отметил, что у него на мостике пробоина.
— Идем со стороны финского залива. Уже вступили в бой. — тут же ответил я, и в этот момент судно снова тряхнуло. Снаряд не попал в мой щит, но взорвался у самого борта, заставив корабль ходить волнами.
— Плохо. — поморщился Роман. — Противник устроил серию терактов на производствах и выгрузил в порту десант. Гарнизон еще держится, но, если не отбить эту атаку, союзный флот прибудет уже после того, как оборонительные сооружения перейдут под контроль врага. Они будут уничтожать нас нашим же оружием.
— Понял. Попробуем пробиться. — ответил я, мрачно наблюдая за тем, как растерявшийся в первые минуты противник восстанавливает боевые порядки. Несмотря на потери их все еще было в несколько раз больше, к тому же они наконец поняли, что перед ними не тяжело вооружённый линкор, а всего лишь грузовое судно. Может и крепкое, но недостаточно опасное чтобы тратить на него все силы.
Под четким командованием противники начали прикрывать друг друга от выстрелов, мгновенно перекрыв возможности нашей батареи. Сквозь тот шквал пуль, что устроили их орудия ПСО, не смогли бы пробиться даже орудия из главного калибра Гнева империи. Но хуже всего было то, что их артиллерия переключилась на штурмовые корветы, не слишком маневренные и обладающие куда худшим бронированием чем вражеские крейсера, и у наша эскадра уже понесла первые потери.
— Внимание всем. Закрепиться! — приказал я, перестраивая щиты. — Управление на меня. Полный вперед!
— Вы что задумали, господин? У нас почти пятьсот человек на борту! — возмущенно крикнул Николай, пытаясь перехватить управление, но я, пользуясь правами капитана, ограничил его действия и направил корабль прямым курсом на флагман противника. По крайней мере именно этот тяжелый артиллерийский крейсер, существенно превышающий размерами остальные суда, выглядел флагманом.
— Огонь из всех орудий! Стреляйте по флангам, черт вас подери! — приказал я, держа щиты над панцирем черепахи. Похудевшее на тысячу тонн грузовое судно оказалось резвее противника, безуспешно пытающегося убраться с нашего курса. Своего я добился, и теперь вся эскадра палила только по нам, стараясь сбить судно с обезумившим капитаном, пока он не нанес катастрофического вреда.
— До столкновения триста метров! Двести пятьдесят! — взяв себя в руки отчитывал расстояние Николай. — Господин, было честью служить с вами!
— Рано радуешься, мы еще побарахтаемся! — усмехнулся я, меняя конструкт.
В последнюю секунду враги бросили попытки уйти в стороны и врубили все двигатели, пытаясь подняться выше, но было уже поздно. Прогнанный через жерла реакторов и спирали усилителей резонансный сигнал искривился и выплеснулся наружу в виде стометрового прозрачного лезвия, вспоровшего брюхо крейсеру, словно остро наточенный нож рыбьи требуха.
Несколько взрывов раздалось почти одновременно, небо над нами заволокло черным маслянистым дымом, и корабль, еще мгновение назад стремившийся вверх, по инерции завис в воздухе, но бессердечная гравитация доделал то что мы начали. Гигантское судно накренилось и рухнуло вниз, в воды залива, не оставляющие команде врага и шанса на выживание.
— Корабли противника уходят на боевой разворот! — отчеканил Николай, но я и сам видел, как они драпают, стараясь держаться как можно дальше.
— Плевать. Идем на посадку! — приказал я. — Держать курс на порт, не прекращать огонь!
— Принято! Полный вперед! — кивнул Николай, принимая обратно управление судном. — Инженерный, выжмите из двигателей максимум!
— Это мое первое имя. — раздался в динамике довольный голос Краснова. — Но ремонт будет оплачивать Леха. Держитесь!
Не знаю, что он сделал, но гул двигателей стал нарастать с каждой секундой, а из тех сопел что я видел начал вырываться огонь. Похоже горела проводка и какие-то части не предназначенные для такого использования. Однако цель была достигнута, мы мчались к бухте, по дороге отстреливаясь от вражеских судов, а ушедшие в стороны противники слишком поздно сообразили, что происходит что-то не то.
— Садимся на воду! Штурмовым группам приготовиться к высадке! — приказал я, щелкая тумблерами и передавая все управление первому пилоту. — Николай, принимай командование. Таран, готовность номер один, открываю шлюз!
— Штурмовики вперед! — раздался рев бурята.
Стоило створкам раскрыться как на простор вырвалось сразу несколько компактных ботов, которые должны были зачистить зону высадки. Но стоило мне отвлечься, как в тылу прозвучал взрыв и корабль содрогнулся.
— Маршевые двигатели с первого по пятый выведены из строя! — крикнул Максим. — На маневровых дотянем, но лучше держаться ниже.
— Понял. Опускай нас на воду. — приказал я, полностью переключаясь на поддержание щитов. Враги, до которых дошел смысл нашего маневра, сосредоточили все орудия на тушке потрепанного авианосца, но большая часть снарядов уходила в стороны, поднимая многометровые столбы воды. Особенно удачный залп пробил щиты, но мне удалось поломать их траекторию, так что нам лишь повредило обшивку.
— Контакт с поверхностью на три, два, один! — отчеканил Николай, и Черепаха рухнула на воду, подняв расходящиеся в стороны волны.
— Всю энергию на щиты! Покинуть башни нижней полусферы! Занять позиции на носу! — отдавая приказы я не забывал контролировать окружающее пространство, отмечая, что противники продолжают стягиваться к порту. — Таран, что с высадкой?
— Их слишком много! Это какое-то безумие! — отчитался бурят, но я лишь усмехнулся. Что-то слишком много сегодня поступков и людей, которые отвечают под это определение.
— Даю целеуказание, прямо по курсу. Очистить площадь для залпа. — предупредил я, и через несколько секунд от штурмовиков пришло подтверждение. — Все орудия, огонь!
Нескончаемый поток из двадцатимиллиметровых снарядов накрыл причал, не оставляя находящимся там ни одного шанса на выживание. Сотни вражеских бойцов в резонансных доспехах просто смыло стальной волной, оставляя в броне дырки, в которые можно было просунуть голову.
— Площадь очищена! — крикнул Таран. — Подтверждаю, зона для высадки под контролем, можете заходить.
— Принято. Николай? — спросил я, расстегивая страховочные ремни.
— Управление принял, стыковка через тридцать секунд. — ответил первый пилот, нервно сжимая в руках штурвал.
— Краснов, теперь черепаха в твоих руках, держите щиты. — приказал я, и вместе с Ангелиной выскочил с мостика, чтобы занять свое место в первых рядах. Доспехи ждали меня в трюме, раскрытые, снаряженные и с оружием полным боекомплекта. Но я все равно успел проверить все, прежде чем влезть в стальную скорлупу.
Нос корабля разошелся в стороны, превращаясь в трап, и прикрывающую от снарядов крышу, но стрельба не прекращалась ни на секунду.
