И, будто ища спасения, она посмотрела на меня обреченным просящим взглядом. И таким же взглядом почему-то смотрела на меня и Алла. Похоже, ей самой стало страшно от того, к чему привели её действия, её умение ковыряться в памяти людей.
Возможно, в этот момент мне стоило присоединиться ко всем остальным. Признать, что «Милаха» предательница. Только вот мне по-прежнему не давали покоя те самые сомнения, о которых я размышлял ранее.
В моей голове никак не укладывался факт, что Мария накануне допроса вела себя уж слишком непринужденно. Это же какой профессиональный навык обмана надо иметь, чтобы так спокойно, я бы даже сказал, легкомысленно, себя вести? Более того без какого-либо страха и сомнений она сама пошла на этот допрос, веря, что с ней здесь ничего не случится. Но, как теперь мы видим, она недооценила всю серьёзность ситуацию.
В общем, в отличии от остальных, я не был готов спустить всех собак на «Милаху». Перед тем, как вынесут ей приговор, я хотел разобрать все интересующие меня моменты. Если выяснится, что она обманщица, способная обвести вокруг пальца даже Кудрина, на том и сделаю вывод. Мне в отряде подобные не нужны. Но, если же она говорила искренне, то девчонку надо будет спасать.
Не знаю почему, но я больше склонялся именно к последнему варианту.
— Есть ещё один способ проверить правдивость слов Марии, — громко произнёс я. И тем самым сразу же поймал на себе множество недовольных взглядов. Похоже, многие из присутствующих уже приготовились к завершению процесса и хотели покинуть комнату с чувством победы. Но я своим заявлением разрушил их планы.
— Какой ещё способ, «Инженер», — недовольный тоном возразил мне лейтенант Выдрин. — Всё понятно. Всё доказано. Мария Королёва — предательница. Она отключила систему безопасности осколка, что привело к сотням смертей среди персонала проекта «Второжение» и личного состава в оцеплении аномальной зоны. Её место за решеткой. Она изменница, Ларионов. Что ты собрался проверять?
— Ни с кем спорить я не собираюсь, — спокойно пояснил я. — То, что именно она отключила охранные системы, оспаривать не стану. В этом нет смысла.
В этот момент я поймал взгляд «Милахи», которая посмотрела на меня так, будто из её рук ускользнула последняя соломинка, которая удерживала её на плаву.
— Тем не менее, я хотел бы уточнить пару нюансов, — продолжал я.
— Чего ты добиваешься, Ларионов? — высказал претензии один из офицеров.
— Я хочу напомнить вам, что подполковник Кудрин отметил, что обе девушки говорят правду. Мария говорит, что она ничего не делала и не могла сделать из-за банального незнания пароля. Алла же утверждает, что Мария провернула всё это и обо всё прекрасно знала, — я окинул всех присутствующих взглядом. Большинство из них смотрели на меня с недовольными минами, будто я им праздник испортил. — Не могу понять, почему вы закрываете глаза на этот момент.
— А ты сам-то не перебежчик, случаем? — решил кто-то накинуть обвинений и на меня. — Как ни крути, а ты единственный, кто умеет разговаривать с астероидом. И мы не знаем, что он тебе там натрепал. Алла, ты проверяла его после возвращения с миссии? Может, «Инженер» тоже… того. За одно с Королёвой. Вот и защищает её.
— Ну да, — поддержал кто-то его.
— Так и есть!
— Да, я могу общаться с астероидом, — пока эти обвинения не достигли уровня, при котором мне придётся самому защищаться, я решил вывернуть ситуацию в свою пользу. — Я единственный, кто понимает врага хоть сколько-то. И хоть этих знаний недостаточно, чтобы понять ключевых намерений астероида, их мне хватает, чтобы понять, что не всё так просто. Вы все знаете, что мы с Марией вместе были на прошлой миссии. А теперь ответьте сами себе на один вопрос — почему она не перебила там всех нас? А ведь могла. Она была почти сутки заперта с десятками людей в заваленной станции. Она могла в любой момент устроить диверсию и всех людей тут же поубивали бы твари. Но она этого не сделала. Как думаете, почему?
На лицах нескольких людей отразилось сомнение. Похоже, мои слова смогли дотянуться до здравого смысла некоторых из них. Тем не менее, скептиков ещё оставалось достаточно.
— Ну и почему же? — задал вопрос один из таких.
— Потому же, почему все аномальные зоны стоят на месте, — ответил я, — вместо того, чтобы выдвинуться к ближайшим селам и городам. Сам астероид ответил бы, что просто хочет жить. Хочет урегулировать вопрос совместной жизни с нами мирно. Но я думаю, дело в другом.
— И в чём же? — это был лейтенант Выдрин.
— Да в самом банальном, — сказал я. — Сил ему не хватает. Или инструментов. Или в системе случился какой-то непредвиденный сбой, из-за которого астероид не может полностью контролировать ситуацию.
— И что это за сбой? — не удержался от вопроса Порохов, который до этого просто молча наблюдал за происходящим и ни в какие споры не лез. Наверное, хотел посмотреть, как я поведу себя в ситуации, когда один из членов моего отряда находится под угрозой.
— Сбой — это мы, — опередил меня с ответом «Ключ». — Люди.
— Люди? — с недоверием и насмешкой переспросил кто-то из офицеров.
— Это просто предположение, — уточнил Разводной. — Возможно, астероид не предполагал, что на этой планете встретится с таким противником. Не думал, что местная цивилизация окажет такое сопротивление.
— Соглашусь с Фёдором, — подхватил профессор Ногтев. — Наш враг превосходит нас практически во всём. Существа наделяются сверхспособностями под его влиянием. Эволюция, которая при обычных условиях заняла бы миллионы лет, в аномальных зонах происходит за несколько дней. А то и часов. И при всех этих возможностях астероид до сих пор не поработил человечество. А всё почему? Быть может, потому что он не контролирует ситуацию. Либо, как сказал Максим, в его системе произошёл какой-то сбой.
Слова профессора заставили всех задуматься.
Даже взгляд «Милахи» больше не был таким обречённым, как
