А той подруге родители запретили нас приглашать, — грустно добавила она. — Она жаловалась, её даже карманных денег на неделю лишили.
В другое время я бы снова кинулся утешать Аллу и обещать, что у неё всё будет, причем в самом скором времени, но впал в ступор. Со своими переживаниями о событиях всемирного масштаба я как-то упустил настоящую золотую жилу, которая лежала у меня буквально под ногами.
* * *
В своей первой жизни я прошел мимо страданий видеоманьяков в начале восьмидесятых. Видеомагнитофоны тут точно уже были — устроенный подругой Аллы сеанс и приглашение пресловутого Димы говорили сами за себя. Наверное, существовала и какая-то система обмена русифицированными фильмами; кажется, именно в это время появились знаменитые «гнусавые» переводчики, голосами которых говорили у нас все голливудские актеры следующие лет двадцать[5].
Я же познакомился с этим явлением чуть позже, когда началась перестройка, и всюду — в том числе и в нашей многострадальной общаге — появились видеосалоны. В этих центрах досуга и развлечений можно было за рубль причаститься к новинкам западного кинематографа, которые, конечно, новинками были только для советского зрителя. Помнится, первым фильмом, который я увидел, были как раз «Звездные войны», про которые я вспомнил. Причем в нашем салоне показывали вторую часть, «Империя наносит ответный удар», которая подавалась как пятый эпизод. На недоумение зрителей — где, мол, предыдущие четыре — владельцы видеосалона разводили руками или вообще посылали по матушке. Что достали, мол, то и достали, кушайте — не обляпайтесь. Лишь потом я узнал, что первых трех эпизодов тогда просто не существовало в природе, а на «Новую надежду» попал лишь через несколько лет и почему-то в кинотеатре.
Именно в видеосалонах я посмотрел — и не раз — боевики со Сталлоне, Шварценеггером и Джеки Чаном, там же узнал о Брюсе Ли и его знаменитом ударе, насладился обнаженными героинями «Эммануэль» и «Греческой смоковницы», да и всем прочим, что предлагали тогдашние дельцы.
В девяностые я купил собственный видеомагнитофон — вернее, модную тогда видеодвойку японской фирмы «Фунай», — научился пользоваться прокатом и даже завел собственную видеотеку. Там были непременные «Том и Джерри» — я как раз был второй раз женат и имел двух мелких спиногрызов, — какая-то порнуха на неподписанной кассете, и пара омерзительно несмешных отечественных комедий с Кокшеновым и Панкратовым-Черным. Куда делось это богатство, я не помнил. Кажется, выкинул при очередном переезде — интернет уже стал широкополосным, и любой фильм можно было получить буквально за пару минут без утомительной перемотки массивных кассет. Да и встроенный видак к тому времени накрылся.
Но возможность почти безнаказанно смотреть западные фильмы меркла перед возможностью хорошо заработать на тех, кто желает увидеть того же «Рокки». И речь даже не про салоны — указ Горбачева о кооперативах, после которого этих салонов стало хоть жопой жуй, выйдет лишь через год или два. Хотя попасть в первую волну владельцев было бы круто — если удастся обзавестись видаком и наладить отношения с владельцами нелегальных прокатов[6].
Отечественный видеомагнитофон ВМ-12 стоил тысячу двести рублей, импортные устройства продавали много дороже, да и кассеты обходились недешево. Я слышал истории, как видаки обменивали на квартиры — но это было как раз в конце восьмидесятых и в начале девяностых, когда народ не осознал ценность выданных государством или купленных через кооперативы квадратных метров. Возможно, такие обменщики были уверены, что им дадут ещё одну квартиру — взамен той, что они так опрометчиво поменяли на достижения японской электронной промышленности. Кому-то, наверное, давали.
Собственный видак мне, понятное дело, был не нужен — всё, что я мог по нему увидеть, я уже видел, причем в лучшем качестве и в нормальном дубляже. Но он может сгодиться для развлечения Аллы и, главное, для налаживания контактов в среде очень деловых ребят с нужными связями. А эти контакты для меня-нынешненого выглядели много дороже любых возможных тысяч.
Но денег на видак у меня всё равно пока не было, хотя зарубку в памяти я себе поставил. Та же тётя из Германии могла бы поспособствовать любимой племяннице и притащить немного техники, а не вредного для сердца кофе.
Но заиметь видеомагнитофон было меньшей из проблем. Западные телевизоры в СССР массово не возили — они и там были тяжелыми и неподъемными, в отличие от видаков, и тащить их в багаже было сложновато. Продукция же отечественных телевизионных заводов была настроена на другой стандарт цветопередачи — SECAM вместо импортного PAL. Зрители же хотели видеть шедевры мирового кино в цвете. И во второй половине 80-х кустарное производство тех самых декодеров PAL-SECAM было поставлено на промышленный поток.
Видеомания тогда уже стала массовым явлением, и в журналах типа «Радио» появились принципиальные схемы устройств, которые позволяли смотреть чужое кино на наших телевизорах. На толкучке радиолюбителей у платформы Покровское-Стрешнево[7] довольно дешево продавался набор «сделай сам» — готовая печатная плата с разводкой, микросхема К174ХА28 — страшная аббревиатура словно сама всплыла у меня в голове — и кучка разноцветных и разномастных резисторов-конденсаторов. Всё это нужно было аккуратно собрать в одну работоспособную кучу — и продать на той же толкучке с заметной наценкой. Или даже договориться с покупателем на предмет установки — за дополнительный гонорар, конечно.
* * *
Мы с Жасымом тогда тоже включились в производство декодеров, но хватило нас ненадолго. Месяца два мы только учились нормально паять, потом выяснили, что в таких наборах могли попадаться и не самые качественные детали, из-за чего готовое изделие тупо не работало. Но в целом наш бизнес оказался безубыточным, мы даже немного вышли в плюс — и то хлеб.
Сейчас массового рынка для декодеров нет, но покупателей, думаю, найти будет легко — учитывая слова Аллы про черно-белого «Рокки». Стоило каждое устройство больше сотни; если искать детали самостоятельно и делать входной контроль качества, можно было получать нехилую прибыль. Правда, там были ещё проблемы с настройкой — советские телевизоры отличались разнообразием моделей, и то, что подходило к «Рубину», могло не сработать на «Горизонте». Но в этом времени было много точек ремонта телевизионной техники; работали они, правда, непредсказуемо, но неофициальную подработку тамошние мастера всегда брали охотно. И если создать производственную цепочку, то…
…то можно получить несколько лет колонии или даже расстрел, хотя вряд ли я наработаю на высшую меру социальной защиты.
Но можно и неплохо заработать.
Ещё одним способом «электронного» заработка моей первой молодости — правда, уже после декодеров, в середине девяностых
