Страх – это не трусость, а чувство опасности.
Безопасность как полет вне опасности – это социальный миф. Без опасности жить и работать в небе нельзя.
Философия человека в небе состоит в том, чтобы законы, по которым он летает, были освящены пониманием хотя бы того, что совершенствование для летных экипажей есть путь к духовным высотам, а уж потом к профессиональным.
Летчик – это человек совести, которая его хотя и ведет к жажде власти, но над собой.
Чем выше мы поднимаемся, тем меньше кажемся людям, которые не умеют летать.
Человек в полете – это пусть не во всем, но другой человек.
«Чтобы надежно овладеть техникой, нужно, прежде всего, научиться владеть и управлять собой» (М. М. Громов).
Вначале летчик наслаждается полетом просто как человек! Он парит над землей, он может ее «Делать большой и маленькой», он видит солнце, когда над землей облака. Он птица. Этот синтез необычайных чувств свободы управления собой и машиной в пространстве формирует особое эстетическое состояние души, эмоциональную основу профессии. Наслаждение от полета испытывает летчик и в пору своего становления, и в пору зрелого мастерства. Он всегда работает как художник, полотном которому служит само небо.
Да, летчику предоставляется большая свобода действий. Да, приятно повелевать машиной, а не подчиняться ей. Но пусть не будет ни у кого иллюзий. Свобода в данном случае – знак доверия, особо уважительное отношение к его личности. Эта свобода всего лишь производное от ответственности, ее естественное следствие. Только созревшее чувство ответственности дает право на автономность поведения в небе.
«Настоящая свобода достигается духом, не через отрешения от предметов, а через познание их в их истине» (Гегель).
Престиж нужен профессии летчика, будь то инструктор, курсант или испытатель, как воздух.
Умных нигде не терпят, но бывает, что и уважают. В полете ты свободен, но поэтому нельзя лгать даже самому себе. Будешь наказан. И в этот великий этический смысл летной профессии человек отвечает за свои поступки САМ и НЕМЕДЛЕННО, публично.
Для летного ремесла трудно представить профессионала без умения ставить самому себе ограничения.
Профессионализм весьма наглядно проявляется и в общении летчиков между собой.
Молчание профессионала, особенно в крайних ситуациях, – это психический акт не столько погружения в себя, сколько переход с речевого на неречевой уровень общения.
Профессия летчика – опасная и рискованная и лишь затем романтическая. Она требует от человека дополнительно к тому, что ему дала природа, постоянного совершенствования своей психики, своего организма, своего духа и воли.
Летчик, каковы бы ни были его летные способности, без соответствующей духовной культуры истинным профессионалом стать не может.
Профессионализация летных экипажей требует существенного расширения интеллектуального горизонта и далеко выходит за рамки нормативного пилотирования.
Человек в летной профессии начинается с мечты, стремления, страсти к полету, формируется в любви к свободе, к творчеству, к неординарности в действиях, совершенствуется в организованности, самоактуализации, нравственной рефлексии.
Человек-профессионал в условиях реальной угрозы жизни все же в основном действует, а осознание переживаний следует гораздо позже.
Человек в авиации, как в деревне, виден насквозь. Он как бы обнажается, и не спрятать черную душу ни под каким белым одеянием.
На зло летчики во многих случаях отвечают не добром, а справедливым отторжением.
Мысли в этих афоризмах, постулатах для летчиков не новы, так как это и их мыслящее мировоззрение на свою жизнь в небе. Содержание этого параграфа рассчитано на курсантов, молодых летчиков и… пассажиров всех рангов и сословий. Если они усвоят внутреннее содержание небесной жизни, уверен, будут чувствовать себя в кресле гораздо спокойнее. Чем спокойнее пассажир, чем глубже его доверие к летчику, тем безопаснее полет.
* * *
Данный текст больше напоминает очерк, раскрывающий психолого-педагогические возможности более глубокого познания «второго Я».
Видимо, наступило время выше поднять роль педагогики, психологии, физиологии в их тяготении к пониманию смысла христианской культуры.
ЛитератураВернадский В. Пережитое и передуманное. М.: Наука, 2007.
Гегель Г. Философия права. М.: Мир книги, 2009.
Горбов Ф. Д. Я – второе Я. М.: МПСИ; Воронеж: НПО «Модэк», 2000.
Зинченко В. П. К 80-летию Харьковской психологической школы // Вопросы психологии. 2012. № 6. С. 133–148.
Митрополит Иоанн. Русский узел. СПб., 2008.
Пономаренко В. А. Авиация. Человек. Дух. М.: Изд-во «Институт психологии РАН»-Универсум,1998.
Пономаренко В. А. В слове – позиция. Красноярск: Поликом,2004.
Пономаренко В. А. Духовно-нравственные основы в системе управления безопасностью, жизнестойкостью, человеколюбием. Т. 2 / Под общ. ред. академика РАМН А. Н. Разумова. М.: Типография MB, 2013.
Пономаренко В. А. Психология человеческого фактора в опасной профессии/Под общ. ред. М. И. Ботова. Красноярск: Поликом,2006.
Пономаренко В. А. Созидательная психология. М.: МПСИ; Воронеж: НПО «Модэк», 2000.
2.2
Психологические составляющие духовности и культуры – фундамент безопасности человека летающего
Для отстаивания позиций психологии о творческой, созидательной роли духовности и культуры нужна опора на государственную совесть, на наш базовый авиационный профессиональный дух и самодостаточность авиационных руководителей. Как говорит генерал армии П. С. Дейнекин: «Настало время видеть и говорить правду».
Не стоит сомневаться в том, что нас, как ветеранов, так и находящихся в строю, тревожит философский вопрос: почему человеческий фактор в авиации, как главный ресурс реализации безопасности полетов, увеличивающий экономический потенциал нашей страны, оберегающий защиту Отечества, нередко приобретает свойства универсального виновника и, прежде всего, со стороны летного состава?
В этой связи возрастает духовно-нравственная потребность понять, почему в нестандартных ситуациях, при дефиците времени летчики не имеют должной правовой защиты для принятия решения, исходя из видимой им реальной обстановки, не имеют права на свободу выбора, прогноза, поставив себя не впереди самолета, а сзади, в режиме предугадываемого развертывания экстремальных событий. Вот почему, когда наши педагоги, инструкторы, ученые осмелеют и поймут роль не только внешней обстановки, строгих алгоритмов, но и познают внутренний мир летчика, его опору на корпоративную среду, на оценку смысла жизни, тогда они и оценят влияние духовности на пилотов.
Сегодняшняя цивилизация крайне нуждается в раскрытии психологии жизни летчика, его духовного мировоззрения. Доминирование технократической идеологии, коммерциализации в сочетании с новой философией управления ЛА «электронным летчиком» потенциально увеличивает вероятность угроз безопасности полета.
Это проявляется в потенциальном снижении не просто уровня надежности ЧФ[15], а личности летчика, его мироощущения смысла своей поднебесной жизни. Ученые, психологи, психофизиологи, опытные пилоты на себе чувствует утрату использования природных свойств летных способностей, волевых качеств, синергетического взаимодействия в экипаже.
Летный инструктор в начале обучения (переучивания) не может не заметить, как базовое фундаментальное свойство мышления: предвидение, прогнозирование постепенно подменяется роботизированными решениями вне собственного осмысления ситуации личностью.
Извращается общественная и профессионально-социальная среда, особенно на чартерных рейсах. Да и в авиакомпаниях во многом деконструируется летная корпоративность и индивидуальность.
Эти психологические факторы трансформируют индивидуальность в индивидуализм, который занижает социальный, душевный, патриотический, психоэмоциональный облик летчика-профессионала.
Этим самым я хочу подчеркнуть острую нужду в переосмыслении системы образования, воспитания духовно-нравственной основы Человека летающего. Исходя из этих посылов, считаю, что в процессе образовательного преподавания, стержнем должен быть отечественный менталитет, исторический опыт профподготовки, особенно в той части, которая касается личностных и духовных ценностей летных сообществ.
Человеческий фактор в отечественной авиации – это не только знания, навыки, умения, это развитие личности, ее право выбора свободы, формирование психологической установки, что полет – это творческая деятельность, омытая высокой нравственной культурой, нацеленной на защиту благополучия пассажиров, их веры в экипаж.
