— Но где они? Где? — воскликнул Олег. — Куда делись все эти строители? Почему мы до сих пор ни на кого не наткнулись? Мост разрушен, город оставлен жителями, во дворцах хозяйничают обезьяны, выработки заброшены, пневматические устройства для транспортировки руды, минералов, каменного угля остановились. Что случилось с теми, кто жил в кубах со срезанными вершинами, поднимался по винтовым лестницам на сторожевые площадки, управлял машинами, водил суда по реке?
— Что с ними случилось?
— Да, что?… — Олег повторил свой вопрос таким тоном, будто Озеров в состоянии был дать на него ответ.
— Я склонен считать, — сказал Борис Федорович, подумав, — что на Венере произошла война…
— И обе сражающиеся стороны уничтожили друг друга? Не могу поверить в это. Кто-то должен был уцелеть…
— Не утверждаю, что война привела к поголовному истреблению венерян. Вы не так меня поняли. Погибли не все…
— Но куда же делись уцелевшие?
— Минуточку терпения. Дайте мне высказать свою мысль… Была война. Кровопролитная, затяжная. Борьба велась с переменным успехом, но в конце концов сопротивление одной стороны было сломлено. После этого началась кровавая оргия победителей. Они вешали, топили, душили воинов противника, уцелевших после сражений. Вспомните, как расправлялись с побежденными римляне и гунны, какие груды костей оставляли позади себя орды Чингисхана, сколько ацтеков и инков истребили соратники Кортеса и Писарро… Вспомните, как вырезали армян турки и привязывали сипаев к дулам пушек англичане… Вспомните зверства гитлеровцев, которыми только в Майданеке и Освенциме было истреблено свыше пяти миллионов человек… Почему не допустить, что нечто подобное произошло и здесь?
— Из-за чего они дрались? Что не поделили?
— Возможно, что вскоре нам удастся ответить на эти вопросы. А если мы не проникнем в тайну Венеры, ее разгадают члены следующих экспедиций…
— Хорошо, — сказал Олег, — допустим, что на Венере происходила война и победители вырезали побежденных. Но куда же делись они сами?
— Покинули поле битвы, переселились куда-нибудь. Очевидно, после войны вспыхнула эпидемия и начался голод. Победители были вынуждены покинуть разоренную ими страну. То, что поценнее, забрали с собой, а машины оставили. Возможно также, что война имела характер гражданской… Все это, естественно, догадки. Я не настолько зазнался, чтобы считать себя непогрешимым… Новые факты, возможно, заставят меня изменить свою концепцию…
— Чудовищная эта концепция, Борис Федорович, — проговорил Олег. — Я надеялся, что на Венере нам не придется натолкнуться на следы разрушительных войн… А тут, кажется, тоже процветали колониальный разбой и расовая дискриминация… Разрушенные города, взорванные мосты… Да неужели природа наделила высших приматов разумом только для того, чтобы они изощрялись в способах уничтожения себе подобных?
В ответ на этот риторический вопрос Озеров только плечами пожал.
Некоторое время шли молча.
Потом Борис Федорович, наведя фонарик на горловину бокового туннеля, остановился.
— Нам чертовски везет, — сказал он, присматриваясь. — Очевидно, Олег Николаевич, мы с вами родились под счастливой звездой. Если зрение меня не подводит, мы наткнулись на венерянский пандус, винтовую лестницу без ступенек. Видите?
Олег тоже повернулся к стене. Узкий проход, на который указывал Борис Федорович, действительно как бы ввинчивался в пласты какой-то темной горной породы, поблескивавшей в свете фонариков.
По— видимому, венеряне, просверлившие туннель вдоль подземной реки и оградившие ее берега каменным парапетом, некогда пользовались этим проходом для подъема в верхние этажи своих циклопических сооружений.
По всей вероятности, пандус вел к другому туннелю, пронизывающему толщи горных пород значительно ближе к поверхности Венеры.
Астронавты воспрянули духом.
Идти вверх по течению реки пришлось бы долго. Быть может, их отделяют от ее истока десятки километров. Много часов, следуя ее прихотливым изгибам, шли бы они через гулкие пустоты, вспугивая неведомых обитателей вечной темноты, оставляя следы на пыльных наслоениях, прикрывших наготу каменных плит. Наклонная штольня скорее выведет их на поверхность.
— Будем подниматься? — спросил Олег.
— Нелепо было бы не использовать представившуюся нам возможность, — сказал Озеров, рассматривая клиновидные значки на стене. — Если, паче чаяния, наткнемся на обвал, вернемся к реке.
Глава XII.
КАПИЩЕ
Выстрелы в темноте. — Неожиданное нападение. — Отпор. — Светящийся ящер. — Языческий храм. — Озеров продолжает отстаивать свою точку зрения. — Пора и отдохнуть.
Они хотели осмотреть проход, когда в темноте на противоположном берегу подземной реки вспыхнули зеленоватые огоньки и раздалось несколько негромких «выстрелов», напоминающих щелканье бича.
Астронавты инстинктивно пригнулись.
— Стреляют? — спросил Борис Федорович.
— Похоже на беглый огонь из винтовок.
— Неужели целили в нас?
— Очевидно.
Астронавты подползли к парапету и через щель между двумя плитами стали смотреть на противоположный берег. Оттуда долетали какие-то приглушенные, шелестящие звуки, Казалось, кто-то шаркает твердыми подошвами.
Потом снова сверкнули зеленые огоньки; теперь значительно выше. Над головой под сводами туннеля пронеслись со свистом пули. Одни стукнулась в гранитные стены, другие впились во что-то мягкое. Каменные осколки, отбитые ими, шлепнулись возле парапета.
— Хорошо, что мы захватили лучевые ружья, — сказал Олег.
— Прилетели с мирными намерениями, а встречают нас беглым огнем.
Стрельба продолжалась. На противоположном берегу вновь и вновь вспыхивали зеленые огоньки. Пули ударялись в парапет, отбивали от него осколки, падали в воду.
Какие— то существа, скрытые в темноте, стремились подстрелить Олега и Озерова. И хотя астронавты прилетели на Венеру не для того, чтобы превратить ее пористые недра в арену битвы, они были вынуждены прибегнуть к самозащите.
Приведя лучевое ружье в боевую готовность, Олег просунул его дуло в щель и нажал гашетку. Ослепительный фиолетовый луч прорезал тьму над Черной рекой и уперся в массивные стены. Послышались шипение и резкие, хлопающие звуки. Несколько каменных глыб, подрезанных у основания, обрушились с громким плеском в воду. Где-то что-то лязгнуло и куда-то покатилось со скрипом и дребезжанием. По реке побежали волны.
Луч погас, но грохот, грозное шипение и падение каменных осколков еще продолжались. Звуковые волны отражались от стен, сводчатого потолка, воды сталкивались друг с другом и интерферировали. Многократное эхо не позволяло тишине войти в свои права.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
