Научно-практический труд сотрудников Государственного научно-исследовательского испытательного института авиакосмической медицины и эргономики убеждает в необходимости существенно преобразить методологию процесса преподавания. Вначале надо изучить и познать сущее, заложенное в личности человека летающего, а затем функции, состояния, операциональный состав действий.
С этой целью остановлюсь на духовных и личностных ценностях летных сообществ. К ним я отношу жизнестойкую мотивированность на полет как смысл жизни, несущий в себе спасение, любовь, свободу, красоту, радость и счастье от тех чувств, которых не дает Земля.
Сегодня летное сообщество существенно изменилось, атомизировалось, скукожилась область душевных качеств, профессиональные особенности управления ЛА в определенной степени следуют законам поведения робота. А это значит, человек летающий теряет свой небесно-летный ресурс, т. е. профессионализм, особенно необходимый для преодоления экстремальных ситуаций.
Поэтому мы, психологи, считаем, что методология профессионализма в России должна обогащать, одухотворять человека летающего, защищать его право на субъектность, самодостаточность, инициативность, право на альтернативный выбор решения в экстремальной обстановке. Воспитательная работа должна, прежде всего, быть нацелена на сохранение и развитие корпоративности. В отечественной авиации должна возвратиться акцентуация на летную корпоративность, т. е. коллектив, который несет в себе критическую оценку профессионализма, признание роли «неписаных законов» в нестандартных ситуациях. Корпоративность формирует не только потребительские ценности, но и нравственные. В частности, это выражается в презрении лживости, трусости, расхлябанности, хвастовства. Корпоративность формирует мотив поклонения мастерам летного дела с целью постоянного изучения и использования их богатого опыта, гражданскому и профессиональному мужеству, добродетельному сопереживанию успехам товарищей и поддержку в случае неудач и невезения. Вот почему в мировоззренческом статусе главная задача сводится к формированию профессионально-личностных ценностей. Приведем их краткий перечень:
– взятие ответственности на себя, особенно со стороны КВС[16];
– самодостаточность, воля к преодолениям, опирающаяся на интеллект, а не на амбицию;
– способность к осознанному риску как психологической готовности к выбору альтернативных решений, диктуемых конкретной летной или социальной ситуацией. Риск как решение – это не только оперативное действие, но и поступок, обогащающий человеческую личность и увеличивающий степень его профессионализма. Риск – это умственный прогноз и оценка его последствий;
– истинный профессионал-инструктор, преподаватель CRM способен формировать ценность эстетических сторон профессионального труда.
Наука только подходит к изучению «второго Я» летчика, его способности к восприятию информации, принятию решения во временно-пространственные отрезки, недоступные обычному человеку на Земле. Летчик, когда он на грани жизни и смерти, способен действовать во временных рамках от 0,1 до 0,3 с.
Преподаватели авиационных учебных центров (АУЦ) должны глубже изучить психологию второго «Я». Характер проявления подсознания и сверхсознания. Это поможет более точно расследовать причины поведения в аварийных ситуациях. Не что сделал и даже не как, а почему?
Откровенно говоря, специалистам Служб безопасности полета на всех уровнях стоит более глубоко, более откровенно, более ответственно раскрывать анатомию социально-психологических причин новых угроз безопасности полета, проистекающих из особенностей модернизации новой техники, далеко не полной согласованности человеко-машинных интерфейсов, зрительно-моторных полей информации, загрузки внимания, состояния эргономического контроля на испытаниях. Наступила нужда провести педагогический и летно-методический анализ демографической ситуации, состояния профессионального здоровья и индивидуально-психологических особенностей нового поколения летчиков, а также состояния образования, методологии профподготовки. И наконец-то надо обратить внимание на духовность авиаторов.
Духовность человека в России всегда органически входила в менталитет, образ мышления, была частью мировоззрения православных людей.
Известный русский философ Иван Ильин писал: «человеческая духовность и вырастающая из нее внутренняя и внешняя культура создает высший смысл, честь и достоинство человека». Для нынешних времен, когда мы столкнулись с разрывом культур, с уничтожением менталитета поколений, с деформацией нравственных ценностей, при выборе цели жизни, духовность возвращается из забытья и приобретает консолидирующее свойство.
Это свойство способствует возобновлению связи времен, т. е. реанимирует традиции как в процессе отбора наиболее устойчивых человеческих ценностей, так и в области общения, понимания, единства целей в достижении как личных, так и общественных благ.
Духовность же пилота учит различать добро от зла. Для летчика здесь главное то, что дух утверждает в человеке самодостаточную и самобытную личность.
Практически дух летчика как профессионала представлен в его любви к небу. Это особое психическое состояние, в котором усиливается ощущение привязанности ко Вселенной. «Любой полет, – писал строевой летчик Водостоев, – был для меня вдохновением. Постоянно знал, что смертен, но верил в свою причастность к бесконечной Вселенной».
Раньше стеснялись писать о своих чувствах, все вкладывалось в несколько слов – долг, должен. Долг же порождается совестью, одухотворяется таким свойством личности, как ответственность. И я бы никогда не затронул эту тему, тем более что 18 лет пролетал в качестве члена экипажа, выполняя сугубо прагматические задачи в области научного исследования и изучения влияния человеческого фактора на безопасность за счет повышения качества эргономики кабин летательных аппаратов. Именно летчики, а не Церковь вывели меня на дорогу познания их внутреннего мира души, а не только тела с его болячками. Медицина в полете изучает влияние перегрузки, гипоксии, перепады давления, вибрации, шумы и прочее. Все это надо, ибо только так возможно разработать требования к средствам жизнеобеспечения, нов полете есть еще и своя, духовная составляющая. Для убедительности процитирую летчиков:
«Полеты давали ощущение вечности, более того – приобщения к вечности бытия, от этого захватывало дух».
«Духовность в полете проявлялась как приобщение к свободе, познанию нового, я бы сказал, для моей души, даже где-то к вечности».
Известный летчик, начальник Управления БП Центральной инспекции БП МО генерал Рыжов писал: «Авиация, хотя и не Божий Храм, но дает более острое ощущение понятий добра и зла».
Другой летчик-командир пишет: «В небе получил духовную закалку, которая помогла сформировать позицию совестливости».
Комдив стратегической авиации формулирует нравственный постулат: «У людей, рискующих жизнью, мне кажется, добро побеждает зло».
У летчика, и я это хочу с гордостью подчеркнуть, в наибольшей степени среди тысяч других специальностей Любовь к профессии летания есть высший смысл жизни.
Для себя я сделал одно открытие: душа летчика раскрывается в его эстетическом мире, в частности в стихах. Но я не поэт и не пишу стихов. А летчики пишут. И их стихи-мысли убеждают в их духовности.
Летчик-инспектор по безопасности полета бывшего ПВО, казалось бы, столь официальный контролер, раскрывая свою душу, пишет:
У пилота Душа не живет без Полета,Это путь через небо на землю, с Земли.Очищенье – мечта – наслажденье – работа,Память птицы в крови ввысь подняться велит.
Хочу опуститься на землю и сказать, что красота неба, бесконечность пространства, вечное движение материи осовестляет, возвышает.
Процесс осовестления бескомпромиссен к неразумности мысли и действий, к неряшливости, зазнайству, непорядочности, бессовестности. А это уже вопросы культуры. Авиация – прародительница культуры высочайшей технологичности. Бескультурный летчик хуже, чем больной, и опаснее, чем враг. С чего начинается профессиональная культура летчика? С психологического состояния доверия тебе, летчику, сохранения чужой и своей жизни. Качество ценить доверие как свойство личности переходит в фундаментальную черту – ответственность, первично как духовное свойство, затем как юридическое. Чувствую, что это надо пояснить. У человека есть внешнее проявление своего «Я», у летчика это в основном профессионализм. И есть духовная культура, как форма внешнего проявления «Я».
