– Мне не хотелось бы беспокоить вашу жену…
Это была обычная вежливость, поэтому, когда Дэвид заявил, что Сара привыкла, что к ним постоянно кто-то заглядывает, Генриетта поняла, что возражать бесполезно.
– Хен. – Дэвид толкнул ее локтем в бок.
– Да, – девушка выдавила из себя улыбку, – Сара не будет возражать.
– Тогда я с удовольствием приду. – Джед одарил их улыбкой, которую, как уже могла убедиться Генриетта, он приберегал для особых случаев; и в этот раз в ее рекламно-белоснежной ослепительности чувствовалось удовлетворение от одержанной победы.
– Давайте я напишу вам адрес. – Будь Дэвид собакой, он бы отчаянно завилял хвостом. – Это самое малое, что мы можем для вас сделать, ведь вы были так щедры сегодня, да и кто бы мог подумать, что здесь объявится хозяин той самой мельницы? – радостно говорил он.
Действительно, кто бы мог подумать? – повторила про себя Генриетта. Кто?..
– Я получил истинное наслаждение, – довольно промурлыкал Джед. – Раньше я не видел работ Генриетты, но они великолепны; в ней скрыт настоящий талант. Надеюсь в будущем открыть для себя еще больше, – добавил он невинно.
– Что ж, мы рады видеть вас в галерее в любое время, – искренне заверил его Дэвид. – В нашей экспозиции всегда присутствуют работы Генриетты, и в последнее время она очень хорошо продается.
– Я обязательно еще что-нибудь куплю, – с серьезным видом кивнул Джед.
– Тогда около восьми? – Дэвид бросил взгляд на дверь. – Значит, увидимся позже. Мне еще надо поймать миссис де Фишель, пока она не ушла: эта дама – хозяйка сети магазинов в Уэст-Энде… – И он помчался вслед за старушкой с розовыми волосами, в туалете от Диора и бриллиантах, с белым пуделем под мышкой.
– Не знаю, зачем она пришла. – Генриетта проводила взглядом брата, и Джед посмотрел туда же. – Ее никогда не интересовало мое направление, ее конек, скорее, скульптуры и модерн. Она обожала произведения Мелвина… – Девушка запнулась.
– Он был художником? – негромко спросил Джед.
– Скульптором. Очень талантливым, – бесстрастно проговорила Генриетта. Талантливым и неуравновешенным. Но, может быть, все гении находятся на волоске от сумасшествия? Эта мысль не раз посещала ее после смерти мужа.
– Невозможно жить только прошлым, Генриетта. – Голос Джеда заставил ее посмотреть ему в глаза. – Вы живы, а он мертв, – продолжал тот более прямолинейно, чем хотел. – Рано или поздно вам придется взять себя в руки и идти дальше.
– Я знаю. – Ее раздражала легкость, с которой Джед рассуждал на эту тему. Что он знает о том, каким кошмаром был ее брак?
– Правда? В самом деле? – настаивал он.
– Да. – Она вызывающе вздернула подбородок.
– Тогда почему той ночью вы сказали, что хотите остаться в одиночестве? – хрипло спросил Джед.
– Потому что так и было – так и есть. – Она испугалась своей оплошности, и голос у нее стал резким. – Я точно знаю, чего хочу от жизни, – сухо сказала она.
Джед тихо вздохнул и позволил разуму уступить инстинктам: взяв девушку за руки, он привлек ее к себе.
– Я вам не верю, – мягко сказал он, чувствуя, как она задрожала при прикосновении к его телу. – Вы можете так думать, но вы обманываете себя, Генриетта. В жизни есть столько всего, помимо ваших горшков, картин и отшельнического существования. – Он наклонил голову и на мгновение коснулся губами ее губ, а потом отпустил ее руки и направился к выходу, ни разу не обернувшись.
Генриетта еще долго дрожала после его ухода.
Джед – поистине харизматическая личность. Он обладал особым магнетизмом, который только подчеркивали его высокий рост и ярко выраженная мужественность.
– Ох… – Она прислонилась к стене и слегка застонала, плотнее зажмуривая глаза. Если бы ей никогда не уезжать в Хартфордшир, не селиться на мельнице и если бы только Джед не появился в ее жизни! Она до сих пор не могла понять, каким образом вышло так, что этим вечером он ужинает у них дома.
ГЛАВА ПЯТАЯ
– Это был чудесный ужин, Сара. – Джед откинулся на спинку стула и улыбнулся жене Дэвида той самой улыбкой. Он их всех покорил, беспомощно думала Генриетта.
Ее невестка, проницательная, умная, искренняя невестка, стала мягче глины в его руках. Даже дети были от него в восторге и с удовольствием с ним общались, пока их не отправили спать.
Только Мерфи не поддался обману. Огромный пес, положив голову на передние лапы, охранял порог и, не мигая, смотрел на Джеда. Когда взрослые переместились в столовую, чтобы поужинать, Мерфи бесшумно последовал за ними и снова устроился в дверях, отказываясь уйти.
Он меня охраняет, подумала Генриетта, почувствовав прилив нежности к верному животному. Его не проведешь обаятельным поведением и разговорами о дружбе.
Генриетта неожиданно заметила, что Джед смотрит на нее в упор, и постаралась придать лицу беззаботное выражение.
– Сара замечательный кулинар. Дэвиду безумно повезло, – сказала она, заставив себя широко улыбнуться.
– Знаю, – довольно подтвердил Дэвид, похлопав себя по животу, но Сара уже махала ему рукой, призывая на кухню.
– Я помогу тебе с посудой. – Генриетта почти поднялась со стула.
– Ни за что. – Иногда Сара говорила совершенно серьезно. – Побеседуйте тут с Джедом, пока мы загрузим тарелки в посудомойку и немного приберемся. Минут через двадцать будем пить кофе. Идите в гостиную, там окна выходят прямо в сад, а вечер такой прелестный!
Все будто сговорились против нее. Генриетта бросила взгляд на самодовольное лицо Джеда и признала свое поражение.
– Сколько они уже женаты? – Вопреки ожиданиям Генриетты, Джед не спешил воспользоваться создавшимся преимуществом. Он только слегка приподнял брови, увидев, что она устроилась на стуле, а не на мягком, обитом плюшем диване.
– Десять лет. Дэвид женился, когда ему было восемнадцать, а Саре – семнадцать, – осторожно ответила Генриетта.
– Так рано. – Он едва заметно нахмурился, но тут же спокойно добавил: – Они, наверное, были абсолютно уверены в своих чувствах, чтобы взять на себя такую ответственность.
– Да, вероятно. – Генриетта решила поставить точку в этом разговоре. – Все получилось просто прекрасно, они по-прежнему влюблены друг в друга, как и до свадьбы.
– Исключение, которое подтверждает правило, – сухо заметил Джед.
– Немного цинично звучит, – начала было Генриетта и тут же сама себя остановила. Если Джед не верит в любовь до гроба, ей ли его не понять.
– Может быть, – медленно кивнул тот. – Давайте посидим на свежем воздухе, если вы не против? Я обожаю это время суток.
В его словах девушке почудился вызов, и она его приняла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
