медсестра, и Четвёрка из Трясины, наспех попрощавшись с хозяйкой, поспешила на выход. Погода вдруг проявила благосклонность к жителям города – небо прояснилось, алые и золотые листья, что всё больше проступали среди зелени, сияли как начищенные.
Однако народу на улицах было меньше, чем обычно. Изредка по брусчатке старого города стучали каблучки, открытая веранда кафе была почти пуста. Встретить кого-то можно было в палисадниках, где копошились садоводы-любители. Никто не признавался, но каждый год в Трясине проходил негласный конкурс: на самую аккуратную лужайку, самые красиво подстриженные кусты и на самых симпатичных керамических гномов. Поэтому преступления преступлениями, а ронять лицо было нельзя. Нежаркое солнце играло на водосточных трубах, карнизах и коньках крыш. Плетистые розы и актинидии[2] вились по стенам, мышиная ягода набухала синими капельками, как гирлянда.
– Их нельзя есть! – Виола резко затормозила, так что велосипед взвизгнул.
Незнакомый мужчина маленького роста, в шляпе и коричневом костюме, собирался отправить ягодку в рот.
– Они ядовитые! – воскликнула Роза.
– Ну умереть вы не умрёте, – встрял Люк, который много раз слышал этот запрет, но ни разу не видел последствий его нарушения.
– Да? – голос у мужчины был какой-то пыльный, глухой.
Он положил ягоду в карман, поднял стоявший у ног чемоданчик и, не сказав спасибо, отправился дальше по своим делам.
– Бывают же чудики, – покачала головой Виола.
– Интересно, кто это. Наши все знают, что синие ягоды есть нельзя, даже малыши.
– На чемодане была печать «Срочный выкуп», – заметила Роза, – но что это значит, я не знаю.
– Поторопимся, может? – Люк постучал по запястью.
Никто не хотел проштрафиться, поэтому Четвёрка рванула в сторону школы. Но там их ждало разочарование – двери были заперты, на них приклеили листок А4: «Профилактическая обработка от вредителей».
– Эм… А что это значит? – удивилась Виола.
– У родителей такое на работе бывает, когда тараканов травят и мышей. Ладно, придём завтра, – решил Артур.
Ребята разошлись по домам, поболтали в своём секретном чате, а потом, каждый у себя, засели перед телевизором. Начинался новый сезон сериала «Не очень странные дела». Каждый пытался потом понять, были у него предчувствия или нет? На самом деле ни у кого их не было, Четвёрке казалось, что они вот-вот выйдут на след преступника. Осталось всего лишь попасть завтра в школу.
А в десять вечера весь город подняли по тревоге. Густой сизый дым заполонил улицы Трясины, пах он почему-то переспевшими дынями. Где-то завывала сирена пожарной машины. Те, кто жил ближе к школе, распространили новость:
– Школа горит! Горит школа!
Артур никак не мог поверить в происходящее и повторял как заведённый:
– Там в шкафчике мои книги! И блокнот. В шкафчике!
Мама притянула его к себе, а папа обнял их обоих. Скоро он ушёл помогать пожарным и полицейским, Артур с мамой ждали вестей. Секретный чат Четвёрки бурлил от сообщений:
«Нехилые у них профилактические работы», – писал Люк.
«За каникулы последствия пожара успеют устранить?» – интересовалась практичная Виола.
«А там наши книги», – горевал Артур.
Роза десятками слала плачущие смайлики.
«Мы должны туда пойти, дедушка разрешил», – это было её первое разумное сообщение.
Как ни странно, родители действительно отправились к месту пожара с детьми: пожалели школьников, которые дома места себе не находили от тревоги. Но близко подойти, конечно, не давали.
Вокруг было светло от зарева и огня. Со стороны школы слышался глухой ровный гул. Мелькали силуэты пожарных, их шлемы в причудливом свете напоминали гладиаторские.
Учителя тоже были тут, все, кроме миссис Робертс. Скоро по толпе пополз слух, что её нашли у мистера Тонана. Они сидели в каморке за бутылочкой местной настойки не первый час и даже не сразу поняли, о чём речь.
Обычно бодрый и решительный, инспектор Тульк ходил совершенно потерянный. Следил, чтобы зеваки не бросились тушить огонь. Под мышкой у него торчала верная собачка Моська и через каждые десять шагов хозяина выдавала: «Тяф!»
Так и запомнилась та ночь Артуру: огненное зарево, густая дымная вонь и «Тяф! Тяф! Тяф!».
Глава шестая
Что будет дальше?
В ту ночь Артур долго не мог заснуть. Ворочался, вставал глотнуть воды, перекладывал и взбивал подушку. Сон шёл тяжёлый, когда тело спит, а мозг всё ещё перерабатывает информацию. Розе снились кошмары. Виола до утра просидела на кровати, даже не пытаясь заснуть. Один Люк спал крепко.
Наутро в Трясине только и разговоров было что о пожаре в школе. Оптимисты надеялись, что здание пострадало не сильно, пессимисты не сомневались, что школе конец. И все с нетерпением ждали результатов экспертизы. Конечно, в поджог почти не верили, но за ошибку кому-то придётся ответить.
«Наверно, зря мы решили, что можем на что-то повлиять», – поддалась унынию Роза.
В ответ в чат посыпались сообщения:
«Ну уж нет, при первых трудностях отступать – это не дело», – возмущался Артур.
«Так они всю Трясину сожгут!» – негодовала Виола.
А Люк поддакивал:
«Ещё не хватало нам сейчас испугаться!»
Роза не успокаивалась:
«А вдруг это мы виноваты? Вдруг это из-за того, что мы включили симку?»
Артур не верил:
«Бред! Из-за симки поджигать здание? Да это какой-то чокнутый пиротехник должен быть».
«И вообще, почему мы решили, что школу подожгли?» – задумалась Виола, когда эмоции поутихли.
Позже Четвёрка, как обычно, встретилась по дороге к дому Белых Буклей.
– Это жуть! – Виола первая притормозила у знакомого крылечка. – Мы совсем забыли, что эту школу построили на деньги Буклей и её мужа!
– Точно, – Артур поник. – Старушка наша, наверное, совсем расстроилась.
– А может, она не знает? – с надеждой сказал Люк.
– Ну конечно! – Роза в такие чудеса не верила. – Пойдёмте подбодрим её.
В этот раз хозяйка встретила их не в постели, а в кресле-качалке у камина. Глаза у неё лихорадочно блестели, морщинистые руки теребили кружевной воротничок тёплого халата.
– Не сомневайтесь, это поджог! – провозгласила она, едва увидев ребят. – Я чувствую! Меня интуиция никогда не подводила. А ещё за всем этим женская рука, да!
Дети смущённо переглянулись, не зная, как реагировать. К счастью, все шесть котов, услышав уже знакомые голоса, начали нетерпеливо подвывать на кухне. Мальчишки побежали кормить их. А Виола и Роза тем временем попытались расспросить Белые Букли, но практически безрезультатно. Девочки чувствовали, что старушка от них что-то скрывает, однако способа разговорить её так и не придумали.
– Нам разрешили туда сходить, посмотреть, – сказала Роза, когда та покончила с ланчем, – мы вам потом всё расскажем.
