и с чего я решил, что это будет хорошей идеей. Но факт остаётся фактом — прямо как тогда на тренировках по цингуну я взял да и утяжелил собственное тело. Было ли это хорошей идеей — определённо нет. Узнал ли я благодаря этому глупому поступку нечто поистине любопытное — ну как сказать…
Оказалось, что при совмещении Шаори и моего недоделанного цингуна я с лёгкостью возвращал себе былую устойчивость и при этом сохранял почти все те преимущества, что давал мне Шаори. И как нетрудно догадаться ключевое слово здесь «почти»…
Я снова скривился от боли.
Да я получил столь необходимую мне устойчивость, но расплатой за неё стала боль. Если раньше за счёт падения я полностью гасил весь урон от ударов Седьмого столпа, то теперь в обмен на устойчивость я был вынужден принять часть этого урона на себя. Я больше не был шелковым платком на ветру. Отныне я скорее походил на мягкую резиновую неваляшку или знаменитую грушу-германа из одного известно сериала.
Вспомнив хозяина этой груши, придурковатого Кузю, не удержался и от всей души выругался:
— Блин блинский!
— Это что ругательство такое? — тут же забыл о своём вопросе Ракша.
— А вы как догадались?
— Да больно звучит задорно, надо запомнить, — ответил Седьмой столп, а после слегка попинал меня ногой. — А ты чего это тут развалился, гурман малолетний? Вставай давай. Мы ещё с тобой не все кулинарные вопросы порешали.
Да когда же он успокоится? А то ведёт себя не как бандит с большой дороги, пусть и бывший, а как обиженная кухарка. Дался ему этот чеснок?
Ну нет! Никуда я вставать не буду. Тем более что и ног я всё ещё не чувствую. Лучше вместо этого попробую-ка я его как-нибудь отвлечь.
— Тренер, а хотите, я вам ещё ругательств подкину?
* * *
— Ах ты флюрограмма лупоглазая, а ну, греби ушами в камыши, пока я тебе карачун не устроил!
Неслось мне вслед, пока я, прихрамывая, выходил из пещеры Седьмого столпа.
Кажется, пронесло, — кинул я последний взгляд на темнеющий зев пещеры. А после, с лёгким сердцем запахнул его обратно ворохом шкур.
Нет, ну кто бы мог подумать, что двумя самыми любимыми занятиями грозы всего центрального Лояна окажутся кулинария и сквернословие? Этот мужик точно не нормальный!
Ну да ладно, главное — жив остался. А уж то, что после этого по Муриму прокатится новая волна ругательств, то я здесь вроде как и ни при чём — мне и выбора-то не оставили. Либо так, либо смерть через бом-бом…
— Ох, парень, да на тебе живого места нет!
Обернувшись, я увидел стоящего неподалёку Би Хана. Причем ни одного, а в компании ученика, ну или ученицы, это уж как посмотреть.
Интересно, что они забыли здесь на отшибе каменного дворца да ещё и при полном параде?
Я с интересом окинул взглядом мечи на их поясах. Оружие Ян Гэ мне уже доводилось видеть раньше, так что его прямой цзянь я узнал без труда. Да и подобных тонких прямых мечей я в Мудан повидал немало. А вот меч мастера в корне отличался от меча ученика — слегка изогнутый и с широким лезвием, чем-то напоминающий увеличенную в размерах саблю. Такой я видел лишь на картинках и назывался он, если мне не изменяет память, дао.
И куда эти двое так вырядились, на войну, что ли?
— У нас задание, — проследив за моим взглядом гордо подбоченилась Ян Гэ. — В предместьях Орлиного пика появился Яогуай. Нам велено его изгнать.
— Н-да, в разведку с тобой лучше не ходить
— Чего? — не поняла Ян Гэ.
Зато её мастер всё прекрасно понял.
— Того, — отвесил ей подзатыльник Би Хан. — Ты зачем первому встречному растрепал, куда мы идём?
— Мастер за что? — обиженно заканючила девчонка. — Это же Су Чень, наш брат по секте, а ни какой-то там проходимец.
— А вдруг он шпион Кровавого культа?
— Да, — не знаю, зачем поддакнул я.
— А ведь и правда! — подозрительно сощурилась Ян Гэ, а после зачем-то потянулась к рукояти меча. — Я давно подозревал, что с ним что-то не так!
— Переигрываешь, — осадил я её.
Тоже мне актриса выискалась. Может злую моську она и сумела состроить, но вот весёлых бесенят из глаз изгнать ей так и не удалось.
— Пфф, уже и пошутить нельзя, — убрала руку девушка, а после перевела взгляд на Би Хана. — Мастер ну мы идём?
— Подожди.
Сказав это Первый столп задумчиво оглядел меня с головы до пят, особо заострив внимание на оголённых руках, покрытых ссадинами и синяками.
— Послушай Су Чень, я вижу, обучение у Седьмого столпа даётся тебе тяжело…
Да не так уж и тяжело. Это он сегодня что-то разошёлся из-за своего холодца. А так, в обычные дни я не особо-то и страдаю на его тренировках. Только зад периодически побаливает.
— … Я вижу, как искренне ты идёшь к своей мечте…
Он что выпил перед выходом? О мечте какой-то заговорил. Да у меня одна мечта: вкусно есть, сладко спать и становую до пятисот килограмм догнать.
А между тем Первый столп и не думал сбавлять обороты. Он продолжал нести какую-то околесицу.
— … С какой страстью ты стараешься стать сильнее, чтобы защитить любимую секту…
Чего? Какую ещё любимую секту⁈ Я просто не хочу, чтобы в следующий раз мои драгоценные мышцы оказались в желудке какого-нибудь упыря.
— … Твоя самоотдача и преданность делу похвальны…
Ну тут он прав. С самоотдачей у меня и впрямь всё в порядке. Только к чему он клонит?
— … Но знаешь, иногда даже самому преданному воину Мудан следует отвлекаться от каждодневных изнуряющих тренировок. Скажи мне Су Чень, ты бы хотел
