленно закрылись, и она мирно задремала, положив головку на колени матери.
Им пора ехать, подумал Джаред. Ведь у них не семья, хотя этот вечер очень походил на семейный.
И чем скорее он поймет это, тем лучше.
Ава взяла Лили на руки, и мужчина невольно представил себе картину, как Лили в младенческом возрасте сосет грудь Авы и что-то воркует себе под нос. Он так много всего пропустил.
Ава встретилась с ним взглядом, прошептала:
— Мне надо отвезти ее домой.
— Лили может остаться. — Слова вылетели у него прежде, чем он успел остановиться. — Для нее есть комната. — И, немного помолчав, добавил:
— И для тебя тоже.
Как проведет эти ночные часы до рассвета, он не представлял и уговаривал себя держаться подальше от Авы. Ему нужна и важна только Лили.
— Наверное, не стоит, — начала Ава. — Это незнакомый дом, и…
— Она заснула. — Муна поднялась со своего кресла возле камина, подошла к Аве и тронула ее плечо. — Позволь ей остаться.
— Ладно. — Перед пожилой женщиной невозможно было устоять.
— Вот и хорошо, — улыбнулась Муна. — Мне надо закончить несколько корзинок. Спокойной ночи, Ава, Джаред. — Она наклонилась, поцеловала Лили в раскрасневшуюся щечку. — Спокойной ночи, Звездочка.
Крепко спящая девочка не шелохнулась.
— Позволь мне уложить Лили, — попросил Джаред. — А потом я покажу тебе, где ты будешь спать, — Хорошо.
Он опустился на колени возле Авы и нежно коснулся ребенка. На одно короткое мгновение они все составили одно целое, и Джаред испытал такое мощное чувство притяжения, перед которым с трудом устоял. Нежный аромат духов Авы проник в его легкие. Она все еще пользуется этими духами. Зачем? И почему их физическое влечение не умерло — и даже не уменьшилось — за четыре года? Даже сейчас, когда он узнал, что Ава все это время обманывала его, скрывая от него дочь, Джаред страстно желал ее.
Их взгляды встретились и зацепились. Единственными звуками, нарушавшими тишину, были неумолимое тиканье часов, потрескивание огня и глубокое, ровное дыхание Лили.
